Наследник Буйного (СИ)
– Менять, бляха? Она такой список нахуярит, что…
– Пункт первый – культура речи, - нараспев произношу я.
– Отношения — это компромисс, Эмир. Нужно находить баланс. Разве не для этого вы тут?
Я довольно улыбаюсь. Впервые домашняя работа вызывает такой энтузиазм. Ох, я такой список накидаю. Буйный будет рыдать и бежать. Класс. – И задание для двоих, - продолжает женщина. – Вам нужно научиться разговаривать. Это будет сложно… Но нужно учиться. Не только на сеансах.
– И что это значит? – Хмыкает Эмир.
– Попробуйте провести вместе полчаса. Неважно в каких обстоятельствах. Ужин, разговор, совместный поход в магазин. Выберите комфортную обстановку для вас.
Теперь время Эмира сиять, а я злюсь. Полчаса?! С ним?! Эта Каримова хоть понимает, что предлагает? К ней на следующую встречу приду я одна.
– Пока на этом всё. И к следующей встрече я прошу - определитесь, что вам нужно. Готовы ли вы работать. Если вы хотите лишь обвинять друг друга, то толку не будет.
Женщина заканчивает сеанс, и я первой вылетают из кабинета. Немыслимо! Полчаса! Аррр. Она должна была проявить женскую солидарность, а подставила меня.
– Не спеши, кукла.
В ад тебя, Эмир Сабуров! Там уже заждались.
– У нас тут полчаса интересных намечаются, - Эмир дорогу преграждает. – И я знаю, как мы их проведём.
Глава 13.
Эмир дорогу преграждает, а у меня внутри самый настоящий пожар разгорается. И его не потушить маслом, которое он только подливает.
- С дороги уйди, а то звёздочку твою придётся кое-куда доставать, — скалюсь.
- Произношу с наиграно спокойным голосом. Но глаза горят. Пылают. Если не дурак, то сам всё поймёт.
- Кукла...
А, нет, дурак.
- Эмир, у меня ужасное настроение. Желание совершить что-то плохое и острые ногти. Кстати, как знала, знаешь, как хорошо по твоему лицу пройдутся? - Не намекаю. Прямо говорю. Пускай осознаёт риски.
- Ты где храброй воды хлебнула, кукла?! - Рявкает на меня.
Не нравится? Ешь не подавись.
- Возле твоей могилы раздавали! - В ответ шиплю.
Эмир зубами скрипит, но молчит. Лишь смотрит. Взглядом сверлит. Мог бы - дыру во мне прожёг.
- Я хочу наладить общение, — выдаёт спустя нескольких минут гляделок. Выдыхает. Как будто устал от всего происходящего. А я ещё даже не начинала иметь ему мозги по-настоящему.
- Именно поэтому ты сейчас отойдёшь в сторону и дашь мне уехать по делам. У меня есть работа, дела, дети, которых нужно забрать из садика и школы. После сделать домашнюю работу и приготовить ужин. Так что в этом расписании ты будешь в самом меньшем приоритете. Твои приказы больше не работают, Эмир. Я научилась жить без тебя и понятия не имею, хочу ли вписать тебя обратно в свою жизнь. А если захочу, ты должен мне доказать, что я и дети будем в безопасности. Что мне не нужно переживать каждый раз, когда ты берёшь Мира на прогулку, что в песочнице начнётся перестрелка.
Эмир шаг назад делает, в сторону отходит. Как будто я своими словами наконец-то до него достучалась. Он понял? Или просто решил в данную секунду не нарываться?
- И как дальше? - Произносит, когда я мимо него прохожу.
На секунду притормаживаю.
- Позвони завтра после семи вечера. Только позвони, Эмир. Не приезжай. Не выслеживай. Не пугай детей. Позвони.
Не дожидаясь его ответа, я иду дальше. Вызываю такси в приложении. Хочу вписать адрес галереи, у меня как раз очень много эмоций, которые выплеснуть можно. Но в последнюю секунду передумываю. Меняю полностью планы. Вбиваю адрес того, кто не меньше Буйного во всём виноват. Того, кто убедил меня в его смерти. Того, кто столько времени это скрывал. Того, кто сообщил ему про Мира. Того, кому может достаться гроб Буйного, что ему зря пустовать-то? Сейчас я всё исправлю. Адрес фирмы Марата я знаю хорошо. Он сам мне его дал. Я даже несколько раз там была в самом начале. Последний раз у нас там произошёл серьёзный разговор. Когда я запретила ему приближаться. Когда захотела полностью оградить себя от окружения Буйного. Настаивала на том, что не могу никого видеть, что мне тяжело и больно. Так и было. Не врала. Но ещё и из-за Мира. Чтобы дали нам спокойно жить.
Чем ближе такси приближается к месту назначения, тем злее я становлюсь. Мне нужно это всё выплеснуть. Иначе я просто с ума сойду. И здесь претензии конкретно к нему. Потому что тогда Буйный был без сознания. Марат сам решение принимал. И он права не имел! Просто не имел!
Внутри всё бурлит, закипает. Глаза печёт от непрошенных слёз, но я не разрешаю им наружу выйти. Нет.
Я понимаю, что всё могло бы быть иначе. Мир мог расти с настоящим отцом. Я бы не винила себя в смерти Эмира. Я ведь чуть с ума не сошла. Всё думала, перебирала в голове. А что, если из-за меня? Что, если я как-то повлияла на то, что он сел в машину. Подорвался. Может, не так сильно внимание обращал на важные вещи. За меня переживал и о себе забыл. Я столько раз это проворачивала перед сном в голове, что в какой-то момент поверила, что я виновата.
- Марат Динарович занят, у него важное совещание. - Секретарша Марата выбегает из-за стола, чуть не падает. Потому что я влетаю в его приёмную на нереальной скорости.
- Для меня освободится, — в ответ обрезаю.
Я ждать не стану. Он мне должен. Выгонит всех к чертям, или же они станут зрителями увлекательного представления.
- Добрый день, — влетаю в кабине Марата, за огромным столом не меньше десятка мужчин, — как настроение?
Марат сидит во главе стола, взглядом в меня впивается. Плевать! У меня иммунитет на эти взгляды. Броня.
- Марат Динарович, я говорила, но...
- Злата, какими судьбами? - Голос Марата вибрирует. Говорит о том, что он явно не рад такому моему появлению.
- Пришла новость сообщить, — губы в улыбке растягиваю, — наш общий знакомый из пепла восстал, обсудим?
Меня не пугает злое выражение Марата. Он молнии в кого-то другого может пускать. А от меня они отскакивают. Я тут мертвецов стала видеть. Меня уже ничем не напугать.
Марат сжимает челюсть. Он сейчас Буйного в плохие дни напоминает. Когда энергия аж вспыхивала от гнева.
– Собрание окончено. - Чеканит он, поднимаясь.
Одного взгляда хватает, чтобы все мужчины разом поднялись. Без лишних вопросов двигают на выход. Я шаг в сторону делаю. Чтобы не сбили меня, так они спешат покинуть помещение. Да, Марат умеет внушать ужас. Но у меня иммунитет.
– Телефон потеряла? – Мужчина медленно поднимается. – Почему не предупредила о визите?
– Ой. Ну это же срочные новости. Восстание зомби! Кто о таком по телефону сообщает?
– Кончай паясничать. Ты в курсе о Буйном, я понял. Я не ценю нежданные визиты. Особенно когда ты при других людях собираешься обсуждать внутряковые дела.
– О, конечно. - Я медленно киваю. Приближаюсь к столу, бросая сумочку на отполированную поверхность.
От гнева я даже подрагиваю немного. Холодная, колючая ярость расплывается по телу. Эмир врал мне четыре года. Скрывался и не попадался на глаза. Но Марат… Марат виделся со мной. Он постоянно был рядом. Он смотрел на меня, мне в глаза! И ни разу не решил сказать, что меня испепеляет болью понапрасну. Просто наблюдал. Этот сукин сын молча стоял рядом на похоронах! Ну, ничего, я и на его похороны приду. С удовольствием! Если меня не посадят за убийство с особой жестокостью, конечно.
– А знаешь, Марат, - мой голос падает до угрожающего шёпота. – Я тоже много чего не ценю. Например, когда мне врут. Глядя в глаза врут!
– Я делал то, что считал нужным.
– Ты, блядь, видел меня! Видел, как мне хреново! Как я страдала. И ты ни слова не сказал. Ты просто… Наблюдал. А после… После приходил и предлагал помощь. Заботу проявлял. Ты врал мне! - Я бью ладонью по столу, сметая какие-то бумаги. Вибрация доходит до самой кости, покусывает болью.
Мы с Маратом не друзья. Он был словно единственным звеном между мной и Буйным. Тем, кто знал его. Был живым напоминанием, что я ничего не придумала себе, не свихнулась. В каком-то смысле поддержкой. И как же бесит меня его лицемерие. Обещание помочь, эти лживые попытки поддержать… Когда он мог рассказать мне правду.