Три желания

Нейт чуть не вздрогнул от его слов, но остановил себя.
— Виктор, вы женаты тридцать лет, Джефу двадцать восемь, — Нейт не верил, что отец мог что-то выдумать такое шокирующее, чтобы услышать его ответ.
— Она потеряла ребенка. Это был мальчик, — объявил Виктор, и Нейт ошеломленно уставился от неожиданного сообщения, Виктор стиснул челюсти. Нейт никогда раньше не слышал эту историю. — Лаура говорит, что ей понадобилось четырнадцать лет, чтобы получить того мальчика обратно.
От этих еле слышных слов, Нейт почувствовал, словно его ударили в живот. Он не стал показывать свою реакцию, просто кивнул.
Потом Виктор решил продолжить, но с другим настроением:
— Лаура — лучшее, что случилось со мной. Я был убийцей, худшее, что может быть, и я не мог быть с ней. Я знал это, Натаниэль, знал до самых своих костей. Но ничто не могло остановить меня, ничто. Это неправильно, бл*дь, даже сама мысль уже ужасна, о том, чтобы сделать ее беременной, но я сделал. Она забеременела от меня, и я сделал это специально. Я бы сделал что угодно, чтобы привязать ее к себе.
Нейт хранил молчание и сохранял внешнее спокойствие, но слова отца, словно молотом, вколачивались в него.
— Ты и я, сынок, мы с тобой похожи. Я не знаю, как ты обмозговываешь многие вещи, потому что ты шибко умнее меня, но я знаю, как ты думаешь.
Нейт перевел свое внимание обратно на окно.
Затем он сказал:
— Лили была девственницей.
— Я знаю, — ответил Виктор.
Тело Нейта расслабилось от такого ответа Виктора, который всегда почему-то все знал.
Хотя Нейт не спрашивал, но Виктор все равно стал объяснять:
— Она доверилась мне, сказав, что у нее это первое свидание.
Глаза Нэйта снова переместились на отца от такой новости. Он едва мог поверить в это.
Как обычно, Виктор хорошо понимал, о чем думает Нейт, хоть он и не сказал ему ни слова.
— Я знаю, что ты в шоке, я тоже был тогда в шоке, но клянусь, она не лгала. Она нервничала, безумно нервничала.
Это заставило Нейта улыбнуться.
Виктор продолжил:
— Повезло, что у тебя был мотоцикл, который объединил ваши интересы, — Виктор улыбнулся.
Для Нейта было совершенно нехарактерно, но он вдруг решил поделится своими мыслями:
— Она ничего не говорила о противозачаточных таблетках.
Виктор пристально наблюдал за ним.
— Я считаю, что ты их и не увидишь.
Нейт покачал головой, об этом он тоже уже однажды подумал.
Виктор просиял.
— Мы думаем одинаково, мы с тобой всегда думаем одинаково.
Ней совершенно не волновался по этому поводу, Виктор уже сказал, что это неправильно и не совсем правильно, но ему было все равно. Он подумал, что если бы она решила оставить его, то скорее всего он бы приковал ее к кровати. Если же она будет беременной, то будет привязана к нему на всю оставшуюся жизнь. Он хотел, чтобы она была беременной и собирался именно так и поступить.
Если она забеременеет, то не оставит его, потому что семья для нее значила очень много, даже больше, чем что-либо в этом мире. Она совершенно ясно дала это понять, не только из-за того, что взахлеб рассказывала о своей семье, но и потому что очень переживала из-за того, что у него не было такой семьи.
Даже если бы она узнала о его прошлом, возможно Джеф когда-нибудь скажет, или Виктор с Лаурой сболтнут что-то лишнее, она все равно не сможет его оставить. Она могла съехать от него сейчас, в конце концов развестись, если бы они были женаты, но Лили никогда бы не разрушила семью. Он, точно знал это, как и его отец.
В приемной вновь зазвонил телефон.
— Ответишь? — спросил Виктор, вставая с кресла.
— У меня есть работа, я не буду отвлекаться, хочу пораньше прийти домой.
— Не осуждаю тебя за это, — пробормотал Виктор, небрежно махнув на прощанье рукой и ушел.
Нейт окунулся в работу.
У него не было никаких идей по поводу дальнейшей жизни, и во второй раз за многие недели, Лили опять поколебала все его принципы.
* * *
Нейт вернулся домой пораньше, с желанием сообщить Лили, что они скоро переедут, он собирался уже давно сказать ей об этом, но все не представлялся удобный случай, все время находились дела поважнее.
 
Завтра появятся грузчики и начнут паковать вещи для переезда, который состоится после завтра. Он хотел сказать Лили, что, если ей необходимо они могут перевезти все самое нужное из ее дома в Сомерсете.
Он приехал домой в пустую квартиру.
Он не звонил ей заранее и не сообщал, что собирается прийти пораньше, поэтому возможно она ушла куда-то. Последнее время она была одержима идеей найти работу. Или возможно она отправилась вместе с Лаурой.
Он поднял трубку и набрал номер матери.
— Натаниэль, мой дорогой, я так рада, что ты позвонил. Ты не хотел бы вместе с Лили прийти к нам на ужин на следующей неделе?
Нейт направлялся в спальню, чтобы переодеться и остановился, как вкопанный.
Затем замер.
— Натаниэль? — позвала его Лаура.
— Извини, Лаура, я перезвоню, — пробормотал Нейт.
Он нажал на кнопку, даже не выслушав ее слова прощания и стал оглядываться по сторонам.
Не было косметики Лили, наваленной на комоде с зеркалом. Он чувствовал запах ее духов, но духов тоже нигде не было.
Он пошел в ванную.
Ее зубная щетка и множество баночек, бутылочек (когда Нейт увидел их в таком количестве впервые, то к своему удивления почувствовал необычное чувство удовлетворения), пропали.
Он вернулся в спальню и открыл один из ящиков, в котором она хранила свои вещи.
Он был пуст.
Он вытащил следующий.
Тоже пустой.
Он вернулся в гостиную, увидев несколько писем на столе, которые валялись в полном беспорядке, пересланные ее подругой Максин. Некоторые были распечатаны.
Нейт заметил, чтобы выплаты по ипотеке были просрочены, так же как и две кредитные карты. Нейт почувствовал какое-то смутное чувство, почему она не сказала ему об этом. Он же сказал ей, что позаботиться обо всем, и не было абсолютно никаких причин, оставлять ее счета не оплаченными.
И тамже лежало письмо, написанное аккуратным слегка каллиграфическим почерком от ее матери, которая рассказывала Лили «последние шалости» Фазира и волновалась по поводу скорого отъезда в отпуск на Гавайи.
Он налил выпить, сел на диван и стал ждать.
Наступила ночь, он очень много курил и пил намного больше, чем обычно. Он не курил с той ночи, когда стоял у входной двери родительского дома. Ему не хотелось курить.
Она не вернулась домой и не позвонила.
Не той ночью и не следующей.
Грузчики перевезли его вещи, и в этот день он отправился по адресу, указанному на ее счете за ипотеку.
Город, в котором она жила, был элегантным, он мог судить по тому количеству дорогих БМВ, Мерседесов и Ягуаров, припаркованных на подъездных аллеях.
Ее дом стоял на берегу моря, можно было из окна увидеть Викторианский пирс. Он отстраненно заметил, что это очень хорошо сохранившийся объект недвижимости в удобном месте. Ее дом представлял из себя трех ярусный таунхаус, первый этаж, выходящий на улицу, а другие упирающиеся в крутой отвесный склон берега. Этот дом был создан словно именно для Лили. Он выглядел немного вальяжным и шикарным, несмотря на то, что был в запущенном состоянии. Она поставила два огромных терракотовых вазона с разнообразными цветами по обе стороны от входной двери.
Он постучал, увидев слева от себя в окне залитую солнцем комнату, находящуюся в передней части дома с полами, выложенными мозаикой, плетенной мебелью и веселыми разноцветными подушками, которые так и приглашали вас присесть. Но Нейт был не в настроении, чтобы обращать внимание на мебель, которая была далеко не новой и довольно потрепанной. Он также был не в настроении, вообще что-либо замечать, потому что никто не вышел из дома. Дом выглядел опустевшим.
Затем он услышал:
— Вы ищете Лили?