Глянец для Золушки (СИ)

— Даааа, — пришёл он в себя. Почему-то сегодня Руслану захотелось кому-то излить собственную душу.
— Антонина, прошу садиться, — экономку не пришлось сто раз упрашивать. Она присела на предложенный стул без всяких обиняков. — Как Вы считаете, может, мне стоит жениться? Мне уже за тридцать лет. От сестры нет никакой поддержки, наследников от неё не предвидится. А кому оставлять всё это? — и Руслан обвёл глазами собственный кабинет. Но экономка поняла его, поняв, что он имеет в виду дом и компанию. — Ради чего я живу? Работаю, как вол, а ради кого? Детей и то нет.
— Ваше право, — вежливо отметила Антонина. Она старалась не лезть в личную жизнь хозяев, считая, что это не её дело. — Вы, Руслан Александрович, видный жених, от девушек у Вас и так отбоя нет. Я же вижу.
— Вот именно отбоя, — иронично заметил Руслан, а жена она должна быть единственной.
— Разве в вашем кругу нет достойной дамы, чтобы украсить ваш дом? — вопрос Антонины прозвучал с некой иронией.
— Почему же, — заметил тут же молодой хозяин. — У моих друзей найдётся с десяток их прелестных сестриц, желающих меня захомутать. Кстати, Антонина, как поживает ваша дочь? Дарина. Мы с ней когда-то в школьные годы были достаточно дружны. Возможно, она Вам рассказывала об этом. Потом я уехал, учился в Англии, оставив милую подружку одну против школьных гоблинов.
— С ней всё хорошо, — ответила экономка вежливо. Руслан боялся услышать от женщины другой ответ, но он его почти услышал, когда задал Антонине ещё один вопрос: «Она не собирается приехать, навестить Вас?»
— Собирается, — ответила Антонина хозяину, перебирая при этом в руках носовой платок.
— Наверно, успела выйти замуж за какого-нибудь иностранца? — нервно предположил Руслан. Его волнение не осталось тайной для Антонины. Она заметила, как лицо хозяина побледнело, когда она ответила на вопрос Руслана Елисеева.
— Почти. У дочери есть жених. Они скоро приедут. Дочь хочет познакомить меня со своим избранником.
— Вы рады? — спросил Руслан.
— Конечно, рада, — ответила Антонина. — Дарина уже не девочка. Взрослая женщина. Пора ей уже в жизни определяться, завести семью и детей. Я уже о внуках мечтаю, дочка у меня одна, я в неё, как умела, всю душу вложила.
— Дааааааа, — произнёс загадочно Руслан. — Она у Вас замечательная. Поздравляю, Антонина, — но на душе Елисеева скребли чёрные кошки. Девушка, которую он любил страстно и безответно вот уже несколько лет, собралась замуж.
— Спасибо, — ответила экономка. — Руслан Александрович, будут ещё какие-то распоряжения?
— Нет, — прозвучал ответ. — Антонина, Вы свободны, — и Шереметьева также тихо покинула кабинет хозяина, как и вошла в него тихо минут десять назад.
— Работа сегодня отменяется, — у Руслана пропало настроение. Его, взрослого мужчину, расстроила новость, услышанная от экономки.
— Выходит замуж. У неё жених? А меня забыла. А что у нас с ней было? Ничего, — рассуждал сам с собой Руслан, готовый всё крушить вокруг. — Замуж. Посмотрим. Через мой труп она выйдет замуж за другого мужика. Слишком долго я ждал, — Руслан не знал, как он может остановить девушку, которую не видел несколько лет, но был уверен, что попытается сделать всё, что от него зависит.
— Руслаааааааан, — раздался женский крик с первого этажа. Этот голос Елисеев узнавал сразу. Он означал, что его милая сестрис прибыла в очередной раз в гости к милому братцу. — Где ты? — теперь голос Виолетты звучал более раздражённо. Женщина злилась, так как старший брат не считал нужным откликнуться. Виолетта в очередной раз сбежала от своего жадного и похотливого мужа Масика.
— Скотина, — сквозь зубы процедила Виолетта, злясь на собственного благоверного. М — да, её надежды на это замужество не оправдались. Как же Виолетте мечталось, что её старый муж «двинет кони» и умрёт, оставив всё состояние любимой жёнушке. Но нет. У старика открылось второе дыхание. Брак с молодой женой придало Максиму Петровичу Брызгалову новых свежих сил. Он почувствовал себя, как Майк Тайсон, готовый к великим подвигам в постели. Скучать Виолетте он, конечно, не позволял. Но молодую женщину жутко злило не это обстоятельство, а кое-что другое. Её дорогой муженёк оказался чрезвычайно жадным типом, типичным скупердяем, жалеющим потратить на мелкие желания жены лишнюю копейку.
 
— Руслан, где ты? — Виолетта уже кричала на весь дом.
— Иду, дорогая сестрис? — услышала женщина мужской голос. Братец, наконец, соизволил спуститься. Виолетте не трудно было догадаться, что Руслан дома. У входа в машине скучал личный водитель брата, готовый в любой момент выполнить приказ шефа.
— Зачем приехала? — Руслан никогда не церемонился с сестрой. Елисеев считал Виолетту форменной эгоисткой. Она никого никогда не любила: ни мать, ни отца, ни брата и даже к собственному мужу не испытывала нежных чувств любви. Виолетта могла любить только себя, свою немного увядшую красоту и тряпки, много, много модных тряпок. Виолетта изобразила на милом личике такой вид, как будто она так сильно соскучилась по любимому братику. Медленным кошачьим шагом молодая женщина подошла к Руслану и хотела поцеловать его в щёку в знак притворного приветствия.
— Я скучала, дорогой бурундучок. Руслан, а где приветствие. Раз в сто лет сестрица решила к тебе заглянуть на огонёк, — но сильные руки брата не позволили Виолетте обнять его. Руслан развёл в стороны руки Виолетты и отстранил женщину от себя.
— Сестрис, я тебя слишком хорошо знаю. Раз в сто лет? Не смеши меня. Ты у меня бываешь раз в три дня, если не чаще. Но, Виолетта, конечно, приезжай, я не против. Но у тебя есть и собственный дом. Сколько ты жила у меня в последний раз?
— Два дня, — м — да, Виолетта решила немного слукавить.
— Ты уверена? Спросил Руслан.
— Даааааа.
— Виолетта, ты жила у меня две недели, пока Брызгалов сам лично не приехал за тобой и не увёз насильно домой. Давай, сестрис, договоримся, ты можешь бывать у меня, сколько захочешь, но ночевать иди к мужу. Не забывай, ты замужняя женщина. Я, Виолетта, и родители тоже, не тащил тебя насильно к алтарю. Ты сама себе выбрала мужа. Так что терпи.
— Это и мой дом, истерично заявила Виолетта, окидывая взглядом родительское гнездо вокруг.
— Ты уверена? — спросил Руслан у сестры. — Помнится мне, мать заплатила тебе половину стоимости этого дома и от нашего состояния отдала тебе половину в виде денег. Разве нет?
— Даааааа, — Виолетта не могла отрицать факта, о котором напомнил Руслан. — Нооо, брат, ты же знаешь, что я на эти деньги купила небольшой остров на море.
— Ииииии? — дальше следовало кое-что интересное, Руслан рассмеялся.
— Он затонул, — ответила Виолетта. — Я же не знала, что в том районе будет землетрясение и мой любимый остров утонет.
— Дура, ты, сестрис, — заявил женщине брат. — Ладно, зачем пришла?
— Могу я у тебя пожить? Нуууу, ты же мой брат? — сейчас Виолетте не хотелось возвращаться к опостылевшему мужу. Руслану некуда было деться. После смерти родителей Виолетта осталась для него единственной родной душой, несмотря на то, что в её голове ползали не самые лучшие тараканы.
— Хорошоооооо, можешь оставаться, сколько хочешь. Всё-таки, Виолетта, мы с тобой сестра и брат.
— Урааааа, — запрыгала от радости молодая женщина, бросившись целовать Руслана в обе щёки. Но спасибо, как всегда, она забыла сказать.
— Где твоя комната ты знаешь. Антонина тебе всё подготовит.
— Опять эта? — проговорила Виолетта. Новую экономку она не любила, едва её терпя. Попытки уволить Антонину провалились, так как за мать Дарины вступился Руслан, дав сестре понять, что в его доме она не хозяйка.
 
— Да, опять она, Виолетта. Будь добра уважать мою экономку. Не нравится что-то, скатертью дорога. Я не держу тебя, сестрис.
— Меня зовут Витта. Я не Виолетта.
— Сестра, разберись, как к тебе обращаться. Я могу называть тебя и Вини Пухом, да и за Пятачка можешь сойти. Меня устроит. Всё, сестрица, я побежал, можешь пожить. Есть вопросы, Антонина всё решит.