Девочка Дьявола (СИ)

— Ну что, теперь твоё состояние достаточно соответствует, чтобы мне отсосать?..
Это точно какой-то трэшовый кошмар, устроенный самим Дьяволом, который теперь рычал мне на ухо с жёстким довольством, перед тем как выйти из меня развернуть к себе лицом. Мир снова перевернулся перед моими полуослепшими глазами, и я интуитивно схватилась за бёдра стоявшего передо мной (вернее, уже надо мной) прекрасного чудовища из недр самой преисподней. Который, к слову, заставил меня нажимом на плечи опуститься перед ним на колени и очутиться лицом перед его вздыбленным членом. Огромным, накаченным горячей кровью и греховным возбуждением, оплетённым вздутыми венами и смазанным от самой головки до тяжёлой мошонки моими интимными соками.
От этой ирреальной картины у меня невольно закружилась голова и окончательно пересохло во рту. А внутри растёртого лона заныло от очередного острого приступа неконтролируемого желания, усиленного чувством неудовлетворённости после прерванного акта неистового соития.
— Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что делать дальше?
Я и ответить не успела (хотя, едва ли кто-то тут этого ждал от меня). Только ещё раз всхлипнула и крепче ухватилась за бёдра Стаффорда, когда он обхватил мне затылок одной рукой, запуская пальцы в мои явно уже растрепанные волосы, а другой… О, Господи! Другой прижал головку своего члена к моим губам и, глядя на всё это сверху вниз ощутимо потяжелевшим взглядом изощрённого садиста, влажной залупой по контуру всего рта, то ли лаская, то ли упиваясь своей неограниченной вседозволенностью.
— Тебе нужно особое приглашение, девочка? Открывай рот и отрабатывай. И, желательно без глупостей.
Если бы я не была настолько перевозбуждена и не жаждала собственной разрядки, наверное бы, отреагировала на его слова немного иначе. Но, похоже, мне буквально отбило напрочь весь здравый рассудок. Я всё ещё надеялась, что это не финальная стадия (если вспомнить, как долго Рейнальд меня трахал в наш первый вечер), и мне ещё тоже должно было перепасть после того, как я закончу с выписанным мне «штрафом». По крайней мере, я тайно на это надеялась. И не переставала возбуждаться под давлением пальцев мужчины и его эрегированного члена на моих губах.
Поэтому и сделала это. Обхватила его ещё влажный ствол фаллоса подрагивающей ладошкой и провела кончиком языка по солоноватой уздечке, быстро добравшись до более чувствительной головки и лизнув её гладкую вершину круговым движением, прежде чем вобрала полностью в рот.
— Поактивнее, милая, если не хочешь, чтобы я принял в этом личное участие.
И будто в подтверждение своим словам Стаффорд толкнулся глубже в мою ротовую полость, крепче сжав волосы в кулак под моим затылком. Правда, до горла не достал, и я каким-то чудом не поперхнулась. После чего пришлось всё-таки проявить побольше сноровки и действий. Провести кулачком несколько раз по подвижной коже всего ствола члена, пока ртом и языком я обсасывала крупную упругую головку, которая ещё совсем недавно находилась глубоко в моём лоне и растирала меня изнутри. Теперь я растирала её орально, продолжая при этом возбуждаться дальше и ощущая её фантомные толчки во влагалище, мечтая снова ощутить весь объём немаленького пениса снова внутри себя. И чтобы в этот раз он довёл меня до логического завершения…
— Неплохо, но недостаточно профессионально. Думаю, с этим мы со временем разберёмся. И всё-таки мне придётся проявить собственную активность…
Наверное, не прошло и минуты после моих откровенных стараний, как Стаффорд вдруг обхватил мою голову уже обеими ладонями, удерживая меня в удобном для себя положении, и… принялся буквально меня трахать в рот. Почти так же быстро, как до этого трахал в вагину. Правда, не на всю длину, но всё же. Достаточно грубо и без капли намёка на романтическую нежность. Пока у меня не онемело всё во рту, а глаза не заслезились от столь шокирующего безумия, больше похожего со стороны на жестокую пытку. Но самое ужасное во всём этом то, что я… всё равно возбуждалась! И хотела его не меньше чем до этого. Хотела, чтобы это сумасшествие не прекращалось, и чтобы я потом не изводила себя воспоминаниями о том, что здесь произошло, и как я себя при этом вела.
 
Слава богу, длилось это безумие хотя бы не целую вечность, и Рейнольд даже не кончил мне в рот, когда прервал свой почти насильственный акт и на какое-то время оставил меня в покое. Правда, всё равно ненадолго. Точнее, ровно настолько, чтобы полюбоваться с подчёркнутым во взгляде самодовольством моим немного заплаканным лицом и растёртыми до зудящего онемения губами. Именно по последним он прошёлся большим пальцем, вспоминая, видимо, как ещё недавно они обжимали его влажный от моей слюны член, и как тот скользил по ним вглубь рта заведённым поршнем.
— Сделала бы это без своих вые@онов в машине, глядишь, не пришлось бы теперь проходить через всё это здесь. Хотя… кто его знает? А вдруг ты меня специально на это раскрутила?
Кажется, я уже была готова разрыдаться по-настоящему, потому что до сих пор его хотела. А он… Он будто и вправду надо мной издевался. Игрался и прощупывал своими действиями буквально до нутра, подминая под себя уже окончательно, чтобы впоследствии добиться нужной от меня реакции. Опустошая и ослабляя мою волю настолько, чтобы я не могла ни слова сказать в ответ, ни проявить хоть какое-то физическое сопротивление, превратившись в его знающих руках в безвольную куклу или мягкий воск.
— Так уж и быть, в этот раз обойдёмся минимальным наказанием. Хотя ты этого и не заслужила. Только не думай, что в будущем я и дальше буду спускать тебе всё с рук.
Я не совсем понимала, о чём он говорил, совершенно не зная, что от него ожидать теперь дальше. Если для него это было минимальным наказанием?..
Разве что, он и сам не дал мне толком вникнуть в смысл его слов и прочувствовать, как следует, вызванные ими эмоции. Всего пара мгновений, и он подхватывает меня за подмышки, поднимая над полом и через несколько шагов укладывая спиной на сиденья ближайшего дивана. Опять, не особо церемонясь и не проявляя хоть какой-то щадящей мягкости. И даже под конец совершая свой излюбленный манёвр — обхватывая моё горло ладонью и тем самым прижимая головой к мягкой опоре, пока разводил мне ноги другой рукой и пристраивался в удобной позе к ноющей киске.
Так что в этот раз я тоже не видела, но зато весьма прочувствовала, как он в меня вошёл, и как это было одновременно и больно, и сладко. Я и застонала от смешанных чувств, не понимая до конца собственной реакции. Вплоть до того момента, пока он не начал во мне двигаться. Пока снова не начал трахать, ускоряя и усиливая толчки-удары члена, от которых моё лоно моментально воспалилось до прежнего состояния, спасая мой меркнущий рассудок в губительных вспышках эрогенной эйфории. Пока из моего горла не начали вырываться надрывные стоны, а меня саму выгибать от пробирающих до костного мозга сумасшедших ощущений. От беспощадной похоти и животных низменных желаний пережить ещё раз один из самых сильных оргазмов.
И, в конечном счёте, меня им накрыло, будто взрывом — мощным и всепоглощающим, выжигающим своим наркотическим напалмом мозг едва не до основания. Но до протяжного крика уж точно. Практически до слёз. Я даже не поняла, как вцепилась в руку Стаффорда на моей шее и как начала ему подмахивать, совершенно не соображая, что творю и во что превращаюсь.
— В этот раз, считай, ты легко отделалась, девочка. Даже слишком легко.
Меня ещё продолжало перетряхивать и прошибать затихающими вспышками нереального оргазма, когда мой персональный Дьявол нагнулся к моему лицу впритык и заглянул через слезящиеся глаза в самую душу. И когда его низкий звучный голос прошёлся по моим нервам знакомой вибрацией, запускающей нужные ему триггеры.
— Спишем данное послабление на твою неопытность в определённых вопросах. Пока что. Но учти, дорогая. Это было в первый и последний раз. И, если ты не хочешь когда-нибудь узнать, что значит получить наказание по полной от такого человека, как я, постарайся в дальнейшем не играться в опасные игры с людьми, которые могут сделать с твоей жизнью всё, что угодно. Теперь можешь идти в свою комнату и делать то, что собиралась там делать.