Девочка Дьявола (СИ)
— Х-хорошо! Я вас слушаю, мистер Стаффорд. Что вы хотите, чтобы я сделала?..
— Так уже намного лучше, Дейзи. — его улыбка стала более жёсткой и едва заметной, а взгляд… ощутимо потяжелел. Настолько ощутимо, что мне даже стало трудно дышать, а по коже в который раз прошёлся шоковой волной нервный озноб, добираясь буквально до мозга костей.
— Раздевайся. — он произнёс это не сразу, намеренно выдержав очередную убийственную паузу, а уже после… приложил меня данным приказом. Спокойным, ровным тоном, будто всего-то попросил меня куда-нибудь пройти и сделать что-нибудь банальное и простое, например, налить себе в стакан воды.
— Ч-что? — и, естественно, столь простое слово было воспринято мною не так, как я понимала его раньше.
Не удивительно, что мужчина устало выдохнул, грозясь продемонстрировать своё разочарование мною во всей красе.
— Давай уже определимся с тобой раз и навсегда, девочка. Я пошёл тебе навстречу, выслушав всю твою душещипательную историю о нелёгких буднях вашей разнесчастной семьи, пожертвовав на это личное внимание и время. Судя по твоим же словам, ты готова сделать для своей матери всё, что я только от тебя не потребую и даже собиралась раздвинуть передо мной ноги в качестве одной из небольших компенсаций. Так что же в слове «раздевайся» для тебя стало непонятным?
— Но вы… вы мне так ничего и не ответили…
— Ты опять не слышала, что я тебе до этого говорил? — он даже прищурился, продолжая добивать меня своими издёвками, словно пока ещё лёгкими пощёчинами. — Учти. Я не привык повторять свои требования по нескольку раз. Если кто-то не понял моих слов ни с первого, ни со второго раза…
— Вы испытываете к данному человеку ненавистное вами разочарование?
Одна из густых тёмных бровей Стаффорда изогнулась вверх, а губы сжались в неопределённой мимике.
— Именно, Дейзи. Так что, выбирать сейчас только тебе. Либо разворачиваться и уходить отсюда без чужой помощи, либо…
Меня невольно качнуло, то ли от сильного толчка сердца, то ли от пошатнувшегося под ногами пола. Но я каким-то чудом устояла и даже сделала пару неровных шагов к ближайшему ко мне ламповому столику, чтобы положить на него свою сумочку подрагивающей навесу рукой. А дальше…
Дальше всё ещё больше начало походить на какой-то бредовый и едва осмысливаемый сон. Я стала раздеваться. Естественно стараясь не смотреть в сторону хозяина дома, словно спасаясь от реальности и прессующей близости данного человека столь банальным образом. Как будто я не ощущала его взгляда и самого присутствия, способных довести любого храбреца до нервного срыва. Но в том-то и проблема. Мне нельзя было сейчас срываться. Я должна была пройти этот круг ада, во что бы то ни стало. До конца! До победного!
***Кажется, большая часть совершённых мною действий так и не отложилась в моей памяти. И я не только не запоминала, что делала, но и практически ничего не чувствовала. Будто находилась в плотном коконе из горячего вакуума, который защищал моё сознание ложной анестезией. А может я действительно ничего такого не испытывала, поскольку заранее была готова к более худшим вариантам. А так… раздеться, пусть и без особого изящества…
— Догола, Дейзи.
Голос Стаффорда впервые за последние минуты вернул меня в реальность, словно хлёсткой пощёчиной. Хотя, до этого я старалась не смотреть в его сторону, как раз по этой же причине — в попытке абстрагироваться от его близости и всей ситуации в целом.
Но стоило ему подать лишь один свой голос и всё. Как шоковым разрядом по коже, позвоночнику и всем натянутым нервам. Я даже неосознанно вздрогнула, интуитивно скосив взгляд в его сторону и на какое-то время замерев в нижнем (ещё и самом сексуальном, какое только смогла у себя найти) чёрном белье в далеко не изящной позе.
— Согласись, я же должен увидеть, что ты собираешься мне предложить в качестве одной из возможных компенсаций. Или ты думаешь, я страдаю от недостатка женского внимания, что готов наброситься на любое дышащее и двигающееся существо, называющее себя девственницей?
В этот раз он вообще не улыбался, пусть в его словах и ощущалась ироничная издёвка. А его взгляд… Господи… У меня снова перехватило дыхание, будто переклинил клапан в районе диафрагмы, а сердце — через каждую бешеную серию ударов пропускало то по одному, то сразу по нескольку толчков.
Даже с расстояния в семь ярдов, я видела насколько глаза мужчины были наполнены сейчас пугающей темнотой (почти чернотой) бездонного омута его истинной сущности. Будто заглядываешь, пока ещё издалека, в равнодушную, но явно ненасытную бездну, которая в любую секунду могла притянуть тебя к себе и поглотить за считанные мгновения.
— Тебе известны мои требования, так что… повторяться я не намерен.
Да, конечно! Я всё прекрасно помнила! И за те деньги, которые я собиралась у него просить, я точно не имела никакого права тянуть время или раздумывать над своими дальнейшими действиями. К тому же… я так же знала к кому и на что шла. И, как правило, девственность теряют без одежды. Или, по крайней мере, без трусиков.
Естественно я сделала и это. И едва ли скрепя сердце. Скорее, как и до этого, мало что запоминая из собственных действий и так же почти что ничего не чувствуя. Может лишь лёгкое облегчение, оголившись полностью и краснея ещё больше, но не думаю, что от переживаемого чувства стыда. Если не смотреть на своё же тело, то на вряд ли можно ощущать себя голой, когда вся буквально горишь и одновременно жаждешь скончаться прямо на месте. Голой я себя ощущала под изучающим и абсолютно бездушным взглядом Стаффорда, в котором вообще невозможно было ни черта прочесть.
— Подойди ближе. — его приказ прозвучал очередной отрезвляющей пощёчиной, хотя и без особых изменений в тональности. Так же равнодушно и спокойно, как и до этого. Не тише и не громче, пусть мне и показалось, что его вибрация прошлась по моим нервам ещё глубже и ощутимее, чем до этого.
В этот раз я не стала переспрашивать или ждать, когда он напомнит мне о своём растущем разочаровании. Единственное, рефлекторно приподняла руки, чтобы прикрыть дрожащими ладошками лобок и полную грудь с жавшимися под прохладным воздухом гостиной сосками. При этом делая совершенно неизящные шаги в сторону мужчины и стараясь стискивать бёдра даже на ходу.
— Ближе! — я было уже начала останавливаться где-то в трёх от него ярдах, когда дошла до журнального столика зоны отдыха, но Стаффорд моментально пресёк все мои тщедушные намеренья. — Ещё ближе…
Теперь я расслышала в его голосе тягучую ленцу, которая запульсировала под моей кожей шокирующим «ожогом» в довесок к тому, что я и без того испытывала в эти секунды, находясь от мужчины всего в паре футах. Практически уже глядя на него в упор и при этом совершенно не чувствуя того факта, что он сидел, а я над ним как бы возвышалась. Ничего подобного. Я прекрасно знала, какого он был роста и ощущала данную разницу, как никогда. Особенно в его физическом потенциале и скрытых под стильным костюмом возможностях мощного тела.
Не представляю, чем меня накроет, если сделаю к нему хотя бы ещё один шаг. Поскольку меня и сейчас шторило от его близости, как никогда, и чьё воздействие на меня усилилось практически в разы. Как если бы он уже ко мне прикасался, а я бы разглядывала его бесчувственные глаза и лицо буквально впритык.
— Когда я говорю «ближе», я имею в виду ближе, девочка! — и в этот раз он не просто это сказал, но и указал ленивым движением левой ладони то самое место, на которое я должна была стать. Прямо перед ним! Между его раздвинутых ног!
Всего один шаг! Или два небольших… которые я каким-то образом делаю, практически не чувствуя как и что. Вздрагиваю и прихожу в себя только тогда, когда моей голой голени задевает поверхностное соприкосновение с мягкой тканью брюк. Хотя я и старалась изо всех сил встать так, чтобы не задеть никоим образом и никак самого Стаффорда. Увы, но это оказалось так же невозможно, как и не чувствовать всё то, чем меня сейчас крыло и чем ещё предстояло накрыть.