Созданный монстр (СИ)

Но сто четырнадцатый удивил ТИСа и сейчас. Лихо маневрируя в зоне досягаемости перехватчиков он, казалось, подставлялся под все орудия. Кто-то стрелял ему ракетой вслед, кто-то пытался сбить лазерами. Но МЕГ флегматично собирал все цели на себя, игнорируя попадания. Наверное, пилоты единогласно решили, что вместе-то они смогут накрыть эту машину, но… МЕГ дождался последнего, а потом, развернувшись корпусом к ним и продолжая лететь по инерции, разом накрыл всю толпу перехватчиков из всех своих орудий. Одновременный залп оставил за ним только огненные сферы с разлетающимися осколками.
ТИС мог бы назвать его пижоном. Если бы не видел за этими действиями все той же холодной логики и идеального просчета. Нет, МЕГ не умел красоваться. Это понятие ему не знакомо. Просто филигранность его отточенных и продуманных действий вызывала оправданную зависть. Но в то же время отдавала холодком жути.
Какое-то такое чувство возникало раньше у ТИСа, в далекой прошлой жизни, когда он смотрел на безумцев, вырезающих по какой-то одной им понятной причине целые кварталы. Они тоже были уже не люди. Скорее боевые машины с дикой простому человеку логикой и невероятным спокойствием.
Словно специально МЕГ не спеша проплыл среди гаснущих взрывов, самую малость маневрируя среди осколков и будто бы лениво уклонился от очередного залпа корабельного орудия. Как на прогулке, а не на боевом задании.
«ТИС-512, доложи на базу», — в общем эфире передал МЕГ право отрапортовать за него.
Командир группы мысленно встряхнулся и собрался. Это важно. Ему снова дали право показать себя хоть как-то.
«База, докладываю обстановку, — ТИС отправлял отчет короткими сигналами, которые дешифровывали на корабле «Белого шторма». — Все боеспособные единицы противника обезврежены. Крейсер «Туран» дрейфует и не способен погрузиться в прыжок. Ждем дальнейших указаний».
«Займитесь орудийными вышками «Турана», а потом уничтожьте развешанные кораблем ретрансляторы. Координаты высылаем пакетом», — ответили с корабля.
МЕГ тоже слышал все приказы и принял архив с координатами. Молча, без лишнего сигнала сто четырнадцатый развернулся и направился к крейсеру. Ракеты в наличии оставались только у него. А следовательно разбирательство с турелями так или иначе он возьмет на себя. Обсуждать задание с группой он не видел смысла.
А могло бы показаться, что он их просто проигнорировал…
Распаковывая архив с координатами ретрансляторов, пятьсот двенадцатый задумчиво смотрел ему вслед.
Все-таки МЕГ не бездушная и эгоистичная скотина, как показалось ТИСу с первых фраз разговора. Он просто равнодушная машина со скудными остаткамичеловеческого общения. Даже не понятно, что хуже.
Хорошо хоть пока они по одну сторону сражений и выполняют общее задание….
  
Глава 12. Венценосная семья
 
Цинтерра.
Апартаменты Верховного канцлера располагались над самыми высокими небоскрёбами, в зелёной зоне главной и богатейшей планеты Федерации. Роскошные окна от пола до потолка смотрели на огромный, геометрически правильный парк, разбитый прямо на крышах зданий. Перпендикулярные дорожки расчерчивали площадку, овальные пруды равномерно перемежались с квадратными зонами отдыха и миниатюрными скамейками. Здесь в идеальном и правильном парке даже деревьям роботы-садовники не давали разрастаться, как вздумается, придавая кронам исключительно вылизанные формы.
Последнее время Цинтерра взяла моду на геометрический экстерьер и пока что следовала ей непреклонно.
Исправно и беззвучно трудилась система климат-контроля. В метрополии не принято было делать открытых окон и балконов. Всему виной был тяжёлый душный воздух, у поверхности практически невыносимый. Лишь редкие зоны Цинтерры могли похвастаться прохладой и свежим морским бризом. В остальном планета была полностью отдана на откуп людям и городским районам, разрастающимся как плесень. С тех пор как границы населенных пунктов сомкнулись, Цинтерре был присвоен статус планеты-столицы.
 
Но, несмотря на показную роскошь и обилие новейших технологий, метрополия считалась самой беспомощной из планет Федерации. Да, он была богата, очень богата, баснословно богата. Она соединяла в себе всю промышленную и финансовую систему Федеративного Содружества Планет, но… Без продовольствия вся эта мощь превращалась в пустой звук. А продовольствия планете с двадцатимиллиардным населением не хватало всегда. Сектора тепличных и животноводческих ферм давно перестали справляться с запросами потребителей. А синтетические продукты с недавних пор стали терять популярность. Люди снова хотели есть натуральную пищу. Желание клиента — закон. И наравне с громадными танкерами импорта на рынке стали всплывать продукты сомнительных подпольных ферм. Правительство смотрело на это сквозь пальцы. Пока есть чем кормить народ — они спокойны. А то же мясо оно всегда останется мясом, ровно как и полностью натуральная биомасса. Какая разница из чего она сделана, главное, что не отравляла человеческий организм. Хотя, заезжие гости от подобных «деликатесов» отказывались.
Меню канцлера сегодня не отличалось особой роскошью. Хрустящая и сочная зелень с солнечных холмов Энвилы, приправленная транианскими специями, печёные в душистых бутонах с Сании рокконские овощи. Но главный шедевр, великолепный в своей простоте и утонченности вкуса — кусочек торийской рыбы, лежащий на собственной золотой шкурке, под кисло-сладким соком морских трав. Хорошая у них всё-таки рыба. Лучшая во всей галактике. Дорогущая, правда, и цинтеррианскому среднему классу недоступная, но для Верховного канцлера подобных проблем не существовало. И рыбу-син с торийского Лазурного Берега он очень любил, поэтому к трапезе с этим деликатесом относился как к особому ритуалу.
Недавно вернувшемуся из долгой отлучки Аширу было дозволено явиться на аудиенцию только во время десерта. Широким жестом крупной руки хозяин апартаментов указал вошедшему на полукруглый диван по другую сторону стола и наполнил ароматным красным чаем прозрачную чашку. Ашир церемонно поклонился, скосил недоверчивый взгляд на дверь, будто боясь подслушивания, и прошёл на указанное место. Дорожный кейс был аккуратно поставлен на заливной пол, а сам мужчина без единого лишнего движения опустился на обитый бордовым бархатом диван.
Верховный канцлер Кэрейт — по крайней мере, под таким именем сейчас знал его народ — не любил принимать у себя «отца-основателя» программы полиморфов. Во-первых, потому что разговоры с этим типом всегда отбирали у канцлера много сил и нервов. Во-вторых, Кэрейта никогда полностью не удовлетворяли вести, приносимые гостем. В-третьих, конструктор вечно требовал от властьимущего всё самое сложновыполнимое. И, наконец, в-четвертых, он канцлера просто раздражал.
Вот и сейчас этот хмурый щеголь сидел напротив, держа чашку тонкими жилистыми пальцами так, будто это был не дорогой фарфор, а жук-костеед. Некрасивое тонкое лицо. Губы трубочкой, дующие на чай. Серые «рыбьи» глаза, дорогой серый костюм. Внешность смазывалась, лицо превращалось в незапоминающееся пятно, стоило только отвести взгляд, и вызывало отвращение. На ум приходили мысли о личинке насекомого.
И зачем, спрашивается, он устроил себе рыбный день? Знал же о предстоящей встрече. А так — только впечатление от трапезы испортил.
Но дела не ждали.
— Как там твой новый проект? Темный… глаз? Верно? — вдумчиво, но с нотками пренебрежения спросил канцлер. От вида Ашира хотелось отряхнуться.
— «Черное Око», — поправил сухощавый серовато-бледный мужчина, явно смакуя поэтичное название. На презрение канцлера он не обратил внимая. Хотя не мог не заметить.
— Оно самое, — кивнул правитель, словно ему не поправили ошибку, а согласились с его высказыванием. — Я ознакомился. И постарался как можно скорее выделить дополнительные средства.
— Вашими стараниями, канцлер, — елейно ответил президент компании «Амина», склонил голову в глубоком благодарственном поклоне и улыбнулся одними губами. — Финансирование в рекордные сроки позволило нам начать разработку. Осталось озадачиться добычей подходящего материала.