Созданный монстр (СИ)

Люди становились другими. Теперь уже не с каждым веком, а разительно изменяясь за десятилетия.
Эантар вышел к стройке даже по-своему неожиданно, слишком увлекшись пространным размышлением. Маленькая площадь встретила Наставника суетливо пробегающим народом и готовым фасадом свежего здания, который нуждался теперь только во внутренней отделке и крыше. Технологии современности позволяли быстро прорастить легкий каркас, а потом залить его застывающими пленками стен и перекрытий. Это не дворцовая архитектура, где каждый кирпич мог быть размером с флаер. В бытность упрощения и облегчения конструкций нынешние здания порой даже не имели швов — их обтекаемые формы были естественным следствием псевдо-живого материала.
Даэррек направился напрямик через площадь ко входу в здание. Спокойным прогулочным шагом, как если бы впервые заметил новый проект, да только двое прохожих студентов посторонились и подозрительно покосились вслед. Всего двое из нескольких десятков невнимательных гостей на площади.
Заметив Наставника, несколько строителей у невысокого забора мигом передали информацию о нем дальше. Эантар заметил, как тихо они зашептали в наушные гарнитуры, после чего занялись снова своими делами и разведением полисинтетической смеси.
К моменту, когда Даэррек уже почти подошел ко входу, навстречу ему столь же неспешным, но уверенным шагом вышел мужчина в светло кремовом одеянии. Свободном, как его мантия, подпоясанным лишь тонкой серебристой цепочкой. Не строитель и не управляющий, но ответственный за возводимое помещение.
— Мастер Эантар! — вышедший старец расцвел в благожелательной улыбке. Густые седые волосы мерцали платиной в свете утреннего солнца, а зрелые морщины не придавали ему немощности. — Великая честь лицезреть Вас на пороге нашего нового дома! Какова бы не была цель Вашего визита, я безмерно польщен.
Даэррек даже мысленно не позволил себе скривиться от слащавой патоки в приветственных словах. Он сделает это после, когда настанет время обдумать встречу, а пока на его лице не дрогнула ни одна мышца. Он остался предельно серьезен и церемониально вежлив.
— Как неожиданно видеть в наших столичных краях Верховного Ахито, — велеречиво заговорил Эантар, обеими руками опираясь на шест и словно устало повисая на нем.
— Тсуна, — с улыбкой поправил седовласый бодрый старец. — Я прошу, зовите просто по имени. Мне не престало в Вашем обществе величаться по сану. Тем более тешить себя этими словами из Ваших уст.
— Как Вам будет угодно, Тсуна, — согласился благожелательно Эантар и кивнул с легким поклоном.
Он был моложе. Значительно моложе Даэррека, хотя на вид казался минимум вдвое старше. Возможно, ему было за сто тридцать, а при благоприятных условиях все сто пятьдесят. Не самый древний и не самый главный в их жреческой иерархии. Наместник, засланец, всего лишь контролирующее стройку лицо.
— И все же, какие пути привели ваш дом к нашему порогу? — окинув взглядом незаконченную стройку, спросил Эантар, вежливо улыбаясь.
— Согласие и воля нашего сиятельного Лоатт-Лэ, да хранит его Волна и Ветер, — раскинув руки, ответил Верховный. — Пройдемте же, незачем говорить через забор.
И он пригласил Даэррека, протянув учтиво руки. Иронично. Как обманчив порою облик. Этот старец готов стелиться и поддерживать столь молодого на вид мужчину всего лишь за более высокий статус. За имя. За занимаемое место.
Эантар жестом отказался от помощи и спокойно вошел на территорию.
Для себя же сделал пометку уточнить, каким приказом в столице было допущено строительство жреческой обители.
— Я ненадолго, — заранее отрезал Эантар.
— Я понимаю, — тут же отозвался Тсуна. — Вам любопытно.
— Никогда не бывал раньше в храмах.
Верховный снова улыбнулся слащаво, а потом словно накинул вуаль гостеприимного экскурсовода.
— Будет лучше обозреть нашу обитель, когда мы закончим все подготовительные работы. Залов будет не много. Один главный центральный с бассейном проточной воды и пара других, симметрично поменьше.
Не обращая внимания на рабочих, Тсуна провел Эантара через короткий участок с разбитой зоной газонов и маленьких фонтанчиков и распахнул перед ним высокую резную дверь храма из алого дерева.
 
— Мы только начали заниматься внутренним убранством, — извиняющимся тоном продолжил Верховный. — Но готовые декорированные мозаичные плиты завезут позже. Мастера еще не окончили работу. Потом настанет очередь оформления бассейна, его придется выкладывать смальтой на месте. Что касается крыши…
Тсуна указал на сплетающиеся на высоте трех этажей стволы полисинтетического каркаса, сквозь которые просвечивало утреннее лазурное небо.
— Меня занимает другой вопрос, — прервал его Эантар, следуя мягкой походкой рядом и осматривая работу строителей внутри. Среди профессионалов суетились и вносили свою лепту в дело молодые парни и девушки еще несовершеннолетнего возраста. — Какие мероприятия вы намерены здесь проводить. С разрешения Его Величества.
— Только угодные Престолу! — тут же добродушно отговорился Верховный. — Мы рекомендовали нашему светлейшему поднять уровень просвещенности столичных граждан в вопросе работы с Тенью. Молодежь все реже начинает прислушиваться к зову духов и предков. Хуже только то, что мало какие родители обращаются нынче к ритуалам совершеннолетия и их дети не получают поддержку анков.
— И дъерков, — добавил свою лепту Наставник, прохаживаясь вдоль голых стен вместе с Верховным.
— Непременно и их тоже. Но с годами желание дъерков приобщаться к напарничеству с людьми все иссякает.
Даэрреку виделся во всем подвох, но он не знал, за что зацепиться. В словах Верховного был здравый смысл, и граждане центрального региона Тории действительно стали забывать какова реальная сила напарничества с Тенью. Но развитие населения и возвращение им старых обычаев Эантару виделось не так. Не через обитель жрецов и их наставления, а как-то…
Как?
В одиночку Эантар не представлял, как может возродить былые порядки и раскрутить молодежь вслушиваться чутче в шепот Тени. Он знал, как поднять школу Обители Солнца, знал даже как стоило бы сформировать Обитель Звезд. Но это всегда были и оставались школы боевых искусств и наставничества, но никогда не храмы.
Эантар не брался за просвещение населения, оставаясь только верным служителем и другом королевской Династии. Однако, волей еще Тайариеса Сан-Вэйва, прадеда нынешних парней, он получил высший сан среди всего возможного жречества, дабы быть в праве лично короновать, венчать и обрезать волосы представителям Династии. Это было удобно, в свое время закрыло много вопросов и убрало ненужные предложения. Но… жрецом Эантар себя не считал и никогда не являлся. Хотя по долгу занимаемого места изучил все тонкости старых обрядов.
— Возможно, в том вина людей, что дъерки не принимают их за пригодных напарников, — задумчиво ответил Эантар, тщательно вслушиваясь в реакцию своего сопровождающего.
— Дъерки всегда наглы и тщеславны. Их воля порой разрушительна для психики партнера, — заключил Верховный. — Вы правы, слабый духом человек не годится в пару сильному дъерку, но и сильный человек падок на соблазны, которые нашептывает ему темная Тень. Человек податлив, всегда хрупок, он не в состоянии удержаться от порывистых мотивов, толкающих его в деструкцию себя или окружающей действительности. А дъерки всегда сильны на эмоциональных всплесках и жадны до любого срыва. Сладость убийства, жажда похоти, соблазн ярких ссор, любовь до боли… жгучий азарт. Вся эта любимая пища дъерков часто утомляет современного человека нашего общества и выжигает его изнутри. Не так ли?
Последнее заставило Эантара вздрогнуть. Показалось, что вопрос был задан куда глубже, чем просто так в запале вольной беседы. Он проник к сердцу, уколол тревогой внутри и заставил похолодеть расслабившуюся душу.
Откуда ему может быть известно!?
Эантар жадно всматривался в жесты и мимику Верховного, пытаясь даже уловить оттенки его размышлений, но Тсуна оставался непроницаем.