Кстати о любви (СИ)
Хотя что тут удивительного при таком-то погонялове?
Глава 2
Как известно, в отличие от большинства куньих, ведущих оседлый образ жизни, росомаха постоянно кочует в поисках добычи по своему охотничьему участку, общая площадь которого может достигать 1500–2000 км². В случае Русланы Росохай все-таки несколько больше, если учитывать географию. Да и на чужие участки она временами забредает из присущего ей духа авантюризма.
Это утро начиналось вполне себе обыкновенно, как начинались все ее утра в Киеве.
Будильник переключился на отметку 5:30 и зашелся трелью. Руська открыла один глаз и хмуро поздоровалась с вновь пришедшим днем. Затем, чтобы уже в 5:45 упакованной в кроссовки и спортивный костюм, с наушниками, торчащими из-под шапки, отправиться на пробежку. И следующие законные сорок пять минут она традиционно провела с любовью всей своей жизни, поющей из плеера. С Эриком Клэптоном.
Жизнь ее в это время представлялась вполне сносной. Вместе с занимающимся утром. Когда слишком многого от утра не ждешь, все становится сносным. Воздух после ночи еще не прогрелся, и Руська балдела от собственного уединения на пустых улицах. Ведь большую часть жизни росомаха проводит в одиночестве, активно защищая границы территории от особей своего пола. А тротуар вокруг родной школы и дорога к лесопарку принадлежали только ей.
В 6:50 ее ждал подвиг. Нет, не по расписанию. Расписания у Росомахи со времен института не было. Не умела она «расписываться» в том, что выполнит что-то, если любая мелочь может нарушить планы. Но на сей раз подвиг затесался вполне удачно.
— Ты сдурел?! — взревела Руслана Росохай, набросившись на мальчишку лет тринадцати, выгуливавшего лабрадора. — А я тебя туда посажу?! Понравится? И пусть тебя отец снимает!
Картина, возмутившая ее, была достойна кисти художника или пера сочинителя поучительных рассказов для самых маленьких. Псина стояла под раскидистым кленом, опершись передними лапами о могучий ствол, и оглушительно лаяла, мальчик ржал над происходящим, как идиот, а с дерева раздавался душераздирающий кошачий писк. Руська же — ни дать, ни взять — вся такая положительная. Следующий этап — начать уступать место в общественном транспорте.
Когда собака оказалась нейтрализована, еще двадцать минут ушло на то, чтобы вернуть бедолагу с высоты на эту землю. Росомаха легко лазает по деревьям. Обладает острым зрением, слухом и чутьем. Издает звуки, похожие на лисье тявканье.
«А ну иди сюда, ты какого хера так высоко забрался?!» — тявкала Руслана, на что котенок еще больше испугался, но в итоге, загнанный на самый край ветки, перед страхом свалиться и страхом перед Росомахой выбрал второе, позволив взять себя за шкирку и стащить вниз.
Двадцать пять минут Руська потратила на кормежку. Правда, к себе в квартиру тащить котенка так и не решилась — она не мирилась с живыми существами на своей территории. Потому наблюдала, как зверюга размером с рукавичку уплетает творог из блюдца прямо в подъезде.
А когда после всех утренних приключений и нежданчиков добралась наконец до душа, часы гордо демонстрировали ей отметку в виде завалившейся набок бесконечности. Из колонок на кухне вполне себе бодряще и жизнеутверждающе гремело. А Руслана, подставляя лицо под струи теплой воды, пыталась заполнить пусто́ты, образовавшиеся в наступившем дне. Одна пустота́ заключалась в паре отменившихся встреч. Другая — в осознании: не больно-то и хотелось!
Устала. Горела и выгорела. Иногда надо давать себе передышки.
Увернуться в одеяло, усесться на диван, впериться в экран ноутбука и не выползать из такого состояния хотя бы неделю. Впрочем, из всего вышеперечисленного за завтраком Руслана сделала только одно. Уткнулась в монитор — пошуршала по блогу, выложила фотку с золотым свитком МедиаНы. Потом подумала и ее же снесла. Когда-нибудь кто-нибудь в Википедии обязательно упомянет. Как и про образ жизни хищного млекопитающего из семейства куньих.
Молоко на плите вскипело, и пока Руська отвлекалась на то, чтобы сварить какао, ожил скайп. По счастью не звонком, а всего лишь чатом с Тохой.
Тоха: Прив! Я вижу не спишь!
Тоха: ээй! Я все вижу!
Тоха: Рууууська! Кис-кис-кис!
Росомаха: да тут я, тут! Куньи на кис-кис не отзываются.
Тоха: да? Ну ты ж явилась.
Росомаха: Ты какого хрена не спишь?
Тоха: гребаные часовые пояса! Я запутался, когда мне спать, когда не спать!
Росомаха: ты ща где?
Тоха: рядом с тобой. Ну почти по соседству.
Тоха: Если по карте смотреть, то вниз и налево.
Росомаха: я сейчас должна была озадачиться? Впечатлиться? Начать угадывать? Че?
Тоха: та я и не рассчитывал.
Тоха: в Румынии. Так что близко. Прилетай.
Росомаха: че я забыла в той Румынии?
Тоха: я тебя с Пэм познакомлю.
Росомаха: акула шоу-бизнеса прилетела с тобой? У вас там что? Съемки?
Тоха: ну типа. По эту сторону Карпат от тебя. Мы только на недельку. Натуру сделаем, и восвояси.
Росомаха: шустрые. Ладно, я подумаю…
Росомаха: как оно вообще? жениться еще не собрался?
Тоха: ты узнаешь первой.
Росомаха: и на том спасибо!
Тоха: лан, погнал.
Росомаха: аривидерчи.
В том, что ее последнее сообщение было прочитано, Руська сильно сомневалась. Это Тоха. Тайфун. На месте сидеть не умеет. Излишняя энергичность — их отличительная семейная особенность.
Впрочем, в отсутствие идей для дальнейшей работы Руслану Росохай одолевала нереальная лень. Еще и усугубившаяся случившимся внезапным признанием. Оказывается, приятно, когда заслуги признают. В этом смысле она и Тоху наконец-то удосужилась понять с его вечной гонкой за наградами.
Мысли ее снова вернулись к МедиаНе. Который уже раз за минувшую неделю. Освещать это в своем блоге она так и не решилась — о том, как чужеродный элемент проникает в однородную массу, писать смысла нет. Но то, что в Африке ей было несколько более комфортно, чем на фуршете во время церемонии, это однозначно. И свой свиток она старалась расценивать все же как лишнее доказательство того, что в выборе профессии не ошиблась.
Доказательство для папы. Который с выбором смирился, но вряд ли понял, потому что «у тебя же такие перспективы, дочь». Аргументов в пользу утверждения, что ее перспективы в области журналистики заключаются в том, чтобы делать нечто интересное самостоятельно и с нуля, подействовали не с первого раза. Если вообще подействовали. На всю возню обожаемой Руськи Евгений Русланович смотрел с некоторой долей снисхождения, но открыто не критиковал. К счастью!
Потому свиток — как и ее грамоты с медалями, которые он коллекционировал — туда же, в папкину коллекцию и пойдет, как только Руська с духом соберется.
Впрочем, с духом она собралась уже после обеда. Гонять балду ей надоело быстро — удумала еще, неделю в пледе ей подавай! — и после очередной чашки уже изрядно остывшего какао, Росомаха, прихватив позолоченный свиток, небрежно завернутый в пакет, отправилась к папе. На работу. Прямо в Министерство внутренних дел. В департамент материального обеспечения МВД. Серьезнее и перспективнее некуда.
В приемной ей навстречу поднялась сексапильного вида блондинка. Длина ног и объем груди не оставляли сомнений в цели ее присутствия. Но, судя по словам, которыми была встречена Росомаха, иногда она вспоминала о своих непосредственных обязанностях.
— Евгений Русланович сейчас занят, вам придется подождать.
— И кем это там так занят папа? — хмыкнула Руська, на мгновение притормозив возле очередного «обострения» господина Росохая. «Обострение» было, кажется, примерно ее возраста, а то и моложе. И, в отличие от самой Руськи, тоже прекрасно вписывалось в обстановку приемной.
— Не кем, а чем, — многозначительно поправила блондинка. — У него важные переговоры.
— Ааа… — понимающе протянула Руслана, распахивая дверь папиного кабинета и исчезая за ней.
Мгновение для оценки ситуации, в которую вмешалась.
Вывод очевиден.
Так и есть! Переговоры! По отцовым ушам вдохновенно ездил Загнитко, генерал-майор из совершенно другого ведомства, который по совместительству был еще и лучшим папкиным другом. Но оборвалась его тирада буквально на полуслове: