Рыцарь в беде, Дама на страже (СИ)
На ужин и в самом деле был речной окунь и рисовая каша. Как его ловил Ван, я даже знать не хочу. Понятно, что он не ванну принимал в штанах, следовательно, процесс ловли был бурным. Мне даже здешних рыбешек жалко стало. Они еще целый лунный цикл в себя приходить будут от такого вандализма. Думается мне, что наш несчастный окунь был выдан Ваньке как жертвоприношение, только б он убрался от реки подальше. Как это ни прискорбно, но рыбки поступили мудро. Пожертвовали одним, чтобы спасти многих.
Спать легли поздно. День был полон переживаний и впечатлений. Каждому было чего страшиться и о чем подумать. Я, конечно, решила разграничить Ванюшу Малыша и Таривана маньяка, и воспринимать их как две абсолютно разные и не имеющие отношения друг к другу личности, но все равно побаивалась спать с ним у костра. Прошлую ночь я, подперев Ваньку спиной с одной стороны и повернувшись к костру с другой, проспала на удивление сладко. Но сегодня повторять приобретенный опыт хорошего сна мне расхотелось. Думаю, со временем я привыкну, а сейчас и тепла от костра хватало. Ван тоже так решил и лег с противоположной стороны от огня. Он явно хотел спать рядом, но то, как я отшатнулась от него, не произвольно конечно, когда он проходил мимо, сказало ему лучше любых слов. Я не готова была подпустить его так близко снова.
На следующий день мы почти достигли границы королевства Ритар и Пустынных степей. Степи — это кратчайший путь к Хрустальному лесу, однако и самый опасный. Никто точно не скажет, сколько разнообразной злой нежити и жити жило здесь. К тому же по территории степей постоянно рыскали отряды орков. Никогда не знаешь разбойники они или официальный патруль. А чаще всего и то и другое. Будь у нас больше времени, я никогда не проложила бы свой путь через степи. Но время, это та роскошь, которой у нас, к сожалению, не было. Было несколько скрытых троп, по ним мы и пошли, предварительно заскочив в ближайший город за продовольствием. Опасность состояла в том, что не я одна знала эти скрытые пути. Мало ли кого подкинет судьба в попутчики, а путь не близкий. Городов там не было, только орочьи поселки. Степи довольно большая территория и идти по ней не меньше пятнадцати рассветов. Многие преступники нашли приют в жаре и сухости степных равнин, что не добавляло этой местности привлекательности.
Дорога предстояла опасная. В любой момент мы должны были быть готовы рвануть на всех парах, поскольку вступать в бой со степными жителями — верная смерть. С самого утра меня не покидала мысль, что я что-то упустила. Что путь нынче был опаснее, чем обычно. Но о чем мне пело чувство самосохранения, я так и не поняла.
— Пол мешка гречки, столько же риса и любой другой каши, овощи и бутылку сливовицы.
— Хорошо, юная госпожа. Могу ли я поинтересоваться, сколько вы пробудете в городе? Я мог бы вам подешевле предлагать товар в будущем, — и он улыбнулся одними губами, но так искренне.
Сухенький старичок повернулся к большому ящику с крупами и стал насыпать их содержимое в мои мешки.
— Сегодня вечером я покидаю ваш город, но спасибо за предложение, — этот седой карлик мне понравился, добрый он.
— Как сегодня вечером⁈ — ужаснулся он. — Одна⁉
— Со спутником, но да, мы заехали только пополнить запасы.
На сморщенном как пожухлая листва лице отразился ужас. Я не впечатлительная, но меня проняло. Тем более что и сама я ощущала напряжение, витавшее в воздухе сегодня. Некстати вернулось чувство, что я забыла о чем-то важном. Важном, как вопрос жизни и смерти.
— Юная госпожа, вы что! Сегодня же второй день полнолуния. Вы попросту погибните со своим спутником.
Вот и уехали мы из города. Темень и вурдалаки в кружке вышивания! Да разве что полный идиот или самоубийца выйдет на улицу в полнолуние близ границы с Пустынными степями.
— Совсем безголовая стала, чуть не погубила нас, — пробормотала себе под нос, проводя рукой по волосам. — Спасибо вам, милейший. Возьмите плату за товар.
Торговец взял медяки и взамен передал мне мешки с крупами, котомку с овощами и бутыль спиртного.
— Но здесь больше, чем нужно, — догнал меня низкий голос старика.
— Считайте это благодарностью за спасенные жизни. Избежать вам тьмы.
— Остаться на свету! — крикнул он в ответ.
Красиво все-таки звучат прощания и приветствия на чисто человеческом языке. Слегка суеверно, но это королевство по определению само ходячее суеверие. Да только, восхищаться языками мне не долго осталось. Что теперь прикажете делать? В путь нельзя, остаться здесь — риск. Дальше заставы мы все равно не уйдем, съедят заживо. А кто съест? Да все те же ликаны треклятые, чтоб им троллиха в жены досталась! Оборотни тоже свирепствуют, как-никак их время. Но эти хоть меру знают. Погрызть погрызут, потаскают за шкирку немного и все. На этом буйство второй ипостаси заканчивается. Оборотни редко убивают людей, да и представителей других рас. А если и случается, то делают это вполне осознанно.
А вот ликаны безумны в зверином обличии. Как люди они так же потеряны. Добрый ликан, что милосердный орк — не существуют в природе. Ликаном становятся если выпить крови оборотня. Рожденные же ликанами навсегда теряют человеческую ипостась. Их зовут волколаками. Существуют целые поселения ликанов, особенно много их в степях. Эти твари днем выглядят как любой другой человек, но стоит зайти солнцу и неконтролируемое превращение рождает кровожадных монстров. Полнолуние для ликанов своеобразный усилитель силы, и на третий день их сила достигает пика. От такого не сбежишь и не скроешься. Можно лишь спрятаться за городскими стенами, и то существует риск.
Решено, остаемся в городе. Нужно было срочно искать постоялый двор, иначе рисковали остаться на улице. В конце торговых рядов виднелась коновязь и привязанные к ней кони. Я легко нашла среди них вороного и Палю. А вот где белобрысый?
— Вот скажи мне, Паля, где твой подопечный?
Кобыла удивленно заржала.
— Не понимаешь? Вот у тебя мозгов явно больше чем у Вана, а все равно безответственная скотина. Не найдем его, на дороге заночевать придется.
Паля фыркнула и повернулась ко мне задом. Все ясно, ее мало волновало, где мы собирались ночевать.
— Кажется, я погорячилась насчет мозгов. У тебя их тоже отродясь маловато, — кобыла развернулась и попыталась меня цапнуть. — Не нравится, да? А теперь ответь, какой сегодня день, колбаска ходячая?
Паля застыла, подвигала губами, а потом в ужасе всхрапнула.
— То-то! Не найдем блаженного, я — закуска, ты — гарнир, — будущий гарнир вопросительно на меня посмотрела, ожидая продолжения. — А Малыш как всегда выживет, — развела я руками.
Не удивительно, что она со мной согласилась. Я отвязала вороного и Палю. У меня был план по поимке глупого Вана, но согласится ли со своей ролью кобыла?
— Даю тебе свободу действия, ищи, — на меня посмотрели, как на умалишенную. Думаю, никто раньше не использовал лошадь в качестве ищейки. — Что смотришь, ты чаще всех к нему прижималась, вот и вынюхивай, давай.
Паля демонстративно встала и запрокинула голову, извещая о том, что дальше она и шагу не ступит.
— Когда найдешь его, дам сухофруктов, — даже не шелохнулась. — Ладно, копытом промеж глаз, один раз, но только передним.
Вон как поскакала, чуть ли не галопом. Ну что за ненормальная компания? Хлебом не корми, дай напакостить или треснуть кого-то. Может и не такие страшные эти ликаны? У Пали то целых четыре копыта. Да уж, и только их и оставят.
* * *Темнело, нужно было поскорее найти убежище. Демон с ним, с пристукнутым. Его трогать, ликанам дороже, не пропадет. В конце улицы виднелась вывеска «Цветок волка». То, что надо. По виду — таверна. Возможно и постоялый двор рядом имелся.
Народу было много. Неудивительно, все же вторая ночь полнолуния.
— Ясного вечера, где можно хозяина найти? — спросила я копошащегося возле стойки парня.
Щуплый рыжий подросток с покрытыми мозолями грязными руками вряд ли мог претендовать на роль хозяина, но помочь мне было в его силах.