Одержимость (ЛП)

В голове вспыли слова Пенемуэля: «Был отправлен посланник. Его предупреждение не было доставлено. Ты должна найти посланника». Послание от её отца. Послание от наблюдателя.
Бриджет закрыла глаза. Может ли она и дальше отрицать очевидное? Может ли и дальше делать вид, будто ничего не происходит?
– Они называли меня предателем, – проговорила я.
– Кто называл?
– Демоны в магазине кукол. Теперь понятно, что они имели в виду. – Она чувствовала себя будто в ловушке. – Я одна из них, поэтому и предатель. Я тоже демон.
– Это не так.
Бриджет вскочила на ноги.
– Разве? Если всё что вы тут рассказали – правда, то мы сделаны из одного теста – я и те демоны.
Отец Сантос подёргал себя за воротник.
– Ну-у…
– Так значит, вот что я умею делать? Вот какие способности вы и монсеньор считает потрясающими? Как по мне так это хрень полная. Ясно вам?
– Бриджет, давай не будем спешить с выводами.
– Монсеньор говорил, что демоны – зло. Чистейшее. Типа, они только и могут, что сеять зло. Откуда вам знать, что я не связана с ними?
Отец Сантос вздохнул.
– Честно? Я не знаю. – Он откинулся в кресле и потёр рукой лоб. – Но раз ты обладаешь способностью изгонять зло из нашего мира, то разумно предположить, что ты не имеешь к ним отношения.
Будто во всём этом есть хоть что-то разумное.
– Бриджет, я знаю, что тебе сейчас очень тяжело, но ты должна помнить: ты сама делаешь свой выбор, сама выбираешь свою судьбу. Если ты борешься со злом и с силами тьмы, не имеет значения кто твои предки.
Ему легко говорить. Она сильно сомневалась, что у мистера и миссис Сантос в фамильном дереве отметился демонический прадедушка.
– Кстати, – произнёс отец Сантос. Он залез в ящик стола и вынул оттуда клочок бумаги. – Может, ты поможешь мне с этим.
Бриджет пробежалась глазами по листку. Написано от руки, печатными буквами, мелко и аккуратно.
– Это повторяли куклы в магазине, – пояснил он. – То, что я успел записать, прежде чем они начали на меня кидаться.
– Обычный бред.
– Демоны редко говорят что-то не имеющее смысла.
Бриджет склонилась к листку и всмотрелась в слова.
– «Вещь – вне. Я не рискну». Пф, Шекспир отдыхает.
– Возьми домой. Перечитай. Может что-то из услышанного тобой даст разгадку. Я чувствую это нечто важное.
– Конечно. – Всегда одно и то же.
Прозвенел звонок и Бриджет медленно поднялась со стула, рассеянно засунув бумажку в рюкзак. Отец Сантос вновь пытается выудить из неё информацию. Информацию, которой у неё нет. Пофиг. Ей это до лампочки. Наблюдатели, демоны, исчезнувшие племена, запись демонической болтовни, сделанная отцом Сантосом. Все они могут катиться лесом.
– Бриджет?
– Я посмотрю, сказала же.
– Мне ж-жаль, – запнувшись, произнёс отец Сантос.
«Ага», – думала Бриджет, плетясь обратно к зданию школы. Всем жаль. Жалеть легко. Жалеют лишь неудачников.
  
18
 
БРИДЖЕТ ПЕРЕБИРАЛА ВЫСТАВЛЕННЫЕ на продажу платья.
– Не могу поверить, что занимаюсь этим. – Совсем не так она хотела провести свой субботний день.
– А я не могу поверить, что ты тянула до последнего с выбором одежды. – Гектор держал в руках лимонно-зелёное платье без бретелек, лиф которого украшали стразы. – Чересчур?
– Для тебя в самый раз, – фыркнула Бриджет.
– Как жаль, что это не мне назначили свидание на Зимнем балу.
Бриджет поморщилась.
– Прости за концерт. Совсем забыла, что он в один день с балом.
– Забей. Ты всё равно наказана на веки вечные.
– Точно.
– Но не для мистера Сказочные Карие Глазки.
– Фу.
Гектор неторопливо перешёл на противоположную сторону стойки с одеждой и делано небрежно передвинул туда-сюда несколько вешалок.
– Расслабься. К тому же у меня уже назначено свидание.
У Бриджет отвисла челюсть.
– Что?
– Не смотри так удивлённо.
– Дай угадаю, бариста из кофейни?
Гектор застенчиво улыбнулся.
– Возможно.
– Зашибись, – просияла Бриджет. Это первое свидание Гектора с тех пор как они познакомились. Возможно оно поможет побороть его безнадёжную влюблённость в Брэда. – Я так за тебя рада.
 
– Посмотрим, что будет после концерта. Ты же поможешь мне выбрать кольца, если что?
– Идёт. – Бриджет двинулась к следующей стойке. – По крайне мере хоть один из нас сегодня хорошо проведёт время.
– Ой, да ладно, Бридж.
– Что?
Гектор демонстративно потёр кулаками глаза, изображая плачущего ребёнка.
– Хнык, хнык, хнык. Я Бриджет, и я должна пойти на Зимний бал с самым горячим парнем в городе. Бедная, бедная я.
– Он не самый горячий парень в городе, – проговорила Бриджет, поворачиваясь к нему спиной. – И даже если бы он им был, он всё равно меня бесит.
– Само собой.
Она обернулась к нему.
– Ещё как бесит!
Гектор упёр руку в свою объёмную талию.
– Ты говоришь: «Ненавижу его, ненавижу его, ненавижу его». Я же слышу: «Я хочу засунуть язык ему в рот».
Бриджет скривилась.
– По-моему меня сейчас стошнит.
– Само собой, – произнёс Гектор и вернулся к просмотру стойки с одеждой.
Она отправилась к последней стойке, молясь, чтобы ей удалось найти что-нибудь приличное для этой идиотской дискотеки. Зимний бал. Бее. Надо ли ей покупать букетик цветов для его пиджака? Или это только для выпускного? Заявится ли он вместе с бутоньеркой, которую ей придётся нацепить, чтобы она потом всю ночь болталась у неё на запястье? Будут ли там фотографировать? У Бриджет похолодели руки. Господи Иисусе! Почему всё так сложно? Почему они не могли пойти на первое свидание в кафе или ещё куда?
Бриджет замерла.
Первое свидание. Она может сколько угодно притворяться, правда же в том, что она и Мэтт собираются пойти на свидание. Но думал ли он также? Или Мэтт просто делал то, что, по его мнению, должен был, а именно – приглядывал за ней. Бриджет кивнула своим мыслям. Именно так. Единственная причина, по которой такой парень как Мэтт Куинн пригласил её на Зимний Бал это, потому что его отец и её мама попросили его за ней приглядывать.
Бриджет вздохнула. Так что прекрати выдумывать, Бридж. Да быть такого не может, чтобы Мэтт захотел встречаться с такой тупицей как ты. Он не твой парень, он твоя нянька.
Почему-то это звучало ещё более жалко.
Бриджет вытащила сливовое платье и приложила к себе перед зеркалом. Оно было простым – лиф с завышенной талией на тонких лямках и струящаяся юбка до колен, – но переливающаяся лиловая ткань придавала её обычно голубым глазам зеленоватый оттенок, что выглядело довольно круто.
– Оно, – сказал Гектор, подходя к ней со спины. – То самое.
– Думаешь?
– Посмотри на свои глаза, – произнёс Гектор, закатив свои. – Они выглядят волшебно.
Она пихнула его локтем в живот.
– Не говори глупостей.
– Как скажешь. Давай ты его примеришь, и мы свалим уже отсюда, лады? В отделе женской одежды на меня накатывает…
– Зависть? – ухмыльнулась Бриджет.
Гектор сузил глаза.
– Тошнота.
Бриджет направилась в примерочную, Гектор же в это время расхаживал рядом, рассматривая в отделе для подростков вывешенные на стене аксессуары. Она стояла перед зеркалом в маленькой примерочной и сверлила себя взглядом. Измученный взгляд так никуда и не делся, из-за чего уголки её раскосых по-азиатски глаз были опущены. Раньше такого не было. Из-за этого она выглядела грустной и старой. 
Бриджет опустилась на банкетку и схватилась руками за голову. Что ей теперь делать? Падшие ангелы, враждующие демоны – это не было её жизнью. Это больше смахивало на какой-то комикс. Если бы она сама не слышала голоса в стенах, не столкнулась с одержимой старушкой и не видела кукол в магазине, она бы ни за что не поверила во всё это.
То, что она фрик само по себе хреново, но не иметь возможности поговорить об этом с кем-нибудь ещё кроме двух священников начинало конкретно её бесить. Бриджет подумала о Гекторе, который сейчас копался в девчачьих ремнях. Она знакома с ним с седьмого класса, когда мистер и миссис Гутьеррес выдернули своего единственного сына из обычной школы. Их решение не привело Гектора в восторг, поскольку уже тогда он знал, что (а) он гей и (б) его родители этого не примут.