Одержимость (ЛП)

Бриджет кивнула и понадеялась, что на ее лице не отражается то, о чем она сейчас думает, а именно – похоже отец Сантос совсем шизанутый.
Порывшись некоторое время в кощунственно вскрытой коробке, отец Сантос выудил из нее здоровую книгу – толстую как словарь и в потертой пластиковой обложке. Он сел обратно на свое место и аккуратно положил ее перед собой на стол. Когда он открыл том, в кабинете завоняло сырой газетой.
– Ты благословлена, Бриджет Лю, – произнес отец Сантос, осторожно переворачивая старинные хрупкие страницы.
Едва ли она описала это подобным словом.
– Благословлена весьма редкостным даром.
– Вы уже говорили, – пробормотала себе под нос Бриджет.
– Божественным даром, – продолжал он. – Прикосновением длани Божьей.
Бриджет удалось не рассмеяться.
– Ага, как же.
Отец Сантос вскинул голову.
– Ты мне не веришь.
– Без обид, но это просто невозможно.
– Согласно библии, очень даже возможно.
– Но… – И что она может на это возразить? Древнее как мир «Так написано в библии», было также неоспоримо, как и «Потому что я так сказала» ее матери. – Послушайте, даже если это правда, я совсем не тот человек, с кем бы могло случиться нечто подобное.
– Почему же?
– Потому что я не в лучших отношениях с Богом. – Бриджет решила не упоминать тот факт, что послала Бога куда подальше после убийства ее отца. – Поверьте, в его списке подарков, я бы числилась в самом конце.
Отец Сантос улыбнулся.
– Мне кажется, ты себя недооцениваешь.
А мне кажется, что вы рехнулись.
Отец Сантос отыскал нужную страницу и повернул к ней книгу. Это была гравюра, изображающая ангелов. На них из центра огромного светила, словно молнии, падали лучи. Большинство ангелов выглядели упоенными, их головы были откинуты назад в экстазе, руки воздеты к невидимому источнику света. Но были и те, кто, сбившись в кучки, и толкаясь друг с другом, пытался спрятаться от лучей. Их лица искажала боль, ярость и страх.
– Божья благодать, – проговорил отец Сантос, теперь его голос звучал тише, почтительнее. – Олицетворяет собой длань Божью.
– То есть это не на самом деле его рука?
Отец Сантос вздохнул.
– У Бога нет рук, Бриджет. А также тела. Чему вас только учат в католической школе?
Бриджет, сузив глаза, уставилась на него.
– Истории?
– Хм-м. Благодать, – продолжал отец Сантос, будто не слыша ее, – это не только милость Господня, но еще и божественная энергия. И Бог не даровал ее непосредственно человеку со времен Адама.
– Это конечно здорово, – сказала Бриджет, с трудом подавляя зевоту. Вот бы поскорее смыться отсюда. – Но я не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.
– Подобные способности есть не у каждого, Бриджет. Даже опытный экзорцист, такой как монсеньор Рено, не может общаться с демонами, пока те не завладеют человеческим телом, и даже потом нельзя сказать, что эти существа заслуживают доверия.
– Пятое правило, – согласно кивнула Бриджет.
– Пятое правило?
– «Они лгут».
– Да, лгут. Это заложено в самой их природе. Лгать и пытаться овладеть нашими душами любым возможным способом. А ты, Бриджет, являешься сильным оружием в борьбе с ними.
Бриджет встала.
– Послушайте, я уверена, что вы опытный специалист, но монсеньор рассказал бы мне обо всем этом, если бы дела обстояли именно так.
Отец Сантос откашлялся.
– В самом деле?
К лицу Бриджет прилила кровь. Она не собиралась сидеть тут и обсуждать с ним поступки монсеньора. Закинув рюкзак на плечо, она направилась к двери.
– Я ухожу.
Она не прошла и половины небольшого кабинета, как неожиданно отец Сантос схватил ее за правую руку и развернул лицом к себе, да так резко, что с плеча Бриджет слетел рюкзак.
– Что это? – спросил отец Сантос. Его черные глазки-бусинки пристально смотрели на ее запястье.
– Отпустите меня. – Бриджет попыталась вырваться, но его хватка была очень крепкой, что казалось удивительным. Он притянул руку ближе к своему лицу.
– Откуда это у тебя?
Чего ему надо? Бриджет еще раз попробовала освободиться, но он только сильнее сжал ее руку. Она чувствовала, как немеют пальцы. И вдруг до Бриджет дошло, что (а) никто не знает, где она сейчас и (б) в это время в здании бывает только один человек – старушка, работающая на кухне, которая вряд ли услышит ее крики.
 
– Отпустите меня или… я закричу.
– V R S N S M V, – прочитал отец Сантос буквы, написанные вокруг квадратного крестика на подвеске моего браслета. – Ты знаешь, что это значит? – Его взгляд метался между подвеской и моим лицом, кожа над его верхней губой блестела от пота. Он выглядел почти испуганным. – Отвечай!
– Нет.
– Не ври мне.
Бриджет начала конкретно нервничать. Это уже не тот отец Сантос, которого она знала. Его заикание пропало. Образа рассеянного профессора как не бывало. И сейчас, когда он насильно удерживал ее в своем кабинете, а на его лице застыло подозрение и страх, ей вспомнилось предостережение монсеньора касательно нового священника из Ватикана – будь осторожна.
– Ну? – упорствовал отец Сантос, тряхнув ее руку.
– Это подарок, – пояснила Бриджет. – От моего папы.
Отец Сантос сразу же отпустил ее.
– Твоего папы?
Бриджет потерла запястье, восстанавливая кровоснабжение.
– Да, это его подарок на мое первое причастие. Что с вами такое?
– О, п… понятно. – Отец Сантос вновь стал прежним. Он уставился в пол и пошаркал ногами. – Я из… извиняюсь за случившееся.
Он извиняется? Бриджет схватила свой рюкзак с пола и рванула к двери.
– Держитесь от меня подальше!
Отец Сантос засеменил вслед за ней.
– Бриджет, постой! П… позволь мне объяснить.
Она распахнула дверь и вышла в коридор.
– Объяснить, почему вы чуть не вывихнули мне запястье? Не надо, благодарю.
– По-моему ты несколько преувеличиваешь.
– Неважно. – Она развернулась и пошла к лестнице. Ей не терпелось оказаться как можно дальше от отца Сантоса.
– Пожалуйста, подожди!
Бриджет пропустила его слова мимо ушей и сбежала вниз по лестнице. Она была уже у входной двери, когда он окликнул ее по имени с балкона верхнего этажа.
– Что еще? – Такими темпами она опоздает на урок.
– Прости. Я не хотел… расстраивать тебя.
– Ага.
– У меня есть кое-что для тебя, чем я, возможно, смогу загладить свою вину. – Отец Сантос поднял руку, прося подождать, и помчался обратно в свой кабинет.
Бриджет скрестила руки на груди. Сможет загладить вину? Что ж, это было бы не плохо.
Отец Сантос проковылял вниз по лестнице и протянул ей небольшой белый конверт, вложив его в руку Бриджет.
– Это может помочь.
– С чем помочь?
– Справиться со… всем.
– Мне не нужна ваша помощь.
Он указал на конверт.
– Прошу тебя.
– Ладно. – Зачем она вообще над ним насмехается? Бриджет открыла конверт и вытащила заламинированную молитвенную карточку. По углам одной из сторон был изображен меч, в центре написанная на латыни молитва святому Михаилу, которую заставляют вызубрить всех новеньких, поступивших в ее школу. Обратная сторона карточки содержала странный рисунок Архангела Михаила – с мечом в одной руке, он сражается с драконом на скалистом острове. Снизу необычным средневековым шрифтом было напечатано: «Vade Retro Satana».
– Архангел Михаил и Змий в битве за Царство небесное.
– Я знаю, – огрызнулась Бриджет. – Как-никак учусь в католической школе.
– Верно. – Впервые с того момента как Бриджет пришла к нему, его голос стал звучать чуть расслабленее. – Это… это что-то вроде талисмана. Может оказаться полезным.
Бриджет запихнула конверт в рюкзак.
– Как скажете. – Будто молитвенная карточка сможет исправить тот кошмар, в который превратилась ее жизнь.
– Просто пообещай мне, что сохранишь ее. И хоть иногда будешь произносить эти слова, хорошо?
Текст с карточки прочно засел у нее в голове. Vade retro satana. Кончики ее пальцев начало покалывать и Бриджет встряхнула рукой.