Амсдамский гамбит

Хм, может быть, всё же пришла пора воспользоваться дарованным ей правом на омоложение?
* * *
В имение Шануш Рид вернулся глубоко за полночь. «Барро» замер у запертых ворот, но стоило охраннику убедиться, что за рулём машины находится ван Лоу, как чугунные створки разошлись в стороны, и под колёсами седана заскрипел заиндевевший щебень подъездной дорожки.
Несмотря на позднее время, в главном доме поместья всё ещё горел свет, и в окнах то и дело мелькали тени до сих пор не спящих обитателей. А стоило Риду оказаться в холле, как рядом нарисовался глава охраны поместья. Он коротко приветствовал припозднившегося гостя и уведомил, что того ожидают в кабинете главы Семьи.
– Бренн?
– Не только, – коротко рыкнул Абул, жестом предлагая Риду следовать за ним.
– Понятно, – вздохнул ван Лоу. – Старика опять мучает бессонница, и он решил поделиться этой радостью с окружающими.
– Если бы, – неожиданно благодушно прогудел начальник охраны. – К нам тут странные гости пожаловали, и вот уже часа три мы пытаемся понять, что им нужно.
– Виляют? – удивился Рид.
– Молчат, – так же коротко ответил Абул, останавливаясь перед дверью в кабинет, но, когда Рид взялся за дверную ручку, чуть его притормозил. – Если бы не просьба кое-кого из Сената, Харкон даже на порог не пустил бы этих пижонов. Но, Ридан… если тебе не понравятся их предложения или они сами, смело шли круглоухих в эльфийские леса. Семья поддержит.
– Понял, – медленно проговорил ван Лоу и, тряхнув головой, открыл-таки дверь в кабинет. Но прежде чем перешагнуть порог, благодарно кивнул Абулу. – Спасибо, я запомню.
– Не за что, – хмыкнул тот и, развернувшись, потопал прочь.
Странно. Казалось бы, в присутствии незваных гостей начальник охраны просто обязан находиться при главе Семьи, а здесь… Рид проводил взглядом удаляющуюся фигуру Абула и, пожав плечами, всё же перешагнул порог кабинета.
– А вот, наконец, и он, – приветственно кивнув бывшему техфеентригу, громогласно объявил Бренн, кажется, вновь нацепивший маску дуболома. Учитывая, что по-хозяйски устроившийся за столом Харкон и глазом не повёл на ужимки сына, орки явно играют в одну игру. Интересно только, зачем? Разве в Амсдаме остался хоть один разумный, не слышавший о смене главы Семьи Цатти?
Рид с любопытством окинул взглядом четырёх гостей, ради которых Харкон и Бренн разыгрывали этот спектакль, и… вынужден был признать, что эти как раз вполне могли оказаться не в курсе дела. Военная выправка устроившихся в гостевых креслах людей просто-таки бросалась в глаза. За исключением одного из них, но и он старался не выбиваться из общего стиля. Одинаковые короткие причёски, идентичные костюмы, недешёвые, но сидящие в равной степени отвратительно на подтянутых атлетичных фигурах… Да они даже положение тел сохраняли одно и то же! Будто не в мягких креслах сидят, а на колу поудобнее устроиться пытаются.
– Добрый вечер, господа, – ван Лоу коротко кивнул гостям Цатти, и те молча ответили ему тем же. Синхронно. Точно, армейцы. Не рядовые и не унтеры, офицеры… но младшие. Нет в них обер-офицерской вальяжности, а для генеральских эполет слишком молоды. – Господин Харкон, Абул сказал, что вы ждали меня?
– Именно так, Рид. Именно так, – растянул губы в «резиновой» улыбке старый орк, продемонстрировав окружающим пожелтевшие, но всё ещё крепкие клыки. – Эти господа настаивали на вашей встрече, и я позволил себе предложить им гостеприимство моего дома.
– Поня-атно, – протянул ван Лоу, вновь поворачиваясь к армейцам: – Итак, господа, кто вы и что вам нужно от скромного инженера?
– Капитан ван Тоор, к вашим услугам, ван Лоу. Я представляю интересы комиссии Боусона и имею к вам несколько вопросов, которые хотел бы задать наедине, – разлепив губы, произнёс предводитель четвёрки, тот самый, что старался не выбиваться из общего стиля своей компании и именно из-за этой старательности и был опознан Ридом как штатский. Порой слишком хорошо – тоже нехорошо.
– Комиссия Боусона? – деланно изумился Рид. – Сенатор как-то узнал, что я думаю о его законодательных инициативах?!
 
– Простите? – ван Тоор на миг сбился.
– Ну, Боусон… – развёл руками ван Лоу. – Тот самый идиот, что протолкнул в Сенат акт своего имени, запретивший продажу алкоголя в Республике… Не слышали, нет?
– Мы здесь по другому поводу, ван, – нахмурился «капитан». – И смею заверить, в ваших же интересах прекратить ломать комедию и начать искренне сотрудничать с комиссией.
– Знаете, ка-пи-тан, – протянул Рид. – Меня так и подмывает задать вам один вопрос. Абсолютно детский, каюсь…
– Какой же? – прищурился ван Тоор, явно ожидая от собеседника некой глупости. И тот его не подвёл.
– А то что? – широко улыбнувшись, с готовностью проговорил Рид.
– Отвечу вам так же «по-детски», ван Лоу, – ощерился мелкими зубками «капитан». – А то у вас будут очень большие проблемы.
– Морду набьёте? – непосредственно поинтересовался Рид.
– Можем и морду, – согласно кивнул ван Тоор. – А можем и законопатить в самую вонючую тюрьму Республики. Зависит от степени вашей искренности в сотрудничестве с комиссией.
– Капитан, когда сенатор просил разрешения на ваш визит в мой дом, он гарантировал неприкосновенность моего гостя, – проскрипел Харкон, сверля ван Тоора злым взглядом.
– Я лишь обрисовываю вашему гостю возможные перспективы, – индифферентно пожал плечами «капитан». – Уж вы-то, господин Харкон, должны понимать, что государство – не дворовый хулиган, с которым можно потолкаться плечами и разойтись краями, без каких-либо последствий?
– Бренн, проводи этого идиота к выходу, – вздохнул старый орк.
– Не раньше, чем мы поговорим с ван Лоу, – тут же заявил «капитан», делая знак своим помощникам. Те дружно вскочили на ноги… и замерли на полушаге, оказавшись под прицелом сразу трёх стволов. Монструозной «гаубицы» в руке Бренна и двух больсенов Рида. Харкон же направил ствол своего револьвера непосредственно на ван Тоора, отчего тот заметно побледнел.
– Капитан, я – гражданин Республики и честный налогоплательщик. То есть я тот, кто платит вам жалованье. Так вот, ка-пи-тан, я не терплю хамства от своих сотрудников, не стану терпеть его и от вас. Забирайте своих мартышек и уматывайте отсюда, пока я не решил, что вы самозванец, нарушающий гарантированную мне конституцией неприкосновенность частной собственности, и не поступил с вами так, как того заслуживает злодей, пробравшийся в жилище благонамеренного гражданина. Проще говоря, уматывай отсюда, пока я тебя не пристрелил!
– Я сотрудник комиссии Сената… – медленно, чтобы не спровоцировать орка на выстрел, поднявшись на ноги, проговорил ван Тоор, но закончить фразу не успел.
– Вон, – рыкнул Харкон, и кабинет заполнился ворвавшимися охранниками поместья.
Дождавшись короткого, явно недовольного кивка командира, подчинённые ван Тоора так же нехотя подняли руки вверх и позволили вывести себя из кабинета главы Семьи Цатти.
– Странно всё это, – пробормотал Бренн, проводив взглядом исчезнувших за дверью смутьянов. – Столько времени просидеть в ожидании Рида только для того, чтобы устроить скандал?
– Может, я просто вывел его из себя? – пожал плечами ван Лоу.
– Эту рыбу? – приподнял бровь Харкон. – Он три часа сидел в этом кресле и даже виду не подал, что его не устраивает столь долгое ожидание! Нет, Ридан… он позволил тебе вовлечь его в конфликт. А вот зачем ему это было нужно, я пока ответить не смогу.
– Зато, кажется, я знаю, кто может, – произнёс Бренн.
– Сенатор? – пожевав губами, Харкон кивнул. – Не факт, конечно, но… спросим. Амадей мне сильно задолжал. Его люди осмелились угрожать моему гостю в моём же доме. Не отвертится, старый слизень.
– Амадей? – не понял Рид.
– Сенатор Боусон, участием в комиссии которого хвастался этот пижон, – махнул ручищей в сторону двери Харкон.
– А что это за комиссия, кстати говоря? – осведомился Рид. Орки удивлённо переглянулись и с недоверием уставились на бывшего техфеентрига. – Что?..