Амсдамский гамбит

– И ты никогда не жалел? – спросила Ирида, а в ответ на недоумённый взгляд собеседника неопределённо покрутила рукой. – Ну, что всё сложилось так, как сложилось?
– Веришь? Нет, ни разу, – мотнул головой Рид. – Даже когда меня… впрочем, неважно. Единственное, о чём я жалею, так это о том, что не имел возможности увидеться с матерью. В отличие от отца и других родственничков, она никогда не относилась ко мне, как к мусору. Правда, и помочь чем-то кроме доброго слова тоже не могла. Но… ладно, оставим это.
– Оставим, – эхом откликнулась орчанка и, кивнув, задумчиво уставилась куда-то вдаль.
Прогулку они завершили в молчании. Уже оказавшись у входа в особняк, Ирида легко мазнула Рида губами по щеке и растворилась в переплетении галерей и переходов огромного дома. Глянув вслед удаляющейся подруге, ван Лоу пожал плечами и собрался было отправиться в выделенную ему комнату, как рядом, словно ниоткуда, возник рослый орк и, оскалив зубастую пасть, уведомил, что «гостя ожидает глава Семьи». Спорить Рид не стал и, пожав плечами, двинулся в сторону кабинета Бренна, где его, как выяснилось по прибытии, ожидал не только новый глава Семьи, но и его предшественник.
Размениваться на приветствия Харкон не стал, хотя с ним Рид сегодня ещё не виделся, в отличие от того же Бренна, который, кстати, не поленился хотя бы приветственно кивнуть, увидев входящего в кабинет ван Лоу. Впрочем, старый хрыч и раньше не отличался особой вежливостью, как и большинство орков. Иногда Риду даже казалось, что бывшие кочевники просто заигрались в противопоставление себя надменным эльфам с их вычурным сложным этикетом, и испытывают немалое удовольствие, изображая грубиянов и варваров, какими их и рисовали во все времена давние враги. И плевать, что эпоха межрасовых войн давно минула, память у долгоживущих отменная, а о всепрощении они и слышать не хотят. В общем… что эльфы, что орки, что асуры с цвергами – те ещё злопамятные ребята. Но орки Риду как-то ближе, ввиду их честности. В отличие от тех же длинноухих снобов, клыкастые предпочитают не таить камень за пазухой, а сразу лупить им врага, не дожидаясь пока тот, успокоенный улыбками и уверениями в дружбе, повернётся спиной.
– Поединок будет проводиться на рассвете, – буркнул Харкон, едва Рид уселся в кресло. – Без огнестрела и магии. Холодняк.
– Холодное оружие? Не на кулаках? – приподнял бровь ван Лоу.
– Вот-вот, об этом я и хотел с тобой поговорить, – кивнул старик. – Выбор невелик. Нож, копьё, секира… Бренн говорил, что с ножом ты обращаться умеешь, а что с остальным?
– Копьё разве что… Ну и меч, – протянул Рид, но на последнем слове махнул рукой. – Правда, мечи я не люблю, но учиться приходилось, в рамках традиций, чтоб их.
– Ни мечей, ни сабель, ни ещё каких, прости Великая, скимитаров, – покачал головой Харкон и, чуть помолчав, договорил: – Собственно, я к чему разговор веду. Мне тут одна птичка напела, что Боер планирует выбрать для боя с тобой малые лабрисы… парные, а это, как ты должен понимать, не то оружие, против которого можно выйти с ножичком.
– Значит, копьё, – медленно проговорил Рид и скривился. – Против топоров, действительно, с ножом особо не повоюешь.
– Лабрисы, Рид. Лабрисы, а не топоры, – поправил его Бренн со вздохом. – Уверен, что сможешь продержаться против Боера нужное время?
– Гарантий дать не могу, – пожал плечами ван Лоу и, заметив, как нахмурился нынешний глава Семьи, усмехнулся, разводя руками, – но и дохнуть ни за понюшку табаку я не собираюсь, уж поверь.
– Легкомысленный мальчишка, – проворчал Харкон, поднимаясь с кресла. – Идёмте в зал, хочу посмотреть, на что ты способен.
– Старик, а что ты так заволновался? – недоумённо воззрился на орка Рид. – Пока вели дело к поединку, тебя мои шансы на победу не интересовали, а стоило узнать, что Боер выйдет в круг с топорами – сразу засуетился.
– Бейся вы на кулаках или даже на ножах, я бы и не подумал переживать, – неожиданно честно признался Харкон, уже взявшийся за дверную ручку. – Но лабрисы – это практически гарантированный бой до смерти… В худшем же случае – до превращения проигравшего в калеку. А это не та цена, которую я готов заплатить за твою помощь в наших планах.
 
– Я знал, на что иду, – пожал плечами Рид, не демонстрируя ровным счётом никакого беспокойства.
– А вот я такого варианта не предполагал, – рявкнул в ответ Харкон. – поединки подобного рода по традиции ведутся, чтобы показать избраннице свою силу и удаль, а вовсе не для того, чтобы вырезать претендентов!
– Но ведь никаких прямых запретов нет? – прищурился Рид, на что старик, пусть и нехотя, кивнул. – А всё, что не запрещено, то разрешено. Так что думаю, никто из приглашённых не будет особо возражать, если наш поединок закончится смертью одного из участников. Мне лишь остаётся позаботиться о том, чтобы за кромку отправился мой противник…
– Вставай и топай в зал. Там посмотрим, чего стоит твоя самоуверенность. Ну, долго вы рассиживаться будете? – отворяя дверь в коридор, недовольно пробурчал Харкон. Рид с Бренном переглянулись и нехотя поднялись с кресел.
Огромное гулкое помещение залом можно было назвать лишь условно. Скорее, это был слегка переделанный манеж, лишённый ограждений и, судя по отсутствию характерного запаха лошадиного пота и навоза, давно не слышавший топота копыт. Под высоким потолком с лёгким гудением зажглись многочисленные лампы под жестяными тарелками абажуров, осветив песчаный пол и немногочисленные стойки со всевозможным холодным оружием, расставленные вдоль стен. Оглядевшись по сторонам, Рид неопределённо хмыкнул, но долго разглядывать скудную обстановку зала ему не дал Бренн, тут же повлёкший гостя к одной из стоек, ощетинившейся частоколом копий, алебард и прочих глеф.
– Выбирай, что придётся по руке, и выходи в круг, – прогудел младший Цатти, указывая Риду на стойку. – Да, здесь всё оружие – тренировочное, так что можешь не переживать. Пораниться им невозможно, но фантомную боль от ударов оно обеспечивает, учти.
– Учебные артефакты? – Рид удивлённо приподнял бровь, когда Бренн утвердительно кивнул в ответ на его вопрос. И было чему удивляться. В доме отца было всего несколько предметов подобного толка, и стоили они немало. А здесь, навскидку, ван Лоу насчитал больше десятка экземпляров только древкового оружия. А ведь были на стойках и мечи с саблями, и кинжалы, и пресловутые лабрисы, и что-то совсем уж экзотическое, чему Рид и названия-то не знал… На сотню тысяч талеров, поди, наберётся. И всё хранится в обычном, хотя и огромном деревянном сарае, запертом на старый навесной замок! Орки… что тут ещё скажешь.
– И как долго ты ещё оглядываться будешь? – рыкнул Бренн, уже успевший вооружиться парой тех самых лёгких лабрисов, с которыми, судя по слухам, планировал выйти на поединок Боер Нарди. Вздохнув, Рид извлёк из стойки приглянувшееся ему копьё и, взвесив его в руке, решительно скинул с плеч пиджак. Закатав рукава рубашки и сняв обувь, Рид раскрутил в руках зафырчавшее древко и, довольно кивнув, обернулся к нетерпеливо переступающему с ноги на ноги Бренну.
– Готов, – произнёс он, и орк, оскалившись, рванул в атаку.
Блокировать удары секир копьём – дело зряшное. Сколько бы стальных колец ни было набито на ясеневое древко, топор с лёгкостью развалит его или как минимум выбьет копьё из рук. Рид и не пытался этого делать, предпочитая уклоняться от атак противника. А вот самому Бренну ничто не мешало отбиваться от жалящих ударов противника… кроме скорости. Если Рид не мог сравняться с орком в силе, то в подвижности он своего противника явно превосходил, и потому Бренн всё больше ярился от того, что никак не мог попасть по вёрткому круглоухому, умудряющемуся не только уворачиваться от размашистых ударов лабрисов, но и довольно ощутимо жалить копьём самого орка. То в руку, то в ногу… а поймав удар в солнечное сплетение, Бренн зло рыкнул и отпрыгнул от противника.
– Стоп, – тут же раздался голос до того безмолвно наблюдавшего за поединком Харкона. – Я увидел, что хотел. Рид, можешь считать, что ты меня убедил. Бренн… похоже, ты потерял форму. Не считаешь, что стоит почаще заглядывать в этот зал?