Эра Охотников - 2 (СИ)

– Изгоняющие в любом случае гибнут целыми братствами, собраниями, боевыми единицами. Контролируете вы их или нет – это ведь выбор каждого из нас. Оставаться в тени или же рискнуть, попытаться стать легендой. Мы выбираем сами.
Эльвира поглаживала заново перебинтованную руку. Она неприятно ныла.
За окном светало. Шёл снег, и за плотной стеной белых точек разглядеть внутренний двор не получалось.
В кабинете стало тихо.
Миодай не торопился с ответом. Почесывая синеватый подбородок с трехдневной щетиной, изучал изгоняющую, словно перед ним находился экземпляр неизвестного монстра.
– Расскажи о своей семье.
Эльвира вздернула бровь, удивлённая просьбой. Или не просьбой...
– Я не знаю их, я сирота, жила среди людей. И о том, что я, оказывается, изгоняющая, рождённая сражаться с нежитью – узнала случайно. После этого отправилась на поиски академии.
– Понятно. Не хочешь пройтись?
Эльвира заволновалась.
– Честно? Не особо. Уже спать пора, а мне три лекции ещё переписать. Если вы не собираетесь меня исключать прямо сейчас, то мне нужно идти готовиться к зачётам.
– Что ж, это не займёт много времени... – Миодай встал и направился к выходу. – Следуй за мной, Клинок.
Тон, не принимающий возражений. Палес не угрожал, но воспротивиться его воле – опасно. Вздохнув, Эльвира вышла за ним в коридор.
Они проходили через дубовые двери несколько раз. Каждая из них отпиралась ключом. Эльвира оглядывала аудитории, мимо которых они проходили, и замечала огромные доски для письма, только на полу. А на них нарушенные защитные круги. Тут занимались старшие курсы.
В конечном счёте Миодай завёл дао в небольшую комнатушку с неизвестным Эльвире алтарём в центре. На каменной плите тонкими полосками виднелись дорожки. От круга в центре они расходились лучами к краям, переходя в другую плоскость. С другой стороны, полукругом, практически до потолка вздымалась полупрозрачная витрина со множеством отметок.
Миодай встал рядом с Эльвирой.
– Давно я не подходил к этой машине, но сейчас для неё лучшее время. Ты так щедро разбрасывалась своей кровью, может, пожертвуешь ещё каплю? Может, твой потенциал выше, чем я думал.
Эльвира спрятала руки за спину.
– А зачем? Я довольна своим положением. Я изгоняющий, а большего мне и не нужно.
В свете зелёных ламп серьёзное лицо Миодая настораживало куда сильнее. О чем он думает? По-прежнему подозревает её или просто хочет помочь разобраться в себе? Эльвира чего-то не чувствовала, и сейчас она понимала, как ей этого не хватает, чтобы понять ситуацию.
Палес бесцеремонно схватил дао за руку и проколол попавшийся палец откуда-то взявшейся иглой.
Хватка Миодая оставалось каменной, Эльвира не могла одернуть руку.
Как в замедленной съемке, из пальца выступила красная капля. Повисев на краю, она плюхнулась прямо в центр алтаря.
Эльвира тревожно переступила с ноги на ногу и попыталась отшатнулся назад. Но Миодай не позволил.
– Может, твоя родословная не столь безнадёжна. Если импульс дотянет хотя бы до родового столба, можно будет пересмотреть твой статус.
– Не надо.
– Не бойся.
Капля крови зашипела, забурлила и начала испаряться. А после этого случился тот самый импульс. Голубым свечением он пролетел от центра к самым краям и по вертикальной плоскости пролетел практически до верхушки.
Вот тут изгоняющая и поняла, что спалилась, ведь, присмотревшись, разглядела, что на уровнях были нарисованы семейные гербы.
Второй раз при ней на лице Миодая засветилось искреннее удивление. И он ничего не сказал, а просто уставился на устремлённый вверх след от импульса.
– Дурацкая какая-то штука. Я думала, будет что-то интересное. – Эльвира старательно пыталась отвлечь мастера от отметок на уровне Эпопеевых и Грачей. – И неисправная, к тому же. Серьёзно, можно я пойду?
– Иди, – отрешенно отозвался Миодай, разжал пальцы, и Эльвира мигом сбежала из пыльной, пропитанной ароматами масел и настоек комнаты. Она быстрым шагом проносилась мимо скелетов мелких бесов и зверей, бесконечных полок с бумагами и колбами.
 
Как во сне промчалась по коридорам, практически не заметив их, и очутилась в холле.
Несколько одногрупников по-прежнему сидели там и играли в карты, греясь у камина.
– И как? – поинтересовался Лансик. – Что вы с Миодаем делали в архивах?
– Ничего, – Эльвира не могла придумать не то, чтобы остроумного, даже адекватного ответа. – Извините, я спешу.
– Странная какая-то она сегодня, – прошептала ей в спину Ино.
– Миодая не знаете? – удивился Бардер. – Мало кто после его пар в адеквате остаётся, а Эль с Дио явно накосячили снова. Я бы с ними был сейчас поосторожнее. Лишний раз язык за зубами держал и держался подальше. А то в соучастники запишут.
Останавливаться и объяснять что-либо Эльвира не собиралась. Ей нужно было поговорить с Диедаро.
Она встретила его у входа в комнату с термосом в руке.
– Что ты хотела?
– Как всё с планом прошло? Можно зайти?
Эльвира могла ошибаться, но ей показалось, что на его лице проскользнула тень.
– Нет. Тебе лучше уйти. Извини, но я так больше не могу. Я больше не хочу разговоров по душам с нежитью в ожидании смерти. Все твои гениальные планы... не хочу в них участвовать. Ты перешла черту.
Эльвира хотела возразить, на мгновение её переполнил праведный гнев. Как? Она ведь всё предусмотрела и послала с тео своего самого надёжного спутника. Асириус имеет много опыта общения с кровопийцами, он бы не дал в обиду Диедаро. Она ведь приказала ему защищать тео, а еще заплатила кровавую дань вампирам, чтобы Грача наверняка не тронули. А после того, как Миодай напал на них с обвинениями, выгородила его! Она сделала всё, чтобы он не пострадал! Чем она заслужила такое обращение к себе?
Но за вспышкой гнева ничего не было. Только пустота. Эльвира смотрела в разноцветные глаза тео и абсолютно ничего не испытывала.
– Уходи.
– А что за тетрадь у тебя была?
– Заберешь у Миодая – узнаешь. Она твоя, родители передали. А на этом всё.
Дверь захлопнулась перед носом дао. Оставшись наедине со своими мыслями и неразрешенными вопросами, Эпопеева побрела в свою комнату.
Чего теперь ждать от Миодая? Почему бы ему просто не исчезнуть и не мешать ей? Заинтересовался её родословной он, видите ли! Какая ему разница, кто она такая? Семью не выбирают.
Диедаро тоже злил её. Соскочил в тот момент, когда дао нужна поддержка.
Единственный человекоподобный друг, и тот отвернулся от неё!
Оказавшись в комнате, разъяренная, как гарпия, изгоняющая сорвала со стены бумаги с заметками.
Листы медленно разлетались по комнате, а Эпопеева сидела в углу, схватившись за волосы. Хотелось выть и бежать, как дикий оборотень в полнолуние.
Самое отвратительное то, что первой парой как раз стояла тренировка с Миодаем.
Снова пропустить её? Но ведь это последнее занятие в семестре. Нужно идти и на неё, и на остальные пары тоже.
Оставалось только лечь спать и забыться. Во сне день пролетал незаметно. Решив, что она достаточно успокоилась для взаимодействия с окружающим миром, поздним вечером Эльвира покинула обитель. Сегодня ей и вправду не хотелось отсвечивать, она размышляла, кого бы взять себе в соперники на тренировку.
Скорее всего, разделить Бардера с Кукухой. Они вряд ли откажутся от поединка с ней. Столько раз сами предлагали.
Эльвира шла за толпой одногруппников, совершенно не имея настроения разговаривать. А вот врезать кому-нибудь хотелось.
Но агрессия к своим – это плохо, изгоняющая это понимала и сдержалась даже тогда, когда ей кто-то случайно наступил на ногу.
Оказавшись в зале, дао подошла к компании Кукухи.
– Пс-с, кто-нибудь, хочет составить мне компанию на тренировке?
Как ни странно, предложение ажиотажа среди коллег не вызвало.
«Как-нибудь потом», «Я уже договорился», «В другой раз» – и подобные ответы, она получила, хотя ещё недавно от желающих не было отбоя. На неё за что-то злятся?