Эра Охотников - 2 (СИ)

– Тогда у нас есть шанс стать хорошей командой.
Асириуса передернуло.
– В команде с полумагом. Кто бы подумал, что не только принцесса опустится на дно.
Место для отдыха Эльвира выбрала неприметное, но такое, чтобы и до мастера недалеко идти пришлось. Из источника неподалёку она набрала в котелок воды и принялась разводить костёр. Времени замачивать крупу не было. Но и так сойдёт, лишь бы внутри не пели умирающие от голода киты.
Вскоре, сытая и довольная, Эльвира вновь оказалась под дверью мастера и требовательно постучала. У неё оставался лишь один шанс разобраться со странной активностью организма возле синего домика с участком, поросшим сорной травой. Поэтому она предельно сосредоточилась и приготовилась.
Виссарионович за дверью отозвался, но попросил ещё пять минут, затем суетливо затопал в другую комнату.
Странный тип вёл себя подозрительно. Эльвира осмотрела дверные проёмы и пороги, но ничего не нашла, кроме небольшого засохшего пятна зеленоватой слизи. Осмотреть бы помещение через окно, да только все задернуто плотными шторами.
Хозяин выглядел как-то ошарашено, его волосы словно ещё больше растрепались с момента последней встречи. Эльвира бросила взгляд на верстак, где ничего не поменялось. Слой пыли, тот же недоделанный сапог, инструменты разбросаны, как и прежде. Словно он и не делал ничего.
– Готово? – уточнила изгоняющая. Мастер утвердительно закивал, настолько интенсивно, что его щеки затряслись, и указал на кресло.
Эльвира прошагала мимо Виссарионовича, и тут её взгляд зацепился за нечто блестящие, на тонкой цепочке висящее на худощавой шее. Вот оно!
Эльвира устроилась поудобнее в кресле, и мастер поднёс ей обновлённые ботинки. Добротно прошитые, они стали выглядеть куда привлекательнее, а ещё их начистили до блеска. Эльвира застегнула ремни и довольно протянула мастеру деньги.
– Шикарно!
– У вас всё? – мастер приподнял толстые брови, и его лоб располосовали глубокие морщины. Такой невысокий, щуплый, с округлыми чертами лица он напоминал тревожного воробья. Стоило Эльвире подняться и возвыситься над ним на пол головы, вовсе лицом посерел. Знал ли он об изгоняющих, что так испугался серебряноволосую?
– Почти...
В одно мгновение изгоняющая уподобилась кошке-охотнице, она ухватилась за амулет на шее мастера и сорвала его так ловко, что тот не успел отреагировать.
– Что ты делаешь?! – вскрикнул Виссарионович и потянулся за украшением, но Эльвира мотнула головой, требуя остаться на месте. В пальцах сверкнула руническая игла предка, она острием приблизилась к сияющему амулету Виссарионовича. – Отдай!
–Тише, тише, – Эльвира пробежалась взглядом по украшению, испускающему магическую энергию, с камушком в середине. Перевернула его, и обнаружила выцарапанные незнакомые руны. – Знаешь, что будет, если я хоть немного нарушу цепочку заклинания? Просто штрих проведу? М?
– Не делай этого, – в ужасе взмолился мастер. – Не надо! Чего ты от меня хочешь?
Эльвира довольно ухмыльнулась, и скользнула к центру комнаты, держа иглу у самого амулета. Она указала на стеллажи с обувью.
– Столько работы проделано, а рабочий стол под толстым слоем пыли, инструменты лежат в тех же местах, а белые руки с тонкой кожей не покрыты мозолями, они не знакомы с тяжёлым трудом. Вы не мастер! Где мастер, которого мне стоит поблагодарить лично?
Лицо человека полностью потеряло какие-то оттенки, словно он вот-вот испустит дух. Он в ужасе метал взгляд из угла в угол, будто выискивая что-то.
– Кто тебя прислал?
– Я сейчас задаю вопросы, – вкрадчиво уточнила Эльвира. – Или покажешь мне мастера, или я нарушу цепочку рун. Где он?
– Не надо! Чего ты хочешь?
Эльвира нахмурилась и поднесла иглу к первой Руне, похожей на звезду. Она выжидающе наклонила голову.
Лже-мастер понял её. Ещё раз спросив и убедившись, правда ли гостья желает видеть мастера, он подвёл её к ковру. Под ним оказалась тяжёлая, металлическая дверца, ведущая в погреб. Руки Эльвиры невольно засветились от близости нечисти, а в нос ударил тошнотворный запах гнили, перемешанный с клеем.
 
Они оказались в подземной мастерской, где на самом деле протекала работа. Здесь был оборудован целый цех, а работали мертвецы.
Они ходили, пошатываясь, переносили свёртки кожи и колодки, мастерили обувь. Челюсть у Эльвиры стремительно потянулась к полу, она насчитала не меньше десятка рабочих.
– Мастер там, – прохрипел Виссарионович, указывая на уже сильно облезлого мертвяка с впадинами вместо глаз, который вопреки внешнему виду, ловко забивал гвоздики в подошву. Возможно, он был первым, кто сюда попал.
Находиться тут было тяжело. Эльвиру бросало в жар то ли от желания извергнуть съеденное, то ли от необходимости перерезать бедолаг, освободив от работы даже после смерти. Хозяин дома осторожно коснулся ее руки.
– Госпожа, они безопасны! Не причиняйте им вред, молю вас!
– А если я нарушу цепочку рун, они останутся такими? Проверим?
– Не надо! – взвизгнул лже-мастер. – Что угодно берите! Я всё отдам, только отдайте мне амулет!
– Ты заставляешь бедных, в прошлом людей, работать на себя круглые сутки? Ты серьёзно считаешь это нормальным?
Хозяин дома упал перед ней на колени и жалобно посмотрел на изгоняющую.
– Госпожа! Помилуйте! Я больше ничего не умею. Вы отберете у меня их, и мне не на что будет жить. Пожалуйста, всеми богами заклинаю!
– Боги безмолвно охреневают от того, что ты тут устроил. Откуда у тебя этот амулет?
Виссарионович шмыгнул носом и вытер лоб, медленно опустил глаза в пол.
– Я служил при дворе короля. А потом было покушение, меня подставили, но я сбежал из-под стражи. Я прятался по небольшим городам и сёлам в поиске ночлега и пропитания. И однажды нашёл труп в необычном одеянии. А при нём был этот амулет. Я забрал его, хотел продать, чтобы купить еды. Но не успел. Я пришёл в Басюки ночью, хотел переночевать. А меня встретил он! – палец хозяина указал на мертвеца-мастера. – Он умер до того, как я его нашёл. Я не знал, что он мёртв! Он пригласил меня в этот дом, начал мне прислуживать, словно я королевских кровей. Я сперва даже не понял, что он мёртв! Он был гостеприимным, но молчаливым хозяином день, два, а потом я понял, что с ним на самом деле. Он не выносил дневного света и начал гнить. Я догадался, что это из-за амулета, но не понимал, как тот действует. А потом оказалось, что этот артефакт подчиняет мертвецов и частично сдерживает их разложение. Я не хотел применять дарованную силу во зло, ведь можно использовать амулет на благо людям!
Эльвира разглядывала работников цеха. Все в резиновых перчатках, на столах стоят банки с формалином.
– Ересь с захоронениями – твоих рук дело?
Виссарионович ссутулился ещё сильнее.
– Да. Я стал распускать слухи о том, что земля требует жертв, и люди это приняли. Но ведь это же во благо!
– Я вынуждена это остановить.
Эльвира развернулась и поднялась наверх, где не было этого отвратительного запаха разлагающихся тел. Тут всё нужно сжечь!
– Госпожа! Умоляю! Смилуйтесь! Я что угодно для вас сделаю. О чем только попросите! Только не забирайте их у меня.
Эльвира отчаянно боролась с приступами тошноты. До этого она набросилась бы на ароматные, посыпанные пудрой пирожки на кухонном столе, но стоило представить, что для неумехи готовила какая-нибудь покойная тётя Нэли, гнилой головой нависая над едой, и желание перекусить тут же пропадало.
Виссарионович и впрямь был непутёвый. При дворе явно ничем полезным не занимался, а тут и подавно ничему не научился, ведь за него мертвецы работают.
Вот и вся загадка, почему шторы задернуты и мастеру требуется уединение чтобы работать.
Без мёртвой прислуги паразит не выживет теперь. Эльвира не испытывала жалости к нему, но поднимать шум не хотела. Сейчас на улице люди, и начнись пожар – соседи прибегут его тушить, потом зайдут в дом, а там...
Страшно представить, что начнет твориться в Басюках после того, как изгоняющая уйдет. Сюда стоит вернуться позже.