Обуздать огненного демона (СИ)

Преемник императора же расслабленно усмехнулся.
— Совсем нет. Наринехах официально не наследует трон, кроме того, Академия славится нерушимыми принципами. Если Неха и проиграет бой открыто при всех, это лишь подчеркнёт качество и категоричное отношение ко всем воинам Империи без исключения.
Дамиан раздраженно скривился:
— Демагогия.
— Угомонись, — выдохнул Эллоус, присаживаясь на краешек металлической ограды. — Начинаю понимать твоё беспокойство, хоть оно меня и угнетает. Не стоило тебе вмешиваться Дамиан.
— Я ещё не куда не вмешался.
— А уже все испортил, — маг устало потёр глаза. — Твои любовные интересы ещё никогда мне так не мешали, как в этом году. Раньше я приказывал Пратенгишу держаться подальше от юных адепток, кто бы мог подумать, что стоило следить и за тобой.
Дамиан еле сдержался, чтобы не закатить глаза. С нынешним настроением по отношению к бывшему наставнику вышло бы крайне оскорбительно.
Присев чуть дальше Миркелия, мужчина воспользовался тем, кто кроме них и Ринмеаля сейчас на балконе преподавателей ещё никого не было. Хмуро глянул на друга.
— Я вчера с Нехой разговаривал.
— Знаю, заходил к ней утром, — спокойно ответил кронпринц.
— Извини, что так вышло.
— Передо мной ты не обязан извиняться. Если все решили с сестрой — хорошо. Давно стоило.
Дамиан помедлил. У него такой уверенности не было, но стало легче, что не пришлось объясняться с лучшим другом. В этом-то он никогда не лукавил: весь Высший круг был связан отношениями побратимов, доставлять неприятности любого рода своей почти же семье хотелось бы меньше всего.
— А дальше что намереваешься делать? — вернулся его к действительности тихий голос Миркелия. — Что решил?
Дамиан не ответил. Просто потому что не знал. Он впервые в жизни смотрел на ситуацию здравым, холодным взглядом и понимал: хоть насмерть изойди, есть шанс, что всё равно ничего не выйдет. В каком-то смысле это было страшно. Впервые огненный демон понимал, что он бессилен. У него бесконечность могущества, но над ней оно не властно. Мужчина не может заставить нужную девушку хотя бы посмотреть на него другим взглядом. Просто не способен.
Миркелий не стал допытываться. Красноречиво усмехнулся, отводя взгляд.
— И каждый будет уязвлён настолько, насколько когда-либо уязвлял сам, — медленно изрёк сидящий сбоку Ринмеаль, поглядывая на них. — Кажется, ты в это не верил, да, Дамиан?
Он сцепил зубы. Нахмурился ещё сильнее.
Не верил. А теперь тому, которому вечно было плевать на чувства и мысли иных людей, стало жизненно важно отношение той, которой был абсолютно безразличен он сам. Так пренебрежительно относясь к самому понятию любви и пары, получил собственную избранницу в качестве самого большого возмездия. Не устоял, как бы не намеревался. Только не перед Минри.
Какая ирония. Всё же, фарховы Боги умеют наказывать.
Миркелий задумчиво потёр висок, закинул ногу на ногу. И глянул на Верховного мага.
— Учитель, а что случилось у Наринехах и леди ИуренГаарских? — поинтересовался он. — Был какой-то конфликт?
Высокий худощавый шатен с кудрявыми, собранными в низкий хвост волосами лишь невесело хмыкнул.
— Сестра не особенно склонна к тому, чтобы заводить подобных соперников, но Вы ни на минуту тогда не усомнились, когда я спросил откуда такие мысли у Нуаль ЛаккиРших, — продолжил Миркелий. — Неха не будет завидовать месту в списке отличников, да и в целом вряд ли бы обратила внимание на успешную миловидную магианну. Не хотите рассказать, что между ними произошло?
Эллоус молчал около минуты. После тяжело вздохнул, потирая глаза.
— Семь лет назад. Кажется, это было непосредственно перед самыми годовыми экзаменами по завершению пятого курса. Меня не было тогда в Академии. Отбывал по мимолетным делам в столицу, поэтому узнал обо всём гораздо позже. Может, будь я на месте, всё бы и обошлось. Что уж сейчас вспоминать-то…
Дамиан прищурил глаза, визуально наблюдая за Учителем. Судя по всему, неприятная ситуация.
— Был смертельный исход? — проницательный как всегда Миркелий догадался первым. — У кого-то на курсе?
 
Эллоус сумрачно кивнул.
— Алеминрия только в полной мере осваивала мастерство своей семьи в ножевом бою, потому и отыгрывалась, пробовала абсолютно все вариации. В буквальном смысле прикладывала лезвия к горлам, держа под натиском своих соперников. Иногда выводила их на ближний бой специально, зная что там ей будет нечем противостоять. Заигралась. Знала, что будет лучше почти всех, не преминула частенько подмечать это. Никакого хвастовства — просто Алеминрия в какой-то мере гордилась тем, что может больше других. И переборщила с этим, лукавя и выигрывая у соперников.
— Так она победила и Наринехах?
— Именно. Ещё и не сдержалась, добавила, посмеиваясь, мол, Ваше высочество, не переживайте, Вам по статусу положены телохранители, когда-нибудь я и им подскажу, как драться.
Дамиан не то усмехнулся, не то хмыкнул. Ну да, зная болезненно самолюбие и характер Нехи, та явно не оценила прилюдный проигрыш. К тому же, фактически обращение по статусам не разрешалось, в Академии все были равны. Боевой маг просто подколола, ничего такого в этом не было.
— Наринехах отреагировала бурно, оно понятно, её первый проигрыш именно магианне. Алеминрия отнеслась спокойно к претензиям, как передал тогда Илай, что «ничего, Неха, может и не последний твой проигрыш, вдруг я была только началом». Разумеется, та разозлилась. А следующий поединок у Наринехах был с девушкой из клана Земли. Истинный стихийник. Виста ДаррШас.
Ринмеаль беззвучно застонал, прикрывая чёрные глаза. Предсказуемый исход. К сожалению, из-за резкого выброса магии вкупе с перенапряжением, или же из-за плохого контроля у магов всегда был риск «перегореть». Когда магия уничтожала собственную ауру. Это было быстро, болезненно и никак не поддавалось лечению или же предотвращению. Хуже всего было истинным — потомственные кланы четырёх основных стихий не просто теряли магию, они просто умирали.
— Виста погибла, — словно в подтверждение его слов, закончил Эллоус. — Сгорела. Сильный противник, ещё слабо адаптированная аура, внезапная вспышка. У нас каждый год происходит один-два таких случаев, как бы мы не старались избежать их. Увы, не все маги принимают наследие, однако смертельные исходы достаточно редки, истинных учат привыканию к ауре с рождения, а вот Виста…
— И что? — Грубо перебил его Дамиан. — Здесь нет ничьей вины. Просто девушка не справилась. Такое иногда бывает.
— Согласен. Но не всем приходится общаться с убитыми горем родителями. Особенно когда те из обедневшей аристократии, вышедшей ещё с исконно человеческих поселений. И старшая дочь — единственная урождённая истинной стихийницей.
— Клан землянников ДаррШас — это тот самый, который так и не ввели обратно в перечень высокородных? — припомнил Ринмеаль.
— Если погибшая девушка была единственной унаследовавшей родовую магию, то у них и не было шансов, — небрежно заметил огненный демон. — Наследника для продолжения рода нет, на что они надеялись?
— На возвращение ко двору. Большие перспективы. Однако все рухнуло. И когда родители со слезами и истериками решились выяснять почему так вышло с их взрослой и уже почти полностью подготовленной дочерью, был неприятный инцидент. Виста действительно почти закрыла ауру, я сам не думал, что так обернётся. Метила в число сильнейших на своём курсе.
Миркелий понимающе кивнул. Дамиан же таким уважением человеческой натуры не отличался:
— Странная реакция родителей. Этот исход нельзя исключать и спустя век магического расцвета. Но в чем собственно был конфликт? При чем здесь Алеминрия и Наринехах?
— Алеминрия взяла вину на себя, — мягко ответил Эллоус. — Перед родителями, перед преподавателями в тот день, когда семья приезжала забирать тело. Не знаю, насколько она чувствовала себя виноватой, мне девочка не открылась. Но видимо посчитала, что если бы не разозлила и не спровоцировала своими словами да отношением, даже не той мелкой победой, Наринехах, та бы не стала драться с Вистой, желая не допустить очередного провала магианне настолько, что случайно доведя ту до выплеска всей магии.