"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Потом срываю шарфик, избавляюсь от платья и иду принимать ванну, потому что это единственный настоящий способ успокоиться.
А дальше… Дальше, игнорируя чемодан, в котором лежит единственная уцелевшая ночная сорочка, забираюсь под одеяло и позволяю себе вспомнить благородное лицо с правильными чертами, серые глаза и всё прочее, что к этим глазам прилагается.
Да! Я позволяю себе вспомнить Дана.
И пусть наш роман был мимолётным и глупым. Пусть блондинчик, наверняка, уже забыл всё, кроме моего имени. Пусть эти воспоминания, непременно, принесут сны о прошлом и приведут к непроизвольной трансформации, но от этой крупицы удовольствия я всё-таки не откажусь.
Главное – дойти до комнаты.
Так что… иду.
Преодолев последнюю ступеньку лестницы, сворачиваю вправо и шагаю по коридору почти до конца. Останавливаюсь у нужной двери, достаю из кармана ключ и недрогнувшей рукой отпираю замок. Тяну за ручку, оборачиваюсь, чтобы вручить ключ конвоиру и избавиться уже от ненавистного общества, вот только… наши с Гертоном планы не совпадают.
Вместо того чтобы протянуть руку, метаморф делает шаг навстречу. Я чудом успеваю среагировать и сдвинуться в сторону, так что в итоге оказываюсь прижата спиной к дверному косяку.
Гертон пытается исправить ситуацию и проделать то, что собирался проделать изначально – то есть втолкнуть меня в комнату, но я упираюсь изо всех сил, и мужчине приходится с моим желанием смириться.
Зато от намерения поцеловать этот вконец охамевший тип отказываться не хочет! Более того – он понимает, что не обрадуюсь, поэтому прежде чем потянуться губами, запускает граблю в мои волосы и фиксирует голову.
В этот момент становится искренне жаль, что не доела тот бесов ужин! Просто впихни я в себя всю порцию салата и всё рагу, то сейчас бы точно вытошнило, а так…
Поцелуй! Скользкий, слюнявый, с попыткой протолкнуть язык сквозь яростно сжатые зубы. А ещё прикосновение к груди, причём довольно грубое! А вслед за этим жаркий шепот в ухо:
– Астрид, ну что ты ломаешься? Ты же уже не девочка…
Первое и второе я ещё готова снести, но вот такое заявление…
– Что за намёки? – шиплю гневно и предпринимаю попытку оттолкнуть метаморфа.
Но он, сволочь, отталкиваться не хочет, а совсем наоборот! Меня прижимают к косяку с такой силой, что едва не вскрикиваю.
– Намёки? – вновь шепчет Гертон. В его голосе появляются снисходительные нотки. – Где ты увидела намёки, солнце?
Снова шиплю, опять пытаюсь вырваться! Даже руки к его лицу тяну в намерении расцарапать эту гнусную физиономию! Вот только ничегошеньки у меня не получается – слишком сильно меня прижали, слишком крепко держат.
– Астрид, прекращай. Мы оба знаем, что ты уже порченая. И ты слишком умна, чтобы не понимать – такой тебя мало кто из наших взять захочет. А я готов даже несмотря на это. Но сперва нужно посмотреть, чему ты в чужих постелях научилась.
Всё! Ярость! Бешеная и безконтрольная! Глаза застилает алая пелена, кровь в венах вскипает, а где-то на грани сознания звучит истовый драконий рык.
Вывернуться из захвата я по-прежнему не могу, зато удаётся освободить руку и залепить Гертону такую пощёчину, что конвоир невольно отскакивает.
– Астрид!
Гостиничный коридор пуст, настенные лампы светят тускло и бледно, а в воздухе повисло такое напряжение, что впору ждать настоящих, а не метафорических молний. И пусть я невероятно зла, но всё-таки успеваю сообразить – у нас с Гертоном разные весовые категории, мужчина сильнее. Если он действительно захочет, шанса воспротивиться у меня не будет.
Поэтому…
– Если не уйдёшь – закричу! – сообщаю я. И шумно втягиваю ноздрями воздух, показывая – это не шутки.
И плевать, что такая ситуация позор прежде всего для меня! Плевать на всё! Умру, но в постель с этим козлом не лягу!
– Астрид… – цедит конвоир, а я…
Я отшвыриваю ключ, который всё это время был зажат во второй руке, и влетаю в номер. Резко захлопываю дверь, стремительно закрываю щеколду и вновь шиплю.
Где-то на грани сознания всё так же звучит яростный рык дракона, и я лишь теперь понимаю, до какой степени перенервничала. Просто я сейчас в истинном облике, я никак не могу слышать драконью сущность. Галлюцинации… Отлично! Только их и не хватало.
 
На несколько мгновений замираю у двери. Отмахиваюсь от этого невозможного рыка, пытаюсь прислушаться к тому, что происходит снаружи и понимаю – у Гертона всё-таки хватило ума отказаться от штурма отведённой мне комнаты. Он запер меня на ключ и всё.
Вот только ситуации это не меняет! А на фоне того, что нам ещё дня четыре трястись в карете, подобный поступок равен тактическому отступлению.
Сородич слишком хорошо сознаёт, что деваться мне некуда. Что он возьмёт своё если не сегодня, то завтра. И пусть мы будем не совсем одни, пусть каретой правит кучер, но… за хорошую сумму любой человек глаза прикроет и уши заткнёт.
То есть я действительно в западне. В самой настоящей!
Желания удариться в панику и расплакаться не возникло. Более того – через несколько минут я сумела взять себя в руки и усмирить бушевавшую в сердце ярость. Сонливость и тошнота, принесённые ужином, испарились, словно и не бывало. А план сложился сам собой, без всякого труда.
Порченая, говоришь? Попробовать, чему научилась, хочешь? И свято веришь в то, что никуда не денусь? Ну-ну. Мечтай-мечтай!
Круто развернувшись на каблуках, я уверенно проследовала сперва к окну, чтобы разведать обстановку, затем к чемодану.
В прошлый раз мне пришлось нести в зубах только лёгкое платье и туфли. Сейчас всё немного усложнилось… Одежда, которой располагала теперь, была совсем другой – дороже и тяжелее. Вдобавок, за эти две недели в мир пришла настоящая осень, то есть, по уму, кроме платья и сапог мне требовался плащ. Сможет ли маленький дракон унести такой груз?
Ответа на этот вопрос я пока не знала, но вещи подбирала из расчёта на то, что всё-таки сможет.
Кроме прочего, в узле оказалась пара белья – панталоны и короткая сорочка. А также шарфик и перчатки, без которых в Рестриче появляться нежелательно. Ну и кошелёк с остатками монет – куда ж без него? По моим подсчётам, денег вполне хватало на то, чтобы нанять в Линске экипаж и явиться в город как положено.
Ну а в том, что касается багажа… пусть его Гертон везёт! А если посмеет бросить мои чемоданы в этой занюханной гостинице, то я ему такой спектакль устрою – мало не покажется.
Впрочем, спектакль будет в любом случае. И категорический отказ от свадьбы! Не пойду я за этого урода, чьим бы внуком он ни являлся!
Когда я запиралась в гостиничном номере, за окном было уже темно. Пока разбиралась с вещами и чемоданами, тьма сгустилась, а вылезшая было луна спряталась за облаками. Вот только бежать сразу по окончании сборов было слишком неразумно – ведь Гертон чует меня ничуть не хуже, нежели я его. Пришлось затаиться на пару часов в надежде, что за это время конвоир уснёт.
Но сидеть просто так, уставившись в стену, было невозможно – слишком много эмоций внутри кипело. Поэтому время потратила, может, с небольшим, но всё-таки умом…
Во-первых, помылась. Во-вторых, сложила и убрала всю ненужную одежду в чемодан. Потом – как была, в полотенце – связала простынь, пододеяльник и наволочку в подобие верёвочной лестницы.
А вот дальше – всё. Дальше и терпение, и время кончились… Но, прежде чем опуститься на четвереньки и разрешить родовой магии побежать по венам, я привязала один конец сотворённой «лестницы» к ножке комода и, распахнув окно, выбросила её наружу. Всё исключительно для Гертона, чтобы не сломал мозг, раздумывая над тем, как же я из запертого номера выбралась!
В комнате сразу стало на порядок холодней, но я внимания не обратила. Покончив с «лестницей», отдалась на растерзание боли, сопровождающей трансформацию.
Всего несколько минут, и ощущение холода ушло, а я… я поднялась на лапки, раздраженно дёрнула хвостом и направилась к кровати, возле которой лежал приготовленный узел. Удастся утащить его или нет? А может, всё-таки получится?