"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
– Жанетт, прекращай, – вклинился в женский вой Дантос. – Мы оба с самого начала знали, что эта связь не вечна. Мне жаль, Жанетт, но…
А вот дальше не слышала, ибо пришлось отвлечься. Просто драконье чутьё чужое присутствие уловило. Я отлепилась от двери, сделала два шага к коридору и нервно повела крылом. Потом повернулась к Жакару и сказала:
– Ву! – В смысле, шухер!
Дедок и раньше создавал впечатление человека умного, в этот раз тоже не оплошал. Ловким движением убрал слуховую трубку, отступил от двери и замер. Ну будто просто так стоит, на случай, если светлость вызовет.
Я притворяться статуей не собиралась – я всё-таки животное, у меня своя логика и мотивы совершенно другие. Я вроде как привязалась, признала в Дантосе хозяина, а он дверью отгородился, так что нервничаю и бегаю вокруг.
Собственно, с этими мыслями я в коридор и ломанулась. И что увидела? Люсси!
Бледная поганка тащила поднос с чайником, чашками и вазочку с нарезанными фруктами. И это при том, что Дантос чаю не просил! Ну а веяло от неё… всё той же нервозностью, только степень этой нервозности была порядков на сто выше, нежели утром.
– Ву!
– Уйди! – вздрогнув, пискнула Люсси.
– Ву-у-у! – улыбнувшись во всю пасть, повторила я. А потом путь заступила.
К моему величайшему изумлению, горничная проявила чудеса наглости. Она шустро обогнула золотого дракона и поспешила дальше. То есть леди Жанетт опасаются куда больше, нежели моих укусов? Непорядок!
Нет, я не собиралась вмешиваться! Всё, что могла, я для Дантоса уже сделала. Но… у тебя же там клубника! Дай-дай-дай!
Клянусь пятой лапой, это вышло случайно. Я же аккуратная, воспитанная, и всё в таком духе. И я понятия не имела, что у Люсси настолько заторможенная реакция. Я не подозревала, что горничная об меня споткнётся и уронит поднос.
А ещё у драконов тонкий слух. Так что весь этот грохот, звон битого стекла и визг ужасно бьёт по ушам. Он неприятен до дрожи, до колик! И это ещё одно доказательство того, что я не нарочно.
И вообще – под ноги смотреть надо и не жмотиться! Я же по-хорошему ягодку попросила, а Люсси? Люсси ягодку зажала. И вот результат – всё содержимое подноса на полу. Как говорят в народе – скупой платит дважды.
– Что здесь..! – воскликнул выскочивший из гостиной Дантос. Но, увидав картину бойни, запнулся и замолчал.
Зато я… мне пришлось отыгрывать дальше. Чувство эстетизма запрещало есть с пола, но я таки ела. Жадно подхватывала сочные алые ягоды и глотала не прожёвывая – ну надо же показать, из-за чего сыр-бор.
– Астра… – простонала светлость. – Астра, ты меня в гроб загонишь! Несносная девчонка! Самый невоспитанный дракон в мире!
Угу. А ты, между прочим, жутко фальшивишь сейчас. Больше чувства, Дантос. Больше гнева! И где привычные обзывалки? Где все эти: попа с хвостом, зараза с крыльями, вреднючка чешуйчатая?
Вот только блондина достоверность собственной реакции не заботила. Он рыкнул ещё раз и опять в гостиной скрылся. А мажордом злобно зыркнул на совсем белую Люсси и спросил:
– Какого ты этот поднос принесла? Кто распорядился?
– Я… я… – начала было девушка, всхлипнула. – Я думала, что… и… их светлость с леди Жанетт всегда чай пьют.
Горничная всхлипнула ещё громче, по её щекам покатились первые слезинки. Но я-то видела – это злые слёзы. Просто у Люсси кулаки сжимались, прищур глаз тоже поводов для иллюзий не оставлял.
– Дура, – приласкал девушку Жакар.
Та кивнула, присела и принялась собирать осколки и кусочки нарезанных фруктов. Я же пришла к выводу, что делать тут уже нечего, и посеменила на кухню.
Во-первых, я не ужинала и не завтракала. Во-вторых, я так и не помирилась со стратегически важным союзником – с Роззи.
– Совести у тебя нет, – вещала кухарка словами Дантоса. – И стыда тоже! Это надо же так меня опозорить! Будто я тебя недокармливаю! Я! – Это самое «я» Роззи подчеркнула, причём жирной такой чертой. Равно как и следующее: – Недокармливаю!!!
Ну вот. А я-то думала, кухарке своего труда жалко, а оказалось – дело в репутации.
– Да я тебе… да я тебя… да я тебя лучше, чем хозяина, кормлю! – возопила Роззи. – И что в ответ? Мелкое, гнусное воровство?!
Ужас, конечно, но стыдно не было. Во-первых, от терзаний совести отвлекала миска потрясающего говяжьего рагу, во-вторых, я точно знала, что насчёт «лучше хозяина» Роззи преувеличивает. А в-третьих, в самом деле недокармливают. Иначе почему я такая маленькая и худенькая во всех местах, не считая попы?
– Жрун, – припечатала кухарка. – Маленький, неблагодарный жрун.
Я не выдержала. Оторвалась от миски и укоризненно взглянула на толстуху в белом переднике. Вот что за люди в этом доме обитают, а? То вреднючка, то толстопопик, теперь вот это. Так ведь и комплекс неполноценности заработать недолго.
А ещё… они до одури нелогичны.
– Ещё рагушечки? – неверно истолковав мой взгляд, ласково пролепетала Роззи. А сообразив, что добавки маленький дракон не просит, заявила прежним, предельно суровым тоном: – Жрун!
Мать моя… ну почти женщина. Я опять в миску уткнулась и, вопреки воспитанию, начала громко чавкать. Это чтобы хоть чуть-чуть вопли Роззи перебить. А когда доела и принялась вылизывать тонкостенный фарфор, в кухне появилась Люсси.
Всхлип! Громкий, горький. Потом ещё один. Звон и металлический грохот – это горничная поднос с побитой посудой и месивом из фруктов на стол водрузила. Сама же плюхнулась на лавку, и…
– Иии!!! – взвыла поганка. Закрыла лицо ладонями и взвыла опять. – Иии!!!
– Что?! – тут же переполошилась кухарка. – Что случилось?
Маленького дракона Люсси не видела, нас разделял стол. Впрочем, роли это не играло.
– Астра! Эта дрянь, она… она… я их светлости чай несла, а она с ног сбила! Иии…
– Астра… – протянула Роззи укоризненно. Скривилась.
Зато Люсси, проследив за взглядом толстухи, вскочила и подхватила лежавшую на столе скалку. Тяжелую, кстати.
– Ты! – рыкнула хрупкая с виду девица.
Дальше был замах, скачок, ещё один скачок – уже мой, и отчаянная попытка сдержать желание плюнуть в Люсси огнём. Желание было несознательным, исключительно инстинктивным, так что… горничной откровенно повезло, что у меня столь хорошая выдержка.
Следом у Люсси словесный понос случился, очень ругательный, я же звереть начала – нет, а какого беса она себе такие слова позволяет?
И всё бы непременно закончилось дракой, не объявись на кухне Дантос…
Тишина. Она наступила так внезапно, и была до того плотной и опасной, что даже невиноватая я поёжилась. Вот только отчитывать прислугу светлость, вопреки ожиданиям, не стала. Блондин обошёл стол, глянул на пустую миску, хлопнул себя по ноге и позвал:
– Ко мне, девочка.
Я перестала скалиться, отряхнулась и гордо выплыла из угла, в который меня обнаглевшая Люсси загнала.
– Пойдём, – сказал герцог Кернский ровно. И опять себя по ноге хлопнул.
Мы уходили неспешно и величественно, и с каждым шагом я всё сильнее проникалась к светлости уважением. Нет, дело не в том, что он не стал встревать в женскую разборку. Дело в другом.
Просто все аристократы крайне трепетно к собственным персонам относятся. Им даже малейшего подозрения достаточно, чтобы с катушек слететь. А Дантос делал вид, будто ничего не произошло, и причины такого поведения были ясны и приятны.
Во-первых, вероятность ошибки – наличие в утреннем чае какой-либо гадости только маг подтвердить может, остальное – голые предположения. Во-вторых, ещё одна вероятность ошибки – ведь очень легко обвинить бледную поганку Люсси в покушении, но где вероятность, что именно она зелье подмешала? Нет, я-то знаю, что если что и было, то добавила Люсси – уж слишком эта девица нервничала, но у Дантоса драконьего чутья нет. И третье – глупо нападать на исполнителя раньше, чем будет вычислен заказчик и сообщники. Так что хладнокровие светлости в этой ситуации в самом деле радовало.