Гроза над озером (СИ)

Люди Арне и Каи проехали по деревне почти не останавливаясь. Только Арне притормозил, чтобы забрать жену и сказать знахарке, что ее срочно ждут в крепости.
— Что там? — Спросила Гримница, пытаясь устроиться на коне. Сидеть перед мужем было не очень удобно, но Арне явно не был настроен ждать, пока ей приведут и оседлают другого коня.
— Лучше тебе не знать. — Скупо ответил рыцарь, нахмурившись.
— Нашли кого-то? — Не унималась княжна.
— Кого-то — нашли. — Сегодня Арне был явно не настроен обсуждать с женой свои воинские дела.
— А мальчики где, что я их не видела? — Гримница не на шутку встревожилась, таким мрачным она видела рыцаря только однажды, перед самой свадьбой.
— Сразу в крепость поехали.
Видя что разговор не клеится, Гримнца сдалась. Все равно до крепости оставалось всего-ничего, на месте все узнает.
В крепости их уже ждала телега, на которой сидели оба мальчишки и еще несколько человек. Рукав чьей-то рубахи светлым пятном виднелся на фоне борта, выдавая, что людей в телеге больше, чем видно сразу.
— Вот. — Мрачно кивнул Арнев сторону то ли гостей, то ли пленников. — Это те, кого я успел найти.
— Успел? — Переспросила Гримница.
— Не всех вендов отдали вашему князю. — Только и ответил Арне, спешиваясь. И уже шагая широким шагом в сторону воеводского терема бросил через плечо: "Людьми займись. Им и так досталось".
Людям действительно досталось. Парень, лежащий в телеге, выглядел не жильцом. Хотя осада крепости продлилась недолго, такие раны Гримница успела увидеть. Конечно, оставалась надежда, что придет Ванда и скажет что-то другое, но…
Девушка, сидящая рядом с ним, выглядела изможденной, как те девочки, что они недавно нашли в лесу. Волосы непонятного цвета спутались в колтуны, через прорехи в рубахе проглядывали синяки, но девушке, похоже, это было все равно. Она смотрела перед собой пустыми глазами, только рука безостановочно поглаживала голову раненного парня, лежащую у нее на коленях.
Еще на телеге сидели две женщины, одна из которых держала на руках ребенка, завернутого в чью-то рубаху. Рубаха явно принадлежала воину, потому что дитя в нее завернули дважды, так, что даже кончиков пальцев видно не было. Вторая женщина просто сидела, чинно сложив руки на коленях и глядя перед собой.
— Здравствуйте! — Поздоровалась Гримница, подойдя поближе. Приезжие, княжна так и не определилась, как их называть, сперва окинули ее долгим оценивающим взглядом. Точнее, рассматривали ее женщины, парень был без сознания, а девушка, похоже, вообще не услышала приветствия.
— И тебе, молодуха, не хворать. — Откликнулась наконец-то одна из них. Вторая, осмотрев княжну, равнодушно перевела взгляд куда-то вдаль.
— Пойдемте, у нас как раз ужин готов. Сейчас знахарка придет, раненому поможет. Потом на ночлег поможем вам устроиться…
Женщина с ребенком молча начала вылезать из телеги, двигаясь неловко, но не выпуская из рук свою ношу ни на миг. Вторая так и осталась сидеть, равнодушно оглядываясь.
— Тебе помочь? — Участливо спросила Гримница, видя, что найденные люди выглядят так, словно только что из битвы.
— Обойдусь. — Ответ прозвучал откровенно грубо. — Сама-то, смотрю, неплохо устроилась. И как оно, сладко, с заксом-то?
— Ясько! — Позвала Гримница одного из подростков, крутящихся тут же. — Позови деда, скажи, пан Арне новых людей привез, помочь бы надо, — со вздохом закончила она фразу.
Объясняться с чужими крестьянами по третьему-разу ей сейчас не хотелось. Сердце сжимала тревога, рисуя все новые и новые подробности того, что ей "лучше не знать". К счастью, от объяснений ее избавила Ванда, влетевшая в ворота крепости, сидя на коне перед Фите.
Едва успев соскочить с коня, знахарка быстро осмотрела группу, особенно подолгу останавливая свой взгляд на девушке и женщине, что так и сидела на своем месте.
— Парня в господскую хату! — Скомандовала она Фите и Яську, показывая рукой в сторону воеводского терема — единственного пока жилого дома во дворе.
Парня пришлось уносить с боем. Девушка, до этого никак не реагировавшая на происходящее, вцепилась в него мертвой хваткой и подняла такой крик, что заплакал проснувшийся ребенок. На шум сбежались солдаты, один из них, по знаку Арне, помог отцепить девушку от раненого.
 
— Вот же ж, кошка бешеная! — Выругался один из них, зализывая царапину на руке.
— Да пусть! — Отмахнулся другой, мечтательно поглядывая вслед странной паре, — Я бы тоже не отказался, если бы меня кто-то так любил…
— С чего ты взял, что она — любит? — Не унимался "пострадавший", — Может, это сестра его или кузина?
— Не думаю…
Солдаты говорили на смеси заксонского с каким-то диалектом, поэтому Гримница едва их понимала. На один миг ей захотелось сказать мужчинам какую-нибудь гадость, но осторожность победила. Да, она сейчас для них — госпожа (а если точнее, то всего лишь жена их господина). Но и Арне теперь — господин для ее людей. И не стоит зря обижать его подчиненных, если завтра, возможно, придется просить о поблажках для своих.
Поэтому, не сказав ни слова, княжна прошла в терем, где в одной из комнат уже вовсю старалась Ванда.
— Повезло тебе, хлопчику… — Приговаривала она, разматывая заскорузлые от крови тряпки. — Еще бы денек промедлил наш пан, мне бы тут уже делать было нечего. Повезло… — Покрасневшие от отваров и тяжелой работы руки женщины проворно двигались, промывая, сшивая, перевязывая. — …Терпи теперь, раз выжить повезло… — Приговаривала она, не прерывая работы. Увидев княжну, только молча кивнула, мол, помогай.
Девушку, которая немного успокоилась увидев, что ее спутнику ничего страшного не грозит, она отослала в угол. Там та и осталась, сев прямо на пол и оперившись спиной на стену. Но вопросы, которые знахарка задавала походя, как бы между делом, девушка сперва не отвечала вообще. Но потом, незаметно втянувшись в разговор, смогла кое-что рассказать.
От этого рассказа у Гримницы мороз прошел по коже. Девушку звали Добрава, а парень — Милан — ее жених. Захватили их в небольшом поместье у самой реки, где Милан служил на конюшнях. Сперва заперли в старом сарае. А потом старший закс сказал, что князь выкупил их всех и теперь их поведут в княжью крепость, чтобы там обменять. Вот только по дороге кто-то из людей сообразил, что ведут их совсем не туда. А когда племенники стали задавать слишком много вопросов, заксы начали рубить людей.
— Ну, мужики схватились с ними, кто дубиной, кто чем… А бабы похватали детей и врассыпную. — Безжизненным голосом рассказывала дальше Добрава.
По всему выходило, что Милана сочли мертвым, потому не стали добивать. А Добрава, отсидевшись в кустах, вернулась обратно, в надежде встретить любимого. И нарвалась на заксов, пытавшихся скрыть следы…
— А тут на них другой закс наскочил, что нас сюда привез, и почти всех побил. — Закончила она свой невеселый рассказ.
— А девочки, девочки с вами были? — Не удержавшись, вступила в разговор Гримница. — Мирося и Вися, маленькие совсем, они от мамы отстали, когда убегали…
К сожалению, все ее расспросы ни к чему не привели. Добрава, выговорившись, замолчала, снова уставившись в пустоту. На все вопросы княжна дождалась только неопределенного пожатия плечами, то ли не было там девочек, то ли не знала двушка, как кого зовут.
Ванда, закончив между тем возиться с Миланом, протянула Добраве чашку какого-то отвара.
— На-вот, выпей. — Ворчливо то ли приказала, то ли посоветовала она. — А то упадешь мне тут, кто за ним присматривать будет?
 
Девушка покорно выпила отвар и молча перебралась поближе к широкой лавке, на которую мужчины уложили раненого.
— Мне других осмотреть надо, — строго продолжала знахарка, — а ты смотри за ним. Будет в горячке метаться, сразу зови. Вон окно, кричи Ванду, я сразу прибегу.
Дождавшись ответного кивка, Ванда вышла, потянув за рукав княжну.
— Подождем немножко, — сказала она, когда за ними закрылась дверь, — да и остальных, правда, посмотреть надо.