Книга утраченных сказаний. Том I

Инвэ (Inwё) < Инг (Ing) при каждом упоминании.
Инвитиэль (Inwithiel) < Гим-Гитиль (Gim-githil), что в свою очередь возникло из Гитиль (Githil).
Ингиль (Ingil) < Ингильмо (Ingilmo).
Валвэ (Valwё) < Манвэ (Manwё). Возможно, что имя Манвэ употреблено по отношению к отцу Вайрэ просто по ошибке.
Нолдорин (Noldorin). В первоначальном варианте значилось: «Нолдорин, коего гномы зовут Голдриэль»; имя Голдриэль (Goldriel) было изменено на Голтадриэль (Golthadriel), а затем ссылку на соответствие из языка гномов вычеркнули, и осталось только имя Нолдорин.
Тулкастор (Tulkastor) < Тулкассэ (Tulkassё) < Турэнбор (Turenbor).
солосимпи (Solosimpi) < солосимпэ (Solosimpё) при каждом упоминании.
Линдэлос (Lindelos) < Линдэлоксэ (Lindeloksё) < Линдэлоктэ (Lindeloktё) Поющая Гроздь (Глингол).
тэлэлли (Telelli) < тэлэллэ (Telellё).
Арвалин (Arvalin) < Хармалин (Harmalin) < Харвалин (Harwalin).
Комментарии к Домику Утраченной Игры,
В первоначальной мифологической концепции моего отца истории морехода Эриола отводилось центральное место. В те дни, как сам он вспоминал много позже в письме к другу Мильтону Уолдмену [13], основной целью его труда было удовлетворить потребность в специфически-, узнаваемо-английской литературе о «фэери»:
 
«С самого раннего детства меня огорчала нищета моей собственной любимой родины: у нее нет собственных преданий (связанных с ее языком и почвой), во всяком случае, того качества, что я искал и находил (в качестве составляющей части) в мифологии других земель. Есть эпосы греческие и кельтские, романские, германские, скандинавские и финские (последние произвели на меня сильнейшее впечатление); но ровным счетом ничего английского, ежели не считать дешевых изданий народных сказок».
 
В ранних версиях мифология увязывалась с древней легендарной английской историей; и, более того, намеренно ассоциировалась с определенными местами в Англии.
Эриол сам — близкая родня прославленных персонажей легенд северо-западной Европы, отправившись в плавание на запад через океан, наконец-то доплывает до Тол Эрэссэа, Одинокого Острова, где живут эльфы; и от них узнает «Утраченные Сказания Эльфинесса». Поначалу в структуре произведения ему отводилась роль более значимая, нежели (как стало впоследствии) человека позднейшего времени, который добрался до «земли фэери», там обрел утраченное или потаенное знание и впоследствии изложил узнанное на своем языке: Эриолу предстояло войти в историю фэери в немаловажном качестве свидетеля гибели эльфийского Тол Эрэссэа. Элемент древней истории Англии или «исторической легенды» изначально являлся не просто обрамлением, обособленным от великих сказаний, впоследствии вошедших в состав «Сильмариллиона», но неотъемлемой частью финала. Разъяснения (насколько возможно что-либо разъяснить) по необходимости придется отложить до конца Сказаний; однако здесь нужно сказать по меньшей мере несколько слов об истории Эриола вплоть до его прибытия на Тол Эрэссэа и о первоначальной значимости Одинокого Острова.
Сюжетная линия Эриола, по сути дела, принадлежит к самым запутанным и неясным во всей истории Средиземья и Амана. Отец оставил Утраченные Сказания, так и не дойдя до конца, причем отказался и от первоначальных планов их завершения. Эти планы возможно восстановить по записям, однако карандашные наброски, сделанные наспех, на разрозненных листочках бумаги без датировки, либо в маленькой записной книжке (в которую, на протяжении многих лет создания Утраченных Сказаний, отец заносил свои соображения и мысли (см. с.  171)), со временем стерлись и поблекли, и местами с трудом поддаются расшифровке, даже после долгого изучения. Эти записи, в том, что касается «Эриола» или «английского» элемента, представляют собою короткие наброски, где ключевые повествовательные фрагменты, зачастую не особо связанные между собою, оформлены в нечто вроде списка, и в пределах его постоянно меняются.
  
Как бы то ни было, в планах, которые наверняка принадлежат к числу самых ранних, обнаруженных в записной книжке и озаглавленных «История жизни Эриола», мореход, приплывший на Тол Эрэссэа, соотнесен с преданием о вторжении в Британию Xенгеста и Xорсы (V в. н. э.). Этой теме отец посвятил немало времени и размышлений, а также курс лекций в Оксфорде; он же разработал ряд оригинальных теорий, особенно касательно появления Хенгеста в Беовульфе [14].
Из этих набросков мы узнаем, что первоначально Эриол носил имя Оттор, но сам себя называл Вэфре (древнеанглийское слово, означающее «беспокойный, скиталец») и всю жизнь странствовал по морям. Отец его звался Эох (слово из древнеанглийского поэтического вокабуляра, означающее «конь»); Эох был убит своим братом Беорном («воин» в переводе с древнеанглийского, однако первоначально слово это означало «медведь», так же, как и его эквивалент björn в древнеисландском; ср. оборотень Беорн в Хоббите). Эох и Беорн были сыновьями Хедена, «одетого в кожу и мех», а Хеден (как многие герои скандинавских легенд) вел происхождение от бога Бодена. В других черновиках содержатся иные увязки и комбинации, а поскольку история Эриола даже частично никогда не была записана в логически последовательном виде, имена эти имеют значение только для того, чтобы продемонстрировать направление мыслей моего отца на тот момент.
Оттор Вэфре поселился на острове Гельголанд в Северном море и женился на женщине по имени Квен (древнеангл. «женщина, жена»); у них родились двое сыновей, которых «в честь деда» назвали Xенгест и Хорса, «дабы отомстить за Эоха» (hengest — еще одно древнеанглийское слово, означающее «конь»).
Затем Оттора Вэфре охватила тоска по морю: он был одним из сыновей Эарэндэля, рожденным под его лучом. Если луч Эарэндэля касается новорожденного, тот становится «сыном Эарэндэля» и странником. (Так, в Домике Утраченной Игры автор и Линдо называют Эриола «сыном Эарэндэля».) После смерти Квен Оттор покидает детей. Хенгест и Хорса отомстили за Эоха и стали великими вождями; но Оттор Вэфре отправился искать и найти Тол Эрэссэа, здесь названный на древнеанглийском se uncúюa holm, «неведомый остров».
В черновиках содержатся разнообразные сведения о пребывании Эриола на Тол Эрэссэа, отсутствующие в Книге Утраченных Сказаний; что до них, я сошлюсь только на утверждения о том, что «Эриол принял имя Ангол», и что гномы (позже нолдор, см. с.  38) назвали его Ангол «в честь его родного края». Безусловно, имеется в виду древняя родина «англов» до их миграции через Северное море в Британию: Angel или Angul в древнеанглийском, Angeln в современном немецком языке, область Датского полуострова между Фленсбургским заливом и рекой Шлей, к югу от нынешней границы Дании. От западного побережья полуострова до острова Гельголанд не так уж далеко.
В другом месте Ангол дается в качестве эквивалента имени Эриолло на языке гномов; говорится, что и то, и другое — имена «области в северной части Великих Земель», «между морей», откуда приплыл Эриол». (Подробнее об этих именах см. далее под рубрикой  Эриол в Приложении.)