Его чужая истинная (СИ)

— Итон, открой, нам нужно поговорить, — я знала, что это он.
Слышала, как ритмично застучало его сердце, когда он увидел меня. Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась. На пороге стоял бывший муж, я еле сдержала крик, настолько он плохо выглядел: одежда в грязных пятнах, волосы засалены, тело исхудалое настолько, что отчетливо видны вены и выступающие кости. Ужасней всего был взгляд — пустой и безжизненный. Если бы не внешнее сходство, я бы не поверила, что это он. Неужели наш разрыв его так раздавил?
— Проходи, — сказал бесцветным голосом, он которого мое сердце облилось кровью.
Я вошла внутрь, рассматривая интерьер: горы разбросанного мусора, возле ноутбука нагромождение грязной посуды и пустых стаканчиков из-под кофе — холостяцкая квартира.
— У тебя деньги есть? — спросил нарочито серьёзно, от чего я даже вздрогнула. — Я тебе верну, как только заключу контракт с издательством. У меня появился литературный агент, и он уже протолкнул пару отрывков в местный литературный журнал. Критике в экстазе, жду завершения. Мне светит Пулитцеровская премия!
В душе моей поселилась тоска: когда мы познакомились, Итон казался романтичным мечтателем. Он горел своими задумками. Вот только менялись они у него с такой легкостью, что я не успевала за ними уследить. То он решил стать художником, и провел массу времени, обучаясь рисованию, но бросил после первого критического отзыва. Потом пошел в программирование и перешерстил кучи курсов, но так ничему толковому не научился. Заявил, что конкуренты его притесняют, и оставил и эту идею. Теперь он писатель! Итон хватал по верхам, ведомый желанием разбогатеть и стать знаменитым, но ломался при первом же препятствии и переключался на что-то новое. Когда-то я считала его желание чего-то добиться целеустремленностью, теперь понимала, что он просто прожигатель жизни. И как странно, что я окончательно поняла это только сейчас.
Я помнила, как Итон решил, что все его несчастья в самореализации связанны с тем, что он обычный человек. Ему труднее остальных, и как только он станет перерожденным, у него все наладится. Я могла принять все его заскоки, но это считала редкостной глупостью. Благо он оставил эту идею — Итон до сих пор обычный человек.
— Есть, конечно, — достала из сумки кошелек. — Сколько тебе надо?
— Пару сотен… — воровато глянул на содержания бумажника — … а можно пятьсот?
Достала две купюры номиналом в тысячу и протянула ему.
— Спасибо, Санни, ты не представляешь, как меня выручила. Наконец, куплю мясо, а то не могу жить на этой консервированной фасоли. Ты не представляешь, как тяжело полукровке-оборотню. До сих пор не могу добиться положенных мне дотаций, как перерожденному.
— Прости, что ты сказал? — я не поверила своим ушам.
— Ты чего, Санни? Я оборотень-полукровка, ты что, забыла?
— Нет, — ответила машинально.
Итон либо врет, либо сошел с ума. Я чувствую его обычным человеком, а мой нюх нельзя обмануть.
— Так чего ты пришла?
— Хотела спросить, почему мы развелись.
Бывший муж на меня как-то странно посмотрел.
— А-а-а, я понял, пришла грехи замаливать? Наконец, поняла, что я был прав? И деньги подсовываешь, чтобы не открыл новый судебный процесс!
— Нет, я хотела спросить, — решила задать прямой вопрос, а не ходить кругами, — я тебе изменила?
Брови Итона подскочили на лоб, он явно был не в курсе моих похождений.
— А вот это уже интересно, — произнес слишком безразлично, больше с точки зрение постороннего человека, чем обманутого мужа, который совсем недавно получил развод. — И, конечно же, перед приставом ты не решишься это повторить… — добавил со злобой.
Итон явно не в себе, он бредит. Не желая нагнетать ситуацию, я решила убраться отсюда.
— Мне пора, рада твоим успехам.
И стремительно пошла к двери. Итон не задерживал, не говорил грубости и не злился. Было страшно от его отчуждения, словно мы совсем незнакомые люди. Выскочила в общий коридор и пошла по ступенькам.
— Прощай, — бросила, зная, что он стоит в дверном проеме и смотрит на меня.
 
— Санни… — я обернулась, возможно, мне это показалось, и его безразличие фантазия моего волчьего мозга. Он скажет, что любит, что ревнует, что сожалеет о разводе — … Я ведь могу у тебя еще перехватить деньжат, пока мне перечислят гонорар? А потом обязательно верну все до копейки.
— Конечно.
Он удовлетворенно кивнул. А я не могла понять, что произошло. Все же как бы ни хотела Лора говорить об Итоне, она просто обязана мне все объяснить.
Набрала номер подруги, она ответила после третьего гудка.
— Привет, пушистая. Как выходной?
— Отлично. Навестила бывшего мужа, хотела прояснить ситуацию, а оказалось, что вопросы только удвоились.
— Что он тебе сказал?
— Ничего хорошего… и плохого тоже. Ты где? Я сейчас к тебе подъеду.
Лора встретила меня в центре. Мы зашли в небольшой ресторанчик, из кухни доносился аромат утренней выпечки и свежезаваренного кофе. Подруга ожидала встречи с флористом, который бессовестно опаздывал, что ее сильно раздражало.
— Ты представляешь? Гребет огромные деньги и опаздывает! Я уже сожалею, что связалась с таким безответственным типом, пусть все и говорят, что он самый лучший в Лабурге.
Она сняла твидовое клетчатое пальто и повесила на вешалку рядом с моей курткой. Столик, который заняли, был в самом отделённом месте в зале.
— Творческая личность. Они все со странностями.
— За те деньги, что берет, он должен быть адекватным даже со справкой о шизофрении.
Официантка в кремовой рубашке и в буром фартуке положила меню на наш стол.
— И что ты хотела от Итона? Зачем к нему пошла?
— Хотела узнать, почему мы развелись.
— И как, узнала?
— Нет, — произнесла со вздохом.
— А знать то и нечего, Итон козел! Пока ты света белого не видела на своей работе, обеспечивая его прихоти, он завел себе любовницу.
Я даже открыла рот от удивления.
— Не может быть!
— Я не знаю, какие были у вас отношения с загадочным Альфой, но то, что Итон гулял, это было известно. Ты мне сама показывала его фотографии с любовницей. Вот почему ты подала на развод. Он тянул из тебя деньги и тратил их на нее. Даже квартиру хотел отсудить ради своей пигалицы.
Понемногу я стала понимать безразличное отношение бывшего мужа — он давно не любит меня. И хоть мне было больно, как будто впервые, я рада, что не помню тех мук, через которые прошла, чтобы получить развод.
С Лорой мы еще немного поболтали, обходя эту больную тему. Больше обсуждали предстоящее празднество.
К счастью, недобросовестный флорист объявился, и я воспользовалась возможностью улизнуть. Зная Лору с ее дотошностью, она душу из него вынет и на сковородке до румяной корочкой поджарит.
Я заскочила в один из популярных супермаркетов купить продуктов. После случившегося нападения старалась держаться людных мест — страшно вновь встретить в переулке бандитов. Я сожалела, что не обратилась в полицию. Спустя столько времени их нереально разыскать.
Картер
Проснулся с легкой болью в руке. Ладонью провел по поверхности одеяла и ощутил лишь холодящую пустоту. Значит, померещилось. Это был сон, в котором я чувствовал ее тепло, вдыхал запах волос, нежно гладил бархатную кожу. Он был такой же реальный, как и в то утро в моем загородном доме.
Резко поднялся и схватился за плечо — ранение серебряным ножом давало о себе знать. После объявления Тайрона своей парой Санни у меня просто сорвало крышу. Я представил, как он к ней будет прикасаться, целовать и трогать там, где она позволяла мне. Каким-то чудом удержался и не вцепился ему в глотку еще на празднике. И было наплевать на рану, присутствующих и осуждение отца. Кровь бурлила, ярость затмевая рассудок, но сквозь нее пробился слабый проблеск логики — Тайрон заставил Санни. Иначе бы она не пробиралась в логово, как невидимка, и не старалась сбежать оттуда при первой же возможности.
 
А потом, я нашел ее в туалете… Черт. В какой-то момент потерял контроль. Мне было необходимо понять, что он моя и только моя. Мне требовалось это подтверждение, и я его получил.