Лот (СИ)

Я наконец-то начала осознавать, что происходит вокруг меня. Первое и самое главное, что я заметила, — отсутствие в квартире Макса. Дальше, — это то что все давали полиции свои показания. И очень хорошо в голове, запомнилась фраза Матвея, обращенная к Паше и моим соседям.
— Если вам будут угрожать, звоните сразу мне. Если будут предлагать деньги, от отказа от дачи показаний, тоже звоните мне, я удвою сумму, чтобы вы их дали.
Дальше полицейский пытался расспросить о чём-то меня, но я невнятно бурчала что-то на вопросы, не в состоянии собрать свои мысли в кучу. Выручила меня всё та же Тамара Николаевна, которая предложила полицейским отложить мой допрос на завтра, клятвенно пообещав, что сама приведёт меня в участок. Квартира потихоньку начала пустеть.
Я осматривала всё вокруг неосмысленным взглядом, когда случайно поймала на себе взгляд Матвея. Странный такой взгляд, от которого так разреветься хотелось. И очень хотелось, чтобы он подошёл, обнял, сказал, что всё будет хорошо.
Видимо поняв всё по моему лицу, он сделал шаг ко мне на встречу. А мне ведь не нужна его жалость. Мне нужна его любовь, его прощения, и я чтобы простила… Видеть только жалость в его глазах, больно, до потери сознания. ОН сделал шаг, — я вздрогнула, и он остановился. Несколько секунд сверлил меня взглядом, а потом повернулся к Паше, и бросив, — проследи, чтобы с ней было всё в порядке, — ушел.
А я осталась, со всеми своими страхами и переживаниями, не обращая внимание на своих соседей наконец-то разрыдалась уже чёрт знает какой раз за день.
Как не странно, но после всего случившегося — жизнь продолжалась. И на смену дождю и ужасающему грому — пришло яркое солнце. Меня разбудила утренняя перекличка птиц, что доносилась из приоткрытого окна.
Я лежала в своей кровати тупя в одну точку стараясь не дать мыслям вновь погрузить меня в пучину мрака. Но увы, память подкидывала обрывки вчерашнего дня, обрывки разговоров, больше делая акцент на словах Максима. И я не знала можно ли им верить.
Нет, вчера он не был пьян, как я решила, когда увидела его возле подъезда, — он был под кайфом, по-другому я просто не в силах объяснить его поведение. Но слова его в памяти засели глубоко, и крутились словно пластинка на виниловом проигрывателе.
«…да он с тобой был, чтобы Дашку в койку затащить… и тебя поимел, и Дашу, и машину свою при себе оставил… а ты вообще в курсе что он сейчас с Дашей? Именно в этот момент они кувыркаются в его кровати…»
Так не хотелось верить этим словам, но увы, всё что происходило до этого подтверждало слава Максимова, от чего хотелось просто свернутся здесь в своей кровати калачиком, и забыть про окружающий меня мир. Просто остаться здесь навсегда.
За дверью раздался шорох, что заставило меня вынырнуть из своих дум, и отложить самосожаление на другое время и насторожиться. Страх, словно ехидный паук, начал плести свою паутину, чтобы запутать меня в ней.
Я залезла с головой под одеяло словно маленькая девочка, уверенная что там мне никто не страшен. А в голове билась паническая мысль: это вернулся Максимов чтобы закончить начатое.
Но время шло, шорохи и шепот находящихся, а их было как минимум двое, не прекращался, что заставило меня немного расслабиться, и высунуть голову из-под одеяла, и прислушаться к тихому разговору. Увы я так и не поняла о чём он был.
С трудом поднялась с кровати, голова кружилась, глаза болели от выплаканных слёз. Так же болели некоторые мышцы, и участки на коже, осмотрев которые я обнаружила сливового цвета синяки, оставленные мне не на долгую память Максимовым. Сняв ночную сорочку, которую мне вчера помогла надеть Тамара Николаевна, прежде чем уложить меня спать, я надела нижнее бельё, и спортивные штаны со спортивной футболкой. Собрала запутанные волосы в хвост, и вышла к тем, кто оставался со мной, охраняя мой покой.
Я даже не удивилась, увидев Пашу сидящего на диване, а вот спутница парня сидящая у него на коленях вызвала у меня шок. Парочка, увидев меня, тут же рассоединила свои объятия, и девушка встала и подошла ко мне.
 
— Как ты себя чувствуешь? — спросила совершенно неожиданная для меня гостья. — Я понимаю, что, учитывая произошедшие события, я последняя кого ты ожидала увидеть. Но хочу, чтобы ты знала, — Макс вчера выхватил от отца. Тот не в восторге от его поступка. И даже сказал, что если бы не его положение политика, то с удовольствием помог бы тебе отправить его отдыхать на нары. — Таня натянуто улыбнулась, участливо смотря на меня. Она вела себя естественно и я не заметила от неё никакой враждебности.
Вот только голос меня пока не слушался, и я только кивнула, давая понять, что услышала девушку. Она кстати выглядела сегодня на свои шестнадцать, что заставляло меня задаваться вопросом, а знает ли об это Паша.
— Вит, — позвал меня объект моих дум, — ты в порядке?
— Да, — прошептала я, направляясь в сторону кухни. Смотря на эту парочку, я отчётливо поняла, что они не те, с кем бы я хотела откровенничать. Да и нет у меня таких друзей с кем можно поделиться всем тем, что сейчас грызло меня изнутри.
— Точно с тобой всё хорошо? — вошел за мной в кухню Паша и дождавшись моего утвердительного кивка, стал наливать мне чай, и даже где-то моё любимое тирамису раздобыл.
А я в первые посмотрела на сою любимую сладость без аппетита. Сейчас отчего-то мне ничего не хотелось. Но при этом я села за стол, и стала ковырять пирожное ложкой, погружаясь в пучину своих мыслей.
— Паша, — слишком громко для себя самой позвала я парня, что седел напротив меня, — это ты вчера позвал демона?
— Эээ… ну да, он единственный кто может помочь в этой ситуации Вит. Конечно засадить Максимова за решётку тебе не удастся… да пиздец, Вит, зная адвокатов Максимовых, тебе бы доказать саму попытку изнасилования…
— Выходит ты знал, что Тима должен демону деньги? — проигнорировала я слова парня. Сама всё это прекрасно осознавала.
— Да, и уже выхватил от Демона за то, что…
— Почему ты ничего не сказал мне? — перебила я его.
Паша замялся, потёр шею, и видимо ища ответ на мой вопрос.
— Если честно, то считал, что ты и так всё знаешь. Всё же ты проводила в компании Демченко больше времени чем я.
— Ты должен был мне всё рассказать, даже если и считал, что мне всё известно, — удивительно, я говорила спокойно, да и злости не чувствовала. Хотя мне очень хотелось испытывать хоть какие-то эмоции кроме разрывающей всё внутри меня грусти.
— Бля, Вит, я серьёзно думал, что ты всё знаешь, вот и не вмешивался. Да и Демон потом…
— Хватит, я не хочу больше говорить о Матвее.
Паша вновь хотел что-то сказать, даже открыл рот, но в этот момент раздался дверной звонок. Через минуту на кухню вошла Таня.
— Там Артемьева, жаждет тебя увидеть, — Таня даже не пыталась выказать своё радушие нежданной гостье.
— Скажи ей что я ещё сплю, — опустив глаза на дымящеюся жидкость в кружке, попросила я.
Таня, как я думаю, не без удовольствия пошла выполнять мою просьбу.
— Что это ты не желаешь видеть заклятую подругу? — хмыкнул Паша.
Мне стало интересно как много он знает о делах Демона. Знает ли про спор с Максимовым, с той же Дашей? Знает ли как эта троица друзей детства меня унизила сделав марионеткой в своих играх? Жаль, что не могу спросить. Поэтому приходится вести себя так, что если он это и знает, то я должна показать, что ситуация меня не задевает.
— Я просто хочу сейчас побыть одна. И попросила бы тебя и твою подружку оставить меня. И ты знаешь, что ей шестнадцать? Её родители тебя со света сживут за свою кровиночку.
 
— Я знаю о возрасте Тани, — усмехнулся Паша. — И её родители меня полностью одобрили. Её отец попросил не трогать её до восемнадцати лет, а на всё остальное я получил его личное благословление, — удивил меня он. — Хорошо, мы пойдём с Таней ко мне, но если вдруг что, ты сразу в мою квартиру, Вита, и эта не акт доброй воли. Как ты понимаешь Максимов не смотрит на небо в клеточку, а спокойно гуляет по городу. Твой телефон заряжен и лежит в зале на журнальном столике. И да, Тима уже несколько раз звонил, — поморщился Паша, — ты бы связалась с ним и сказала, что с тобой всё в порядке.