Мимолётное увлечение (СИ)

— Простите, Повелитель, но Вам действительно нужно вставать. Совсем скоро Военный Совет, Вы, должно быть, забыли о нём, — напомнил эльф.
— Спи. Это приказ, — оборвал Саурон все скромные попытки разбудить и отправить на этот пресловутый Совет.
И для большей убедительности лёг на грудь эльфу, вдавив в кровать своим весом. Не в силах противиться, Филитион уснул почти сразу же, в следующий раз слуга проснулся уже в полном одиночестве.
Постель остыла давно, а часы показывали два часа после полудня. Видимо, Повелитель ушёл пару часов назад. На столике рядом с кроватью стоял большой поднос с фруктами, и эльф понял, что очень сильно хочет есть, но прикоснуться к фруктам без разрешения он не мог себе позволить. На глаза попалась записка, лежащая на соседней подушке.
Справедливо рассудив, что она не может быть адресована кому-то другому, он начал читать.
Надеюсь, тебе хорошо спалось. Спешу обрадовать, с сегодняшнего дня я освобождаю тебя ото всех обязанностей, но если посмеешь покинуть покои, мне придётся тебя наказать, птичка. Отдыхай и не забудь поесть.
Аннатар.
Филитион сразу узнал почерк Повелителя, причём обратил внимание на то, что тот явно торопился, когда писал. Наверняка Владыка ужасно опаздывал на Военный Совет, но, тем не менее, потрудился оставить записку. И для кого? Для простого слуги!
Эта мысль очень грела душу, и, лакомясь свежими фруктами прямо в постели Тёмного Властелина, эльф позволил себе немножко помечтать.
Он представлял, как возвращается Владыка, как он, Филитион, приветствует его и сразу без спроса целует в губы. Ему представлялось, как он мог бы помогать своему Властелину расчёсывать волосы каждое утро, одеваться, принимать ванную. И, конечно же, то, как он ублажает Аннатара в постели. Как замечательно бы было нежиться каждый вечер в его объятиях. А обращение Повелителя “птичка” и вовсе сводит с ума впечатлительного и романтичного эльфа.
Поводов для фантазий было предостаточно. Владыка был с ним удивительно ласков, хотя слуга знал точно, что для Тёмного Властелина это было более, чем не характерно.
Эльф промаялся со скуки весь день, надеясь дождаться Повелителя, но тот не явился, даже когда время перевалило далеко за полночь. И Филитион в расстроенных чувствах уснул один.
***
Саурон был занят весь день, он пытался сделать как можно больше дел, чтобы удалось снова выкроить выходной. Маленькая птичка его совершенно очаровала и не желала теперь покидать его мыслей. Такое с майа иногда случалось, он увлекался, но потом неизменно разочаровывался в своих любимцах.
Ну а пока он был в полном восхищении от ангельского личика и светлых блестящих локонов Филитиона и мечтал лишь о том, как поскорее бы вернуться к своему эльфу.
Ему пришлось задержаться до поздней ночи, но зато удалось сделать почти всё, что запланировал. А что не успел, благоразумно свалил на плечи назгулов.
Когда Саурон вернулся, Филитион уже спал, и уставший майа, не желая его тревожить отправился в ванную.
Эльф проснулся, услышав плеск воды, тут же встал с постели и радостно побежал на звук. Повелитель расслабленно лежал в большой выдолбленной в полу ванне.
— Добрый вечер, мой Властелин, Вы позволите мне помочь Вам?
Не открывая глаз, Владыка кивнул и слегка улыбнулся. После этого эльф заметно осмелел и, уже не опасаясь, что его прогонят, взял с полки мочалку и прозрачный приятно пахнущий гель. Слуга удобно устроился, опустившись на колени за спиной Саурона и осторожно начал наносить гель на бледную кожу. Филитион быстро увлёкся своим занятием и теперь уже бесстрашно прикасался к груди Владыки без мочалки. Узкие ладони оглаживали торс, исследуя все изгибы сильных мышц, до бёдер он, к сожалению никак не мог дотянуться, как ни пытался. А потом, совсем осмелев, наклонился и осторожно поцеловал приоткрытые губы Владыки.
— Моя пташка скучала по мне? — довольно улыбнувшись, спросил майа.
— Безмерно, мой Властелин, — не задумываясь ответил эльф.
— Аннатар, — поправил его Владыка.
Саурон поднялся, и они почти сравнялись в росте. Ванна была достаточно глубокая, и когда Тёмный Властелин встал, вода доходила ему чуть выше талии.
 
— Мне, наверное, стоило подумать о том, как скрасить тебе ожидание в моё отсутствие, — повернувшись к нему, сказал майа.
Филитион обхватил ладонями лицо Тёмного Властелина и с любовью посмотрел в огненные глаза. За какие-то сутки жизнь простого слуги изменилась до неузнаваемости, он будто попал в сказку.
— Не беспокойся, ты не обязан ничего…
Договорить он не успел, майа впился нетерпеливым поцелуем в его губы. Эльф даже не заметил, как они добрались потом до постели. Опомнился Филитион только когда Саурон укусил его за шею слишком сильно.
— Аннатар, подожди, — юноша упёрся руками в грудь Тёмного Властелина, слегка отталкивая, — можно я сам… хочу кое-что сделать.
Майа насмешливо изогнул бровь, но позволил выбраться из тесных объятий. Эльф заставил его лечь на спину, а сам уселся верхом и начал покрывать шею Владыки поцелуями, постепенно опускаясь и исследуя губами ключицы, грудь, торс и добрался до полотенца, опоясывающего бёдра.
Филитион, не прерывая зрительно контакта с майа, осторожно потянул ткань вниз, оголяя уже давно вставшее естество. Эльф затаил дыхание, решительности у него заметно поубавилось, слуга быстро понял, что как бы он не старался, но полностью всё взять в рот он не сможет. Филитион немного приподнялся и начал оставлять поцелуи на выступающих бедренных косточках, потом на лобке, не уделяя совершенно никакого внимания члену. А потом резко переместился на ноги, поцеловал внутреннюю часть бедра, приподнялся и потёрся щекой о колено Владыки, заглядывая ему в глаза.
Вертикальные зрачки Повелителя расширились настолько, что почти заполнили золотистую радужку, эльф покраснел и отвёл взгляд. Филитион, наконец, осторожно прикоснулся губами к основанию члена. На голову легла рука Тёмного Властелина, это придало слуге немного уверенности, и он, помогая себе руками, попытался взять в рот как можно больше. Наградой стал глубокий вздох Повелителя. Эльф старательно заглатывал всё больше, вслушиваясь в вздохи и стоны.
Разворачивающееся действо было пошлым до крайности. Саурон не мог не смотреть на светлое личико в районе своего паха, на то, как скользят по стволу нежные розовые губы и как открывается такой замечательный ротик, чтобы заглотить всё. Его светловолосый эльф был похож на белокудрых майар Манвэ, на ангела, спустившегося на землю, чтобы творить разврат. Тёмный Властелин погладил его по щеке и убрал падающие на лицо светлые пряди.
— Филитион, довольно, иди ко мне.
Эльф выпустил чужую плоть изо рта и нерешительно отстранился. Слуга неожиданно угодил в объятия. Горячие губы снова прикоснулись к тонкой шее. Филитион удобно устроился на бёдрах Владыки, и, не отвлекаясь от поцелуев, нашёл среди подушек флакон с маслом и начал себя подготавливать, а потом резко насадился на член.
— Я Вас люблю, мой Властелин, — сдавленно прошептал эльф, испытывая неприятные ощущения из-за резкого проникновения.
— Я тебя тоже, пташка, — сказал Саурон, гипнотизируя огненным взглядом.
И это была ложь. Неприкрытая и очевидная для обоих, но слугу устроило даже это. Он понимал, что никто не сможет заставить Владыку не то что любить, но и испытывать привязанность. Всё, что их связывает - лишь похоть, но эльфу так не хотелось возвращаться из созданной ими сказки, что он позволил себя обмануть, желал быть обманутым.
Филитион, удерживаемый за бёдра, начал двигаться, опираясь о грудь Владыки. Резко нахлынули ощущения, и эльф больше был не в силах сдерживать стоны. Всё же главным для него было удовольствие Господина, поэтому слуга всеми силами старался не обращать внимания на ощущения, чтобы выдержать как можно дольше.
— Аннатар, пожалуйста, скажи мне!
— Что сказать, любимый?
Услышав это нежное “любимый”, эльф не сдержался и погрузился в удовольствие уже через пару толчков. О, как же он был счастлив в этот момент! Через несколько резких движений кончил и Повелитель, оставив в порыве страсти алую отметину под ключицей эльфа.