Призрачный сервер. Вандал (СИ)

— Они бросятся в погоню!
— В тесных тоннелях? Ну, пусть попробуют.
— Ты безумец! — он завел двигатель и рванул с места, благо разворачиваться не нужно, — Ржавый заранее предусмотрел наихудшие варианты развития событий.
Я открыл люк, высунулся из башенной надстройки. Не ахти какое укрытие, но сойдет.
Логика принятия решения проста. Мой разум заключен в киборгизированной оболочке, от которой остался лишь остов. Замаскировать его, прикидываясь деталью интерьера руин, не получится из-за активного источника питания. Значит дроны в любом случае нас найдут, но памятуя о схватках в системе Дарг, не хочу подвергать древний транспортный узел риску разрушения.
— Гони!
Тоннель достаточно широкий, хоть и изрядно захламлен. Асмис лавирует между препятствиями, визжат литые колеса, меня мотает из стороны в сторону. Большинство дронов отвлеклись: сканируют места падения обломков, но двое засекли сигнатуру вездехода и ринулись следом, решив проверить обнаруженный сигнал.
— Не останавливайся, что бы ни случилось!
— Аргх! — на этот раз семантический процессор спасовал. Видимо ненормативная лексика ржавых…
Я вогнал импульсную винтовку в специальные крепления брони, иначе на ходу прицелиться невозможно.
«Синапс» уверенно ведет обе цели. Дроны уже проникли в тоннель, но пока отстают на добрую сотню метров. Из опыта освоения системы Дарг известно три модификации беспилотников такого типа. Самые крупные и опасные — «Призрачные рейдеры» — автоматические космические корабли, оснащенные аннигиляционными установками. Именно под их натиском в свое время пал «Аргус».
Вторая модификация — аппараты со схожими очертаниями корпуса, но с ядерной силовой установкой. Они, как правило, патрулируют удаленные космические объекты, — рудники на астероидах и прочую периферию. И, наконец, третьи, что преследуют нас, — самая мелкая разновидность охранных ботов. Обычно тусуются внутри станций. Работают от блоков микроядерных батарей, вооружены лазерами и плазмогенераторами небольшой мощности. Ну, относительно небольшой, — превратить нас в ком оплавленного металла могут за один залп.
— Ас, держи ровнее!
Ржавый вновь невнятно выругался, но машина перестала вилять из стороны в сторону, — теперь вездеход сносит мощным бампером скопившийся в тоннеле хлам. Скорость сразу упала, дроны резко приблизились, сокращая дистанцию.
Их сигнатуры разгораются. Сейчас дадут залп!
Используя скудный запас стилхата, я применил «форму воплощения». Получилось удачно. За доли секунд до выстрелов на пути дронов вдруг материализовалась каргонитовая стена.
Преграда тут же лопнула, разлетаясь вязкими шлепками расплавленного металла, но своего я добился, — разряды плазмы в нас не попали, ионизированный газ отразился от внезапно возникшего препятствия, опалив броню древних механизмов и ослепив их датчики. Температура в тоннеле резко подскочила, все что могло гореть сразу же вспыхнуло, заполняя теснину густым дымом, но даже в кромешных последствиях неудачного залпа «Синапс» держит на сопровождении потускневшие сигнатуры противника.
Два выстрела из мощной импульсной винтовки довершили начатое. Оба дрона, искря пробитыми корпусами, рухнули на пол тоннеля.
— Асмис, сдай назад! Резче!
Ржавый не стал задавать вопросы, просто сделал, что сказано.
Я выбрался из вращающейся надстройки, спрыгнул с брони, схватил корпус дрона, благо мои металлизованные пальцы не ощущают температуру его раскаленной обшивки.
— Грузовой отсек!
Взвизгнули электромоторы.
— Открыто!
Я закинул внутрь оба трофея, бегло просканировал тоннель, но последствия плазменного удара неплохо нас маскируют. Похоже, остальные беспилотники все еще рыщут над местом крушения транспортного модуля, и пока еще не в курсе плачевной судьбы собратьев.
— Отрываемся от них! В темпе!
  
Глава 9
 
Экстрамерность. Сутки спустя…
Шагнув сквозь плотный туман, я оказался в знакомом месте.
Невдалеке темнеет мертвый лес. Подле него — руины какой-то постройки.
 
«Синапс» заблаговременно отключен. Элементарная мера предосторожности при общении с существом, способным сканировать матрицу сознания через модуль технологической телепатии.
— Файре, покажись, есть разговор.
Уверен, она услышала. Либо живет неподалеку, либо пользуется системой слежения, которую я распознать не смог.
Ждать пришлось долго. Лишь минут через десять из туманной мглы сформировалась человеческая фигура. Образ для воплощения, как и в прошлый раз, заимствован из моей памяти.
— Нэу, какой гость пожаловал! — она приблизилась стремительным рывком, словно на миг обернулась ветром, и вот уже стоит рядом.
Я даже взглядом не повел.
— У меня к тебе дело.
— Ты знаешь условия.
— Верно.
— Значит, согласен? — она встрепенулась.
— Может сначала выслушаешь суть предложения?
— Мне все равно. Ты пришел из-за биостилхата, это очевидно. Хочешь вернуть изначальный облик?
— Все немного сложнее. Хотя, признаю, ты оказалась права, технический сектор для «древнего» закрыт. Но в обмен на твою свободу мне нужен не только биостилхат.
— Ничего другого у меня нет.
— Есть. Твоя экстрамерность, в качестве убежища.
— От кого прячешься? — живо заинтересовалась она.
— У меня три сотни пленников в качестве балласта, — ответил я, кратко обрисовав ситуацию. Скрывать истинное положение дел не имеет смысла.
Файре глубоко задумалась. Неужели цена для нее оказалась непомерной?
— Боюсь договориться не получится, — тяжело вздохнула она.
— Почему?
— Им здесь не выжить. Экосистема мертва. А биостилхата у меня немного. Да и тратить его на производство пищи — глупо. Хотя есть другое, менее затратное решение, — подумав, тут же нашлась она.
— Слушаю?
— Оставь их в стазисе. Пока работают энергоблоки, узникам ничего не грозит. Они даже не поймут сколько прошло времени, когда очнутся. А мы с тобой попробуем добраться до технического сектора и все исправить.
— Мы с тобой?
— Это мое условие. Оно не обсуждается. Ты поделишься геномом путешественника. Я скопирую твой нейроимплант. Чем же мы не пара?
Я лишь хмыкнул. С одной стороны, морф в группе может пригодиться. С другой, ее придется опекать, памятуя о нашей первой встрече.
— Файре, давай найдем разумный компромисс. Ты не тянешь агрессию. А мне придется иметь дело с древними ИскИнами, настроенными отнюдь не дружелюбно. Тут даже мой статус «путешественника» ничем не поможет. Они сбойные. За миллионы лет автономии в них накопилось множество критических ошибок. Скажу больше: из-за тотальных разрушений и катастроф большинство управляющих систем давно фрагментированы и существуют в форме «воплощений».
— Не заблуждайся на мой счет, — она упрямо поджала губы.
— В прошлый раз ты быстро отступила.
— Ну и что? Не захотела обострять ситуацию. Фрагмент твоей памяти меня заинтриговал. Ваше понятие «скука» — лишь блеклая тень по сравнению с ментальной деградацией. Это бич моей расы. И вообще, зачем идти на смертельный конфликт с тем, кто способен тебя освободить?
Такая трактовка ее «робости» мне на ум не приходила.
— А если б я не вернулся?
— Без биостилхата любые планы обречены. Рано или поздно ты бы это понял. Я умею ждать.
— Хорошо. Убедила. Но «биостилхат» — понятие для меня не очевидное.
— Не имел дело с живой трансформируемой материей? — искренне удивилась Файре.
— Нет. Однажды мне довелось видеть результат планетного преобразования, но не уверен, что речь идет об одной и той же технологии.
— Тогда пошли, покажу, — она жестом указала на чащу мертвого леса.
— Кстати, а что тут стряслось? — спросил я. — Почему погибла экосистема?
— Темные века, — скупо ответила Файре, но заметив мое недоумение, пояснила более развернуто: — Произошел сбой. На сотни лет пропало энергоснабжение. Сам должен понимать, пространственная аномалия полностью зависима от генерирующей ее аппаратуры. Свет, воздух, климат, — все это создается искусственно и распределяется автоматически. Однажды энергия иссякла.