Будем жить (СИ)
Сытый и довольный, остаток вечера провел наедине со своей супругой. Только ради таких вот редких семейных деньков стоит, друзья, жениться! Хотя…, уверен, у многих найдется многое, что они смогут мне возразить. Но то их дела, и их беда. А у меня пока все замечательно, чего и всем желаю.
Среди ночи проснулся. Видимо, все это время мозг работал, пытаясь подобрать разумное объяснение странному испанскому грузу. Как же я мог забыть? Одеяла из метрополии. Оспа! Ведь еще в детстве читал про такой способ биологической войны на уничтожение с непокорными и слишком сильными племенами! Наверняка, вся охрана и команда судна — из переболевших, а потому имунных. Склад, после того, как им попользуются, спалят. А может, и нет. Но тогда у этой смертельно опасной заразы появится еще один шанс на бесконтрольное распространение. А мы как раз только начали принимать торговцев из различных европейских, преимущественно испанских колоний.
Прививки! Блин, вот ведь думал, вспоминал, что из преподанного мне в мединституте могу воплотить в жизнь! Лекарства — остались в аптеках. Медицинская техника — где там же неподалеку. Про лекарственные травы ничего не знал и тогда. Средства для наркоза на коленке не сделать, а без наркоза редкий пациент доживет до конца операции. Да и об операциях я помнил лишь крупными мазками, не в деталях. Все же никогда сам не оперировал. Оставались гигиена, типа кипячения воды и мытья рук перед едой, да общие напутствия по наследственности и генетике. Ан вот! Прививка от оспы! Ведь просто же! Нужно лишь животное со свежими пузырьками — болячками на коже. Предпочтительно корова, но и лошадь тоже сойдет. Еще понадобятся острое лезвие или скальпель, спирт с клочком ваты или тряпки и тот, кто собственно и проделает нехитрую манипуляцию прививки.
С утра помчался к старосте. Староста посмотрел на меня, как на не совсем душевно здорового человека и степенно, с гордостью поведал, что все наши буренки на острове абсолютно здоровы. Больных животных наши уполномоченные закупщики скота и смотреть бы не стали, не то, что покупать. Не поверил многоопытному администратору, сам помчался осматривать скотинку. А следом за мной еще куча ответственных товарищей, охранники, просто зеваки, которым в этот момент делать было нечего. И все дружно под моим бдительным руководством начали коровам титьки мацать, да под хвосты заглядывать. Словом, устроил приличный бедлам. И без малейшего результата. Прав оказался Флор Фомич. Пришлось давать срочное задание нашим морякам: во что бы то ни стало, добыть паршивую коровенку. Лучше даже несколько, чтобы можно было выбрать наиболее подходящую. Ну и, параллельно, строжайше запретить заход к нам в порт и вообще на остров любых не наших судов. Карантин. С испанцев станется, разделить привезенные тюки и разослать по нескольким адресатам. Вот почему-то ни на секунду не сомневаюсь, что мы в их списке получателей зараженных одеял на одном из почетных первых мест.
Глава 2
Задание на экстренную покупку коров, пораженных коровьей оспой, выдано. Корабль мобилизованный под эту задачу уже покинул наш порт. Остальные корабли в полной боеготовности с целью недопущения и задержания потенциально опасных торговцев и прочих возможных гостей. Нет, всей стаей на розыски нарушителей они не кинулись, ждут сигнала от Бельского или Сумарокова. Птицы под управлением этих достойных товарищей совершают регулярные облеты прибрежных границ нашего острова. Появись нарушитель в поле их видимости — тут же посыльный прибежит в порт и через считанные минуты наши корабли пойдут на перехват. Команды и маги уже на борту. Короче, все возможное для недопущения ЧП мной выполнено. Почему же так неспокойно на душе?
Решил развеяться, сходить в гости. Только вот к кому? К Годунову? Неохота. Мы с ним, почитай, каждый день видимся в артефактной мастерской. Хотя, там такая махина разрослась, на мастерскую уже не особо и похожа. Скорее мануфактура. Полтора десятка учеников Бориса чинно сидят по своим комнатушкам и закуточкам, все для того, чтобы всякие прохожие не отвлекали, не мешали. Маги входят и выходят. У них, магов, своя задача — напитать изготовленные артефакты своей маной. А то вдруг все подрываются и бегут испытывать полученные новые прототипы. А то и просто подрываются. Хорошо не до смерти или увечья, техника безопасности действует. Короче, устал я от Бориса с его архаровцами. Тогда к кому? Может к лекаркам? У них весело. И матэ напоят. Подсел я на матэ что-то в последнее время. Так Светла обижаться будет, что без нее пошел. Ее же подруги.
О! Кажется, придумал! Схожу ка я к Бельским. Как раз сейчас Димка свободен. На дежурство по облету границ заступили наши птицеоборотни. Быстренько призываю феникса. Заодно похвастаюсь новой фичей. Бельский еще не в курсе, что теперь я могу при помощи своего огненного птица сообщения передавать. Этакая летающая видеокамера с прямым подключением.
— Дима, вы сейчас не сильно заняты? В гости к вам можно? — Это я уже с семейством Бельских через феникса общаюсь. Очень он быстро летает.
— Приходи, конечно. Когда ждать? — Димка смешно щурит глаза на зависшего прямо перед его лицом феникса.
— Минут через десять — пятнадцать. — Прикинул я предстоящий размер пути.
— Ждем. — Еще успел увидеть до того, как мой посланец развеялся, как Суламифь кинулась собирать по комнате разбросанные вещи. Ну да. Незваный гость, он хуже татарина.
Под позвякивание доспехов телохранителей добрался до терема Бельского. Реально терем! Из дерева, резной весь и узорчатый, как шкатулка какая. А перед высоким крыльцом уж хозяева дожидаются, вежество проявляют. Вот ведь, друг в гости пришел. С которым не один пуд соли вместе съели, не раз ругались и даже дрались разок. Но тради-и-ции! Будь они неладны. Ладно, уважим. Взаимные реверансы и прочие па, наконец, оставив стражу на крыльце, прохожу в дом. Тоже традиция, входить в дом без охраны. Не сталкивались они еще в этом мире с убийцами, так и норовящими замочить охраняемую персону. Даже в сортире. Время еще другое. Рыцарское. Ну и, слава богу!
Сидим, потягиваем винцо, болтаем. Хорошо.
— Скажи, твоя светлость, Семен тебе уже приглашение занес? — Интересуется Дмитрий.
— Какое приглашение?
— Так на свадьбу. Но раз переспрашиваешь, значит, еще не принес.
— Это он на своей… Прасковье жениться собрался?
— Ага. Только не Прасковье, а Груне. Аграфене, то есть.
Блин! Почему же я никак не могу запомнить имя суженой моего Сеньки? Вроде на память никогда не жаловался.
— А тебе когда он успел притащить свое приглашение?
— Да не-е! Мне он тоже еще ничего не приносил. Сам заходил со своей подругой. — Вот видно, как Димку распирает какая-то информация. Похвастаться, что ли хочет?
— Ну и как тебе его подруга?
— Красивая, — говорит, а сам зачем-то на свою Суламифь косится. — Они собственно не ко мне, а к моей жене заходили.
— ???
— Так заказать зелье для Праско… тьфу ты! Для Аргафены евоной! Наподобие того, что Суламифь мне споила.
— Так ты все знаешь?
— Сама мне рассказала, едва в тот раз с тобой расстались.
— И ты … как?
— Молодец! Все правильно сделала. Сам бы я еще лет тридцать не женился. А так, раз! Влюблен и женат на любимой! Мое мнение, всем венчающимся надо давать такое зелье. Насколько народ бы счастливей стал.
— А ты не думаешь о возможных проблемах от родственников опоенных, покинутых женихов и невест, а то и супругов с детьми.
— Так я не призываю же такое в свободную продажу пускать. Только уже сформировавшимся парам по взаимному согласию.
— Неожиданно!
Я помолчал, обкатывая в голове сказанное. Потом поинтересовался у еврейки:
— Так ты изготовила им зелье? Я же запретил без моего разрешения.
— Нет, конечно. — Как само собой разумеющееся, отвечала мне Суламифь. — Они намеревались за разрешением к тебе отправиться. Там какие-то проблемы у девицы. Умом согласна, а на сердце не лежит у нее Семен.