Будем жить (СИ)
Прочитал этот отчет, и тут меня как будто по лбу стукнули! Ведь это ж реальная возможность для нас населением разжиться. Надо только гораздо шире агитацию среди окрестных племен развернуть. Скво ведь не просто так к нам побежали, у нас комфорта и безопасности куда больше, чем в диком лесу. Предложу-ка я индейцам те же условия, что и агитаторы мои будут предлагать людям в Европе. А в качестве этакой витрины моего феодализма с человечьим лицом пусть выступают наши Пуэбло. Нечего им у нас на острове киснуть, да от окружающих тыном отгораживаться. Вот, в самом деле, обидно очень было, когда увидел вокруг их поселения этакую фортификацию. Они ведь это от нас отгородились, больше по Рарогу никто не ходит.
Придумал, сделал. Точнее не сам сделал, а отдал распоряжения Флору нашему. Только предварительно посоветовался с нашими птицеоборотнями. Так-то они своими семьями живут, в домах собственных, с прочими племенными и не пересекаются почти, но вдруг обидятся. Оборотни все поняли как надо. Племя и от них почти отгородилось после того, как они отказались всю эту ораву содержать на свои заработанные. Так что дали «добро» на отселение соотечественников. Только попросили угодья тем побогаче выделить. Родня все-таки, хоть и неблагодарная.
Ну, угодья отправил выбирать самого ихнего вождя. Только попросил все же не наглеть слишком в захвате территории и меру соблюдать. И уже через неделю все племя в путь дорогу засобиралось. Быстро это у них. Скарба то почти и нет. А к холодному сезону Флор Фомич пообещал им теплые домики соорудить. Пока же и в шатрах своих проживут. Главное, я договорился с Пуэбло, что те начнут моим товаром торговать среди окрестных племен. Доход пополам. А плюс к товару еще и рассказы, о том, как хорошо живется индейцам под рукой великого белого вождя, рассказывать станут. Здорово я придумал?
Моя идея о применении магии растений для изготовления корпусов простых водоплавающих и летающих кораблей неожиданно обрела воплощение. Я в этот раз выступал в роли этакого «свадебного генерала», просто смотрел, как другие трудятся. Андрюха, когда отплывал в свою Европейскую командировку, оставил своему заместителю наказ. Вот тот и прогнулся перед возвращением начальства. Совместно с Годуновым все как надо организовал для эксперимента. Маги растений, выписанные для этого действа всем кагалом, дружными усилиями весьма живо срастили тут же за несколько минут до этого напиленные доски из еще недавно бывших живыми деревьями стволов. А маги воды довершили процесс, моментально высушив получившийся единый корпус. Еще и со шпангоутами срастили обшивку для пущей крепости. И крылья прирастили. «Самолету» № 2 быть. Для кораблей же друиды посоветовали деревья с нуля выращивать. Так можно и дополнительную крепость древесине придать будет, и чтобы не гнила долго, и чтобы древоточцы об нее свои зубы сломали. Плещеев младший проникся открывшейся перспективой и, пользуясь тем, что он временно главным на хозяйстве оставлен, оплатил тут же из казны клана будущие плантации этой чудо древесины. Года через два — три получит свою лялю. Деревья у друидов вырастают быстро.
Сами не заметили, как время пролетело. Вернулся наш первый корабль из Европы. Капитан этого корабля решил попытать счастья в Германии и отправился в Гамбург. Там не тратя времени на открытие собственной конторы присватался к уже имеющейся конторе, занимающейся наймом людей под заказ от местных феодалов. Правда, феодалам в основном требовались отряды бойцов, военные действия в этих землях не прекращались ни на минуту. Но и представителей мирных профессий иногда тоже нанимали, так что опыт у конторы был. За неделю наши моряки загрузились по полной и отправились в обратный путь. Две сотни работящих бюргеров и членов их семей, таков первый улов этого корабля. Первый, потому что в Гамбурге продолжался набор будущих поселенцев. И наш корабль лег на обратный курс, в Германию.
— Ваня, ты что-то совсем про нас забывать стал! — Таковы были слова моей супруги, когда я, встав с утра и позавтракав, собрался в очередной раз идти по своим государственным делам. И ведь не скажешь, что это напрасный навет, все верно. Время у меня, как то детское одеяло, которым пытается укрыться взрослый человек немалого роста. Или ноги мерзнут, или плечи укрыть ткани не хватает, вот и манкирую часто своими семейными обязанностями.
— Все понял, любимая. Постараюсь исправиться. Только отлучусь на пять минут, предупрежу Прохора, чтобы посетителей моих на другой день записывал.
Да, я — подкаблучник! В чем искренне и честно признаюсь. И вообще, мне моя семья дороже, чем все остальное человечество вместе взятое. Поэтому, без всякого жульничества возвращаюсь через пять минут. Сегодня я весь безраздельно принадлежу семье.
Пообщался с женой. Понаблюдал, как ползают мои сыновья: Данилка, так, на мой взгляд, очень даже быстро, только почему-то преимущественно задом наперед. Может, это кажется ему более прикольным? А Василий ленится. Он, конечно, сделал пару движений по направлению к игрушке, положенной Светлой от него шагах в трех, но потом лег на пузо и заревел, указывая рукой в направлении требуемой вещи.
— Настоящий герцог растет! — Немножко на показ восхищается моя Светик. — Вон как громко командует.
— Не-не-не! Не давай ему, пусть трудом добывает. — Пытаюсь я остановить жену, которая, идя на поводу у сыночка, приходит на помощь и подает ребенку его игрушку. — Зря! Он теперь в следующий раз еще больше скандалить будет.
— Так ведь герцог растет, как не исполнить его повеление?
Вот и как тут обсуждать с ней мои сомнения по поводу права на наследование. Это у турок все просто, кто из братьев выжил в междоусобной грызне, тот и султан. А нам закон нужен, чтобы был произведен правильный выбор, и на престол уселся наиболее способный и достойный. А-а! Пока по фигу! Они еще только ползать начинают. Времени у меня для изобретения этого закона еще море.
Моего обещания побыть в этот день с семьей хватило часа на три. Потом прибежал посыльный с сообщением, что в порт пришел корабль с очень важными вестями. Что за вести, ему, конечно, не сказали. Я жалобно посмотрел в сторону жены.
— Иди уж! Все равно ведь места себе не найдешь, пока не узнаешь, зачем тебя вызывают. — Сжалилась Светла в ответ на мою пантомиму.
Создаю огненный портал, шагаю. Что тут за вести прибыли?
Вести и в самом деле оказались важными. Испанцы заключили мир с ацтеками, теперь грузят в порту Веракрус свои измотанные войска на пригнанные для этой цели транспортные корабли. Говорят, в Европе они зачем-то срочно понадобились. Прошвырнуться что ли до Кубы? Расспросить тамошнего губернатора. Узнать, так сказать, из первых рук, что же затевают неугомонные испанцы.
Еще немножко подумав, счел затею моего посещения Кубы вредной и ненужной. У нас тут и так последний корабль остался из тех, что с готовым экипажем стоит. Мало ли что случится. А о целях для этой колониальной пехоты мы все равно узнаем. Когда-нибудь. Но ведь нам же не к спеху. Так, легкое любопытство. Опять же, имеется мое обещание жене, пробыть этот день с ними. Окончательно махнув рукой на маршруты логистики испанских войск, порталом возвращаюсь домой.
— Дорогая! Вот я и вернулся!
— Тише! Только что их усыпила! — Шипит дорогая, и я понимаю, что с возвращением я мог бы и не торопиться. Режим дня ненаглядной вынужденно совпадает с режимом сна и бодрствования наших детишек. Спят они — спит и их мама. Ну, большей частью.
Зато без помех поболтал с Боженой. Она сегодня рано вернулась из своей лечебницы. Спросил у нее, как там Лаврентий поживает. Божена только фыркнула в ответ. Все же она к нему не равнодушна. Потом обсудили программу подготовки малолетних огненных магов. Наиболее успешные из них уже могут небольшими фйерболами швыряться. Скоро придется мне им лекции начитывать, а то их нынешний наставник, Аль Сакр, тоже максимум, что может лишь единичные огненные шары создавать. Слабосилок. Правда, зато он мастерски локально расплавляет малюсенькие детальки, сделанные из драгоценных металлов. Я бы на его месте все изделие скорее в лужу превратил, но локальной сварки не добился. Каждому свое. Еще Божена поинтересовалась моим мнением по вопросу, на каком языке преподавать в наших школах. Французы, едва их дети в первый раз пришли из школы, прибежали требовать обучения на родном языке. Щаз! Хотят французский — пусть валят во Францию. У нас государственный язык русский, на нем и будет вестись все обучение. И судопроизводство, и документооборот тоже. На французском они могут только со своим богом общаться — вот там свобода. А у нас, чтобы продвинуться по карьерной лестнице пусть будут добры учиться русскому языку. Правда имеется один затык. Нет еще в моем царстве — государстве толмачей с русского на французский. Но ведь для того и разработан метод погружения в языковую среду.