Соблазнительная капитуляция (ЛП)

— Такой позор. — Лукас медленно покачал головой взад-вперед, как будто оплакивал большую потерю. — Ну, если ты так этого хочешь, я ничего не могу сделать, чтобы переубедить тебя. Я просто вернусь к своему столу. — Он встал, но вместо того, чтобы направиться к двери, он обошел стол.
— Что ты делаешь?
— Я возвращаюсь к своему столу, — сказал он, как будто я задала безумный вопрос. Я повернулась на стуле, и он склонился надо мной, положив обе руки на подлокотники моего кресла. Серьезно, что происходило?
— Это не твой стол, — сказала я, констатируя очевидное.
— О, нет? Я мог бы поклясться, что мой стол был где-то здесь. Возможно, Вы могли бы… помочь мне найти его? — Он наклонился ближе, и на его губах заиграла улыбка.
— Мистер Блейн, остановитесь. Вы делаете именно то, что я только что сказала не делать. Кто угодно может войти. И это неправильно. Так что… — Я была прервана его рукой, пробежавшей вверх по моей ноге.
— Это мой стол? Здесь? Или, может быть, выше? — Его рука поднимается выше, и я хватаю его за запястье, чтобы не дать ему залезть мне под платье. Может быть, мне стоит начать носить брюки. Тогда у него не было бы такого легкого доступа. Этот пояс целомудрия тоже был бы хорошей идеей прямо сейчас.
— Остановись.
Он пристально смотрел на меня этими глазами, и казалось, что он мог заглянуть в каждый уголок меня, увидеть то, что я скрывала, то, о чем я не говорила, то, что я хотела забыть. А потом он отдернул руку и встал.
— Я полагаю, что мой стол находится в другом конце коридора, и думаю, что смогу найти его самостоятельно. Я пошлю сигнальную ракету, если заблужусь. — Прежде чем я успела ответить, он вышел за дверь и закрыл ее за собой.
Пришло время предпринять более решительные действия.
***
— Подпишите это, — сказала я полчаса спустя, швырнув несколько листов бумаги на стол мистера Блейна. Он поднял глаза в веселом замешательстве.
Черт. Даже это было сексуально. Представь себе живот. Отвратительный пивной живот с искривленным пенисом и отвисшим мешком вместо яиц…
Нет, все еще сексуально.
— Чему я обязан честью, что Вы принесли это на мой стол и доставили лично? — Он понизил голос, когда один из других руководителей прошел мимо, чтобы выпить чашечку кофе из комнаты отдыха.
— Прочти. Подпиши. Не говори об этом больше. — На этот раз последнее слово оставалось за мной, поэтому я пошла обратно в свой кабинет и намеренно оставила дверь открытой, чтобы показать ему, что я могу это сделать. Я могла бы работать рядом с ним, не превращаясь в похотливый шар… похоти.
Я подошла к своему столу и вернулась к своей настоящей работе, хотя чувствовала это всякий раз, когда он смотрел на меня. Я НЕ смотрела на него. Ни разу. Потому что я была чертовым профессионалом.
Но потом мне пришлось поднять глаза, когда бумажный самолетик проплыл по воздуху и идеально приземлился на мой стол. Я схватила его и бросила свирепый взгляд в его сторону, но он делал вид, что чем-то занят.
Я развернула бумагу, которая оказалась «Кодексом поведения», написанным мной ранее.
Это было довольно длинное письмо, добавленное к моему предыдущему словесному списку, в котором было указано, что именно запрещено. Он подписал его, но сворачивание его в самолетик как бы сводило на нет саму цель письма.
Я поводила бумагой взад-вперед по краю стола, чтобы разгладить складки, а затем взяла ее и подняла так, чтобы он мог видеть, пока разрывала пополам, а затем разорвала на более мелкие кусочки, а затем сунула в свой измельчитель бумаги, надеясь, что звук донесется до его стола. Потом я притворилась, что отряхиваю руки, и пошла за кофе, задрав подбородок.
— Ты же не думала, что так легко отделаешься, не так ли? — Он был близко, но не слишком. Тем не менее, моя кожа задрожала в ответ на его голос. Как будто я была роботом, запрограммированным реагировать на него. Как это произошло так быстро? Секс, вероятно, имел к этому какое-то отношение.
Я медленно повернулась, держа свой кофе перед собой, как будто это могло меня защитить. В крайнем случае, я всегда могла бы бросить это ему в лицо, но это, вероятно, привело бы к судебному разбирательству.
  
— Смотри. Этого, — я делаю движение, между нами, рукой, не держащей ручку кофейной чашки, — больше не будет. Точка. Для нас обоих будет лучше просто притвориться, что ничего не произошло, и двигаться дальше. Итак, как дела с организацией отчетов?
Он прислонился к стойке и скрестил руки на груди.
— У меня возникли небольшие проблемы с некоторыми из них, потому что они были обновлены, и у меня нет доступа к папкам, в которых они хранятся.
Видите? Мы можем это сделать. Мы говорили об отчетах, и мне совсем не хотелось сорвать с него штаны и сесть на него верхом.
Ну, может быть, совсем немного. Или много.
— Хм, я посмотрю, что можно с этим сделать. Технически Вы все еще тренируетесь в течение трехнедельного испытательного срока, а затем Вы можете запросить дополнительный доступ, но, возможно, я смогу ускорить это. Я поговорю с мистером Кларком и посмотрю, что можно сделать. — Я всегда называла своего отца мистером Кларком в присутствии других людей. Я делала это так долго, что привыкла к этому.
— Спасибо, мисс Кларк, это было бы фантастически. — Его голос звучал совершенно без энтузиазма.
— Хорошо. Я займусь этим прямо сейчас, мистер Блейн. А теперь, если Вы меня извините. — Он обошел меня и, не сказав больше ни слова, направился за Кьюригом. Фу. Мне хотелось врезать ему по затылку, но это было бы не очень профессионально, поэтому я вернулась в свой офис и набрала внутренний номер отца.
— Привет, милая, как ты? — Я всегда буду маленькой девочкой своего папы.
— Привет, папа, все хорошо. Вообще-то я звоню по работе.
Я продолжила рассказывать ему о проблеме с доступом мистера Блейна.
— Хм, не уверен, что я могу сделать, чтобы ускорить это. Аудиторы сдерут с меня шкуру, если мы не будем следовать нашей письменной процедуре. Я поговорю с Лори, и перезвоню тебе. — Лори, по сути, была главным приверженцем правил, и ее работа заключалась в том, чтобы убедиться, что все мы следуем миллиону, правил, которым должны следовать, чтобы оставаться в бизнесе и не злить правительство.
— Хорошо, отлично. — Несмотря на то, что мы работали через коридор друг от друга, иногда мы могли не видеться целый день.
— Итак, как поживает твой новый ассистент? Должно быть, странно, что за этим столом сидит кто-то другой, кроме Сэла. Даже для меня это странно.
О, папа. Если бы ты только знал.
— До сих пор он был великолепен. Быстро учится и заканчивает все еще до того, как я осознаю, что хочу этого. — Выкинь из головы пошлости, выкинь из головы пошлости…
— Я сам собирался с ним поболтать, но у меня просто не было времени. Можешь отправить его вниз днем?
— Э-э, да, конечно, — ответила я, прежде чем подумала о том, насколько это была плохая идея. Надеюсь, мистер Блейн сможет держать все в секрете.
— Была еще одна вещь, о которой я хотел тебя спросить. Помнишь, как я просил тебя просмотреть отчеты?
Я просматривала их в любую свободную минуту, которая у меня была, но не придумала ничего сверхъестественного. Но, честно говоря, я не очень-то присматривалась. Это было в самом низу моего списка приоритетов.
— Да, я не нашла ничего, что бросалось бы в глаза.
— Хм. Хорошо. Поговорим об этом позже. Слушай, мне пора на ланч, но увидимся позже. Пока, милая.
— Пока, папа. Повеселись.
Я повесила трубку и почувствовала, что мистер Блейн вернулся за свой стол. Я подняла трубку и набрала его добавочный. Он посмотрел на меня через холл и поднял трубку.
— Здравствуйте, офис Авроры Кларк. Как Вас представить?
— Здравствуйте, мистер Блейн, это Аврора Кларк. Я хотела сообщить, что я говорила с моим отцом о Вашей проблеме с доступом, он обсудит это и перезвонит, а также он хотел бы видеть Вас в своем офисе сегодня днем. — Я могла одновременно видеть и слышать, как он улыбается.