Очарован наповал
Дев думает о том, кем был три месяца назад; о том, кто он сейчас; о том, кем он хочет стать, и…
— Извините, но я не могу.
Дев поворачивается и выходит из гостиной.
* * *
К Деву приходит Джулс. Она обнаруживает его на кровати, уткнувшимся в джинсовку и всхлипывающим. Она садится в уголке, и Дев ждет от нее пламенной речи о том, почему ему следует рискнуть всем и открыто заявить о любви к мужчине на национальном телевидении.
— Знаешь, ты ведь и меня бросил, — наконец говорит она едко, без капли сочувствия. — Паршиво вышло.
В такой момент Деву лучше, чтобы его громко ругали, чем умасливали, поэтому он садится на кровати и тянется к ее руке.
— Джулс…
Она не дает ему закончить.
— Не надо извиняться, ладно? Я понимаю. Ты неважно себя чувствовал, вот и поступил как лучше для себя. А реальность нашей дружбы такова, что ты вечно держал меня на расстоянии. Никогда не подпускал меня к себе по-настоящему близко. Я говорила об этом со своим психотерапевтом…
Дев вскидывает брови.
— Да, у меня есть психотерапевт! — рявкает Джулс. — У каждого есть гребаный психотерапевт! Я тоже не слишком люблю подпускать людей к себе. Я не люблю показывать слабость, но меня беспокоит, что ты никогда не раскрывался передо мной по-настоящему из страха, что я не буду любить тебя всего.
Слова Джулс врезаются в сердце так же глубоко, как фото на обложке «Юэс уикли», обнажая его извечные страхи. И тем не менее…
— На случай, если я права, хочу заверить, что люблю тебя таким, как есть, даже трусливым мудаком, который на целых три месяца забил на друзей, — заявляет девушка очень в стиле Джулс Лю. А потом она делает нечто совершенно не в стиле Джулс Лю — берет обе ладони Дева и прижимает их к своему сердцу, то есть прямо к лицу Джейси Шазе[29] на футболке. — Ты заслуживаешь моей любви таким, как есть, и его любви тоже заслуживаешь.
Дев снова начинает плакать, но Джулс не дает ему отдернуть ладони, не дает спрятать слезы как доказательство уязвимости.
— Ты заслуживаешь любви, какую последние шесть лет «режиссировал» для других. Ты заслуживаешь «долго и счастливо».
— Долго и счастливо?! — фыркает Дев, и на верхней губе у него собирается безобразный комок соплей. Джулс великодушно притворяется, что ничего не заметила, позволяя ему взять бумажную салфетку. — Не веришь ты ни в какие «долго и счастливо». Ты считаешь наше шоу тупым.
— Наше шоу впрямь тупое. Однажды в Швейцарии мы заставили конкурсанток скатиться с горы в бикини. В разгар зимы! Девушки приходят к нам на шоу, так отчаянно желая выйти замуж, что охотно внушают себе: «Я влюбилась». Шесть месяцев выдерживает лишь половина пар.
— А как насчет Брэда и Тиффани? Они женаты уже пятнадцать лет, троих детей завели.
— Да, да, мы постоянно их афишируем.
— Еще есть Люк и Натали, Грэг и Джейн, Брэндон и Линдси…
— Суть в том, — перебивает Джулс, — что за два месяца люди влюбляются редко. Но порой они встречаются и просто всё понимают. А потом мы сажаем их на яхту, и они влюбляются друг в друга, потому что не влюбиться на яхте нельзя.
— Не надо мне меня же цитировать.
Джулс до невыносимого крепко сжимает ему ладони.
— Ты только что огласил список наших успешных пар. Никакой закономерности в нем не замечаешь?
— У них у всех имена, которые чаще всего встречаются на декоративных номерных знаках?
— Ну да, они все белые. Белые, представители среднего класса, христиане, приемлемо гетеросексуальные и жутко сексапильные.
Дев смеется, едва не провоцируя очередной инцидент с соплями.
— «Долго и счастливо» умеет впаривать лишь один тип любовных историй. Участниками нашего шоу становятся люди более-менее одинаковые, но Чарли…
Стоит услышать его имя, и сердце у Дева улетает в горло.
— Такому, как Чарли, вообще не следовало приходить к нам на шоу, а он пришел. Он человек совершенно необыкновенный.
— Знаю, что необыкновенный, — Дев ощетинивается. — Таких необыкновенных мне встречать не доводилось.
Судя по выражению лица, Джулс хочет отвесить ему пощечину.
— Тогда в чем же проблема, мать твою?!
— А что, если я как наши наивные конкурсантки? Что, если… что, если всю жизнь я мечтал о любви, которой не существует? Что, если не существует «долго и счастливо»?
Джулс кладет их ладони с переплетенными пальцами на колени, но Дева не выпускает.
— По-моему, «долго и счастливо» не случается с человеком просто так. По-моему, это то, что каждый выбирает для себя сам.
Заметки к сценарию выпуска:
Сезон 37, Эпизод 10
Дата эфира
15 ноября 2021, понедельник
Продюсер выпуска
Джулс Лю
Исполнительный продюсер
Райан Паркер
Сцена: Интервью с Энджи Гриффин, Лорен Лонг и Дафной Рейнольдс в прямой трансляции финала.
Место съемок: Студия в Бербанке.
Марк: Ты разочарована тем, как все получилось?
Энджи: Разочарована? Да вряд ли. В кастинге я участвовала на спор. Не смотри так на меня, Марк. Ради халявной выпивки я и не на такое решалась. Я думала, что при наилучшем раскладе смогу посетить классные места с классными попутчиками до того, как начну учиться на доктора. Я не просчиталась — эта часть получилась удивительной. В то, что в «Долго и счастливо» действительно влюбляются, я никогда не верила. Пожалуй, не верю и сейчас, ведь мы всю дорогу притворялись. Но при этом на шоу я впрямь нашла любовь. Я полюбила Чарли. Я полюбила Дафну, которая стала одной из лучших моих подруг. Это не романическое чувство, но оттого не менее ценное.
Марк: Что ты усвоила, участвуя в этом шоу, если так вообще можно выразиться?
Лорен Л.: Я усвоила, что порой сказка очаровывает настолько, что перестаешь видеть реальность. И я усвоила, что хочу чего-то реального.
Марк: Если бы ты могла вернуться на шесть месяцев назад и дать совет Дафне, только начинающей гонку на «Долго и счастливо», что бы ты ей посоветовала?
Дафна: Я посоветовала бы ей не гоняться за чужими идеалами и представлениями о любви. Еще сказала бы, что она заслуживает такую любовь, какую по-настоящему желает сама.
Прямая трансляция финала
Бербанк, штат Калифорния, 15 ноября 2021, понедельник
ЧАРЛИ
— Пожалуйста, можно мне снять гребаную корону?
Джулс разглаживает складку на его бордовом галстуке, затем поднимает подбородок и смотрит на него снизу вверх.
— Ни в коем случае.
— Я ведь больше не Принц, — возражает Чарли. — Я просто парень, который собирается рассказать другому парню, как третий парень разбил мне сердце на национальном телевидении.
— Вот и расскажешь в гребаной короне, — Джулс перестает приводить Чарли в порядок ровно настолько, чтобы вместо этого побеспокоиться о его эмоциональном состоянии. — Ты справишься?
— Да, Джулс.
— Ты отрепетировал, как отвечать на вопросы, которые я тебе прислала?
— Отрепетировал.
— Ты ведь помнишь, что, если вдруг почувствуешь себя некомфортно или захочешь сделать перерыв — на любом этапе, — нужно просто…
— Да, помню.
— Ты правда в порядке?
— Я правда в порядке.
Он правда в порядке. Через пять минут Чарли будет сидеть в бербанкской студии напротив Марка Давенпорта. Перед студийной аудиторией и двадцатью миллионами зрителей прямого эфира он вкратце расскажет о сезоне, который выходил в эфир последние девять недель. Придется снова обсуждать случившееся, придется снова разбивать себе сердце. У него было три месяца на то, чтобы оправиться от инцидента в Мейконе, но для зрителей всей страны, начавших смотреть очередной сезон, инцидент произошел только неделю назад, когда показали последний эпизод. Ради развлекательного телешоу придется вскрывать старые раны, но Чарли в порядке. Он в полном порядке.