Проводник

Увидев меня, она слабо улыбнулась и заплакала. Без слез. Сухими глазами. Я схватил ее за руку и потащил наружу. Она сделала за мной несколько неуверенных шагов, и я почувствовал, что она оседает. Тогда я подхватил ее правой рукой и закинул на плечо. Затем, держа наготове бутылку со святой водой, устремился к выходу. И тут появилась Мариша.
Она, похоже, тоже не ожидала такого поворота событий. Я без колебаний плеснул ей в лицо святой воды и, не тратя время, побежал к двери. Никаких криков не было. Наоборот, я услышал за спиной злобный смех.
— Ты думаешь, я боюсь поповскую водицу? — зло крикнула она и попыталась ухватить меня за плечо.
Я наотмашь бутылкой ударил назад и, по всей видимости, куда-то попал. Раздался сдавленный вскрик, а следом звук падения. Не останавливаясь, я выскочил в коридор. Пробегая мимо Константина, который начинал подниматься, я что есть сил зарядил ему ногой по морде. Даже пальцы отбил, хотя и был в зимних ботинках с толстой твердой подошвой. Костя отлетел в сторону и остался лежать, а я, что было сил, помчался вниз по лестнице, выскочил в коридор, перехватил Катю на руки и быстрым шагом понес ее домой.
  
Цепляйся в горло 
 
Побег из прошлого — 2. В этот раз я не в лаптях, не обмотанный для тепла старой льняной веревкой, не промокший и не продрогший до костей. В этот раз мне тепло. Даже жарко. И радостно!
На адреналине я с Катей на руках бежал чуть ли не до самой Большой Московской улицы. Прямо в гору. Один раз остановился, буквально на пару секунд. Перевести дыхание и перехватить руки.
Но, оказавшись на главной улице Владимира, почувствовал, что силы мои стали иссякать. Кое-как перебежав на другую сторону улицы, мы остановились, прижавшись к стене. Я наблюдал за выходом с того проулка, откуда мы только что выбежали. Прохожие изредка поглядывали на Катю. Она была дезориентирована. Походила на пьяную. На пьющую.
Отдышавшись, я подхватил ее под мышку и попытался вместе с ней пойти в сторону дома. Но она через пару шагов стала терять устойчивость и опустилась на землю. Пришлось снова взять ее на руки. Мышцы уже ныли. И, хотя дорога была преимущественно на спуск, я очень быстро выдыхался. Несколько раз останавливался, чтобы перехватить руки. Постоянно оглядывался. Но преследователей видно не было.
Мое сердце бешено колотилось. Я думал, что оно вот-вот выскочит из грудной клетки. В какой-то момент я чуть было не перешел в режим автопилота. Но, к счастью, вскоре показался дом. Это придало сил, я буквально пробежал арку и устремился к своей квартире. Дверь оказалась открыта. На пороге стояли Вера Михайловна и Малаш.
— Давай, неси ее сюда, — окликнула староста дома, освобождая проход в подвал. Я спустился вниз и уложил Катю на кровать, а сам бухнулся на колени, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями.
— Ты быстро, — сказала Вера Михайловна, — я только-только печь растопила…
— Как она? — вмешался Малаш, подходя и осматривая Екатерину.
Та села, прижав к груди руки и тихо-тихо охрипшим голосом промолвила:
— Теперь нормально…
— Где Вы были? — продолжал Малаш, — Это он Вас похитил? Ваш сожитель Соколов Илья Александрович? Он наносил Вам телесные повреждения?
Катя слабо помотала головой и прохрипела:
— Нет, это они…
И заплакала.
— Ну, все-все, — добродушно сказала Вера Михайловна, укрывая Катю одеялом, — все уже кончилось, успокойся!
— Может, скорую вызвать? — спросил Малаш непонятно у кого.
— Нет, пока не надо. Они сейчас придут, — ответила Вера Михайловна.
В этот момент на лестнице послышались шаги и голос:
— Олег, к дому подошли какие-то бомжи — старуха и мужик, — кричат, чтобы он вышел.
Он — это я. Я повернул голову и увидел еще одного парня. По всей видимости, коллегу Малаша. Поднявшись с пола, я вместе со всеми направился к входной двери в дом. Приоткрыв дверь, я увидел Маришу и Костю. Костя стоял с солидной гематомой на левой стороне лица.
— Что ж как не вежливо? — спросила Мариша, увидев меня. — Ворвался в наш дом, забрал, что тебе не принадлежит.
 
— Катя не твоя! — вырвалось у меня.
— Думаешь, твои друзья тебе помогут? Нет, ты только нажил себе лишних проблем! Пока не поздно, отправь смертных по домам. И дай нам зайти!
— Скажи, что разрешаешь им зайти, — прошептала мне на ухо Вера Михайловна.
— Что? — обескураженно спросил я. Это в мои планы вообще не входило.
— Скажи, что пускаешь, — твердо повторила соседка, — ну!
— Заходите! — крикнул я.
— А твои гости? — с неприязнью спросила Мариша. — Точно не хочешь их выпроводить?
— Мы тут побудем, посмотрим, — крикнул второй полицейский.
— Ну, как знаете, — криво усмехнулась Мариша и пошла к двери.
Костя последовал за ней. Но когда им оставалось буквально несколько шагов их движения вдруг стали замедленными. Будто кто-то поставил мир на паузу, а потом раз в восемь снизил скорость воспроизведения. Мариша и Костя не остановились. Они продолжили свое движение. Только в очень замедленном темпе. С каждым мгновением их внешность стала преображаться. Мариша из старухи стала превращаться в молодую черноволосую и темноглазую статную женщину в длинном черном платье, а Костя, наоборот, старел, худел и рос. Становился еще безобразнее. Сухая, покрытая шрамами, светло коричневая кожа обтянула его череп, глаза ввалились. На голове, откуда ни возьмись, появилась металлическая корона, а на теле — длинная, рваная внизу железная кольчуга.
— Смотрите! Я же говорила, что они — демоны, — удовлетворенно заметила Вера Михайловна. — Это я опахивание сделала. Сразу как ты ушел. Не глубокое, но оно их силы истощит. Видите, они уже не могут удерживать свой людской образ! Пойдемте вниз!
После этих слов она захлопнула дверь и поспешила вниз. Мы с полицейскими последовали за ней.
— Дениска, что там было? — нетерпеливо спросил Малаш, — Я ничего не видел…
— Что-то непонятное, — искренне заявил второй полицейский, — старуха с мужиком превратились в красавицу и мумию. Какой-то гипноз что ли…
— Никакой не гипноз, сейчас они сюда придут, сами увидите, — ответила Вера Михайловна, — демоны они!
Когда мы спустились в подвал, Вера Михайловна велела приготовиться и отойти подальше от лестницы. Я подошел к Кате. Та еще больше сжалась и закуталась в одеяло. Вера Михайловна подошла к печи и, открыв заслонку, деловито заглянула внутрь. Малаш спрятался под лестницу, а его напарник встал у стены и вытащил из кобуры пистолет.
Сверху донесся страшный грохот и треск. Похоже, выбили входную дверь. Мгновение спустя раздался удар от распахнутой двери в подвал и по ступенькам стали спускаться Мариша и Костя. Еще мгновение и они предстали перед нами во всей своей адской красоте, с любопытством осматривая нас.
В руках у Мариши была какая-то миска, в которой я с ужасом для себя опознал свод человеческого черепа, оправленный по краям золотом. Костя стоял, сжимая длинный обоюдоострый меч. Теперь называть их Маришей и Костей не поворачивался язык. Это были Морена и Кощей. Ну, или Чернобог. Кому как нравится.
— Вот мы и пришли, — улыбнулась Морена, театральным жестом взмахнув волосами.
— Бросай оружие, — не очень уверено произнес Денис, направляя пистолет в сторону Кащея.
— А то что? — безразличным тоном поинтересовался тот.
— Я могу применить оружие для… э-э… Для защиты от посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни и здоровья… А также для отражения группового и вооруженного нападения на здания и сооружения.
— Ах, вон оно что, — Кощей жутко ухмыльнулся и шагнул в сторону Дениса.
— Стой, стрелять буду, — произнес тот.
Дальнейшие события развивались стремительно. Кощей сделал еще один шаг к полицейскому и тут раздался оглушительный выстрел, который буквально на секунду дезориентировал находившихся в подвале. Всех, кроме Кощея. Он подошел к Денису, свободной рукой выхватил у него пистолет, а кулаком, в котором сжимал меч, врезал ему по лицу. Лицо Дениса мгновенно окрасилось красным, и он навзничь упал на пол.