Спецотдел 3 (СИ)

— Заходишь на счёт три, — велел Егор, отходя в сторону. — Вика, стой за мной. Аз, свисти. Раз, два, три!
Мелодичный свист монстр, кажется, услышал. Во всяком случае завертел круглой птичьей головой и широко распахнул клюв.
Эд перешагнул через сложную вязь знаков и очутился в комнате.
«Нихтерино алого» встал на дыбы — голова монстра прошла сквозь потолок — и кинулся к человеку, вытянув перед собой когтистые руки-лапы. Эд уклонился, пропуская монстра справа от себя. Но недостаточно быстро, и «конь» лягнул его то ли второй, то ли третьей ногой. Эд с удивительным для его телосложения проворством отскочил к стене и мрачно усмехнулся монстру.
Существо развернулось и снова встало на дыбы. Рывок — невозможно хищный для обычной лошади — и «ночной конь» навис над человеком.
Эд снова уклонился, пропуская монстра на этот раз слева от себя, и схватил его за длинную руку. Дёрнул изо всех сил, пытаясь повалить существо на бок.
Тварь извернулась и клюнула человека в руку. Отдёрнула голову от вспыхнувшей на рукаве защиты. Эд снова рванул руку монстра на себя, и «ночной конь» начал заваливаться.
Миг — и на шею существа упала накинутая петля.
Тварь успела дёрнуться всем телом и замерла, безвольно опустив голову, так и не упав до конца на человека.
Эд оттолкнулся от туши, прижал руку к бедру, куда угодило копыто в начале схватки, и другой рукой махнул: мол, всё в порядке.
Аз, продолжая насвистывать, вошёл в комнату, ухватил свисающий с монстра конец верёвки и, слегка потянув, поставил монстра на все шесть ног.
Потом спросил:
— Сильно досталось?
— Да нет, не очень, — прогудел Эд.
— Синячище точно вылезет. Извини.
Эд мотнул головой:
— Ничего.
— За руль сядешь? — вмешался старший.
— Да.
— Тогда приложи к ноге «снежок» из аптечки и вези Игоря и Тимофея в спецотдел. Поручи их диспетчерам — пусть найдут им свободную машину. Аз, ты с ними. Вика…
У Егора зазвонил телефон.
Он принял звонок, кивнул, сказал «понял» и отсоединился.
Потом посмотрел на коллег и проговорил:
— Рыкова взяли у автовокзала. Везут в спецотдел. Едем.
 Помеха. Часть 3 
10–11 ноября
До здания спецотдела добрались без проблем. Если кто из редких водителей и видел несущегося за «фордом» монстра, то никак не выразил своего удивления.
Аз прямо из гаража помчался в лабораторию, ласково бормоча «коню» что-то успокаивающее.
Эд пострадал от копыт существа сильнее, чем казалось: выйдя из машины, он не смог не хромать. Егор отправил его в медпункт, невзирая на протесты в духе «всё со мной в порядке», потом сказал:
— Игорь, Тимофей, опознание по запаху проведём? Подозреваемый в допросной.
— Опознаем, почему нет? — согласился пёс.
Его человек кивнул.
— Вика, захвати протоколы допроса и за мной, — бросил на ходу старший.
В кабинете уже расположились парни из ночной смены. Удивились, что дневные ещё работают, спросили, где Азамат, и, узнав, что он в лаборатории, присвоили его контейнер с домашними пирожками. В общем-то спец по редким существам уже наверняка о нём забыл, а вся еда, оставшаяся в холодильнике без присмотра, по традиции становилась добычей следующей смены.
Вика собрала нужные бумаги и спустилась в допросную. Игоря и Тимофея рядом с нужной дверью не было: видимо, уже закончили с опознанием.
Рыков встретил «спецов» спокойно. Смотрел прямо, улыбался. И улыбка была кривой совсем чуть-чуть, почти незаметно.
— Итак, гражданин Рыков, — начал Егор, сидящий напротив подозреваемого,— у нас к вам много вопросов.
— Вот уж попался так попался! — усмехнулся мужчина. — Сам дурак, конечно, но что уж теперь поделаешь?
— Вы убили Коврову Альбину Васильевну?
— А у вас есть сомнения?
  
Рыков отвёл взгляд от Егора, посмотрел на Вику. Он не выглядел по-настоящему расслабленным и уверенным в себе, но всё же был гораздо спокойнее, чем полагается человеку, обвиняемому в убийстве. Бравирует или у него действительно есть козырь в рукаве?
— Установлено, что вы заходили в квартиру Ковровой сегодня вечером и, вероятно, вы последний, кто видел её живой, — сухо отметил Егор.
Значит, и правда, Тимофей уже подтвердил то, что Рыков был у Альбины Васильевны.
Рыков уставился на Егора и вздохнул:
— Ох и доставучая бабка… Просто гарпия! Ворчала на меня всю неделю, а сегодня пристала, когда я к себе поднимался, и давай орать: я куда надо позвоню, я кому надо пожалуюсь!
— Довела вас? — понимающе кивнула Вика.
— Не то слово!
— То есть вы признаёте, что ударили гражданку Коврову по голове и скрылись с места преступления? — бесстрастно уточнил старший.
Несколько секунд подозреваемый сосредоточенно глядел на Брянцева, словно пытаясь быстро-быстро решить в уме сложную задачу.
Потом откинулся на спинку неудобного стула и сказал:
— Ударил, да. И так на нервах был: поссорился кое с кем, деньги мог потерять огромные, а тут она. Высунулась из своей двери и давай телефоном в меня тыкать: мол, щас позвоню, щас тебя накажут. Я, конечно, разозлился — жуть. Хотел, чтоб она заткнулась! Рванул дверь, заскочил к ней — потом ничего не помню. Будто чёрная пелена перед глазами.
Он сгорбился, положил руки на стол и опустил голову.
Неужели пытается списать убийство на аффект? Сомнительная тактика.
Рыков заговорил снова, тише и медленнее:
— Я ведь не хотел никого убивать. Правда. Это страшная, чудовищная ошибка. Мне очень жаль. Так жаль…
Голос мужчины звучал глухо, красивое лицо было искажено страданием, но Вика не могла избавиться от ощущения, что перед ней не подозреваемый в убийстве, а герой сериала.
Хороший актёр, сериал, вероятно, качественный, но слишком уж драматичен герой, слишком пафосны его слова и поза.
Однако показания Вика, конечно, конспектировала без комментариев.
— А когда я пришёл в себя, старушка уже была мертва, — продолжал «герой», подняв голову и наклонившись к Егору. — Я увидел кровь на её голове, на полу. Я был как в тумане: зашёл в квартиру этой старушки и попытался изобразить ограбление… разгромил и перевернул всё, что сумел — как будто наркоман какой-нибудь заначку ищет. Утащил золотишко и её смешные накопления.
Рыков криво усмехнулся, потом добавил:
— Замок поцарапал, даже кольцо с тела снял — всё сделал, чтоб было похоже на ограбление… Понимаете, я очень не хочу в тюрьму. Как вы меня нашли?
— Вы убили Коврову, чтобы она не пожаловалась на вас в органы? — проигнорировал вопрос Егор.
— Да.
— А почему она хотела пожаловаться на вас?
Рыков улыбнулся, не отводя от собеседника пристального взгляда:
— Вы же были в моей квартире, так ведь?
— У вас есть разрешение на существо, называемое «нихтерино алого»? — вопросом на вопрос ответил Егор.
— Нет, и вы прекрасно знаете, что быть не может, — хмыкнул подозреваемый.
— Во сколько вы убили Коврову?
— Где-то в шесть пятнадцать.
Егор еле заметно усмехнулся:
— Коврова позвонила нам в восемнадцать ноль две.
— Что⁈ Вот чёртова старуха! А какого дьявола она мне угрожала звонком тогда?
— Возможно, вы неправильно её поняли.
Рыков с чувством выругался, но очевидно было, что злится он на себя, а не на «спецов».
— Итак, откуда у вас незарегистрированное опасное существо?
— А вот это уже интересно, правда? — подозреваемый улыбнулся, на этот раз хитро и многозначительно. — Вот мы и подошли к самому интересному. Нихтого — мы его так называем — очень не любит сильных существ и нападает на них со всей яростью. А это, знаете ли, то ещё зрелище.
Рыков сделал выразительную паузу.
Неужели он и правда готов дать им информацию о незаконных боях?