Слепой царь

— Пацана. Видимо того, что авторитетом хотел представиться.
— Гм! А как они собираются его провести? С ним договора у меня не было.
— Не знаю. Две девчонки поддерживают его под руки. Они уже пересекли половину дороги. Скоро доберутся до бордюра, тогда и посмотрим.
— Сколько ещё осталось?
— Где?
— За бордюром?
— Ещё человек пять. Нет! Четыре. Ошиблась.
— Успеют раньше, или нет?
— Что раньше?
— Раньше пройти за бордюр, чем те доберутся до него?
— Успеют. Уже всё.
— Выходит, что не пропустило только одну?
— Да. Вижу только одну. Стоит ошарашенная. Так! Подошли. Отпустили. Стоит один. Одна девчонка перешла линию. Попыталась протянуть руку, не пустило. Хочет вернуться. Не пускает. — Комментировала Сяомин.
— Девушка, не пытайтесь. — Крикнул я. — Лучше поторопитесь, пока все не ушли.
Девчонка оглянулась на меня, потом посмотрела на своего бывшего шефа, снова на меня, и, махнув рукой, побежала к дверям башни. Вторая, предварительно взглянув на своего бывшего хозяина, сделала то же самое. Пацан остался один. Он стоял, раскачиваясь, как будто собирался упасть.
— Давай подойдём к бордюру. — Предложил я. — Только не вздумай переступать её, протягивать ему руку, или, не дай бог, случайно рукой пересечь черту. Старайся держаться подальше.
— К чему такие предосторожности?
— На всякий случай. Откуда ты знаешь, что у них в головах?
Мы подошли почти к самому краю. Девушка всё так же стояла в ступоре.
— Эй! — Крикнул я, обращаясь к девушке. — Очнись, мадмуазель! Помоги своему хозяину до машины добраться!
— Не надо до машины. — Вдруг заговорил пацан. — Я к вам хочу.
— Это как это?! — Опешил я.
— Так же, как вы девчонок забрали.
— Я никого у тебя не забирал. Они сами пришли. Или ты не видел, что меня здесь целый день не было?
— Видел. Но я не могу сам.
— Что ты не можешь сам?
— Жить.
— Ты хочешь сказать, что у тебя в твоей тюрьме не осталось никого?
— Не знаю. Думаю, что нет.
— Так чем же я могу тебе помочь?
— Заберите меня отсюда. — Сказал пацан, и сел на дорогу. — Стоять не могу. Сил нет.
— Тебе известно, на каких условиях я смогу забрать тебя к себе?
— Да. — Убитым голосом сообщил пацан.
— И ты готов передать мне все права без возможности возврата их? — Уточнил я.
— Да.
— А как же девушка?
— Какая?
— Да вон та?
— А! Не знаю.
— Ладно. Произноси клятву отречения, и посмотрим, что будет дальше.
— Я не могу встать! Клятву должны произнести стоя! — Взмолился пацан.
— Опять дуришь? — Погрозил я ему пальцем. — Кончай. Или я сейчас уйду. Откровенно говоря, мне до одного места твои проблемы. Но я готов помочь и ты знаешь, на каких условиях. Руки я тебе не подам. Пора бы понять.
Сяомин дёрнулась, но я, схватив её за руку, остановил.
— Ты помнишь, о чём я тебя предупреждал?
— Но ему же помочь надо?
— Ничего ему не надо. — Возразил я. — Он играет дурачка.
— Зачем?
— Затем, что если я подам ему руку, то тем самым признаю его равным. Ну и ко всему, для произношения клятвы необходимо стоять на коленях, а не в полный рост. Коленопреклонённая поза обозначает признания себя не состоявшимся правителем. Все его земли, здания, возможности творчества и прочее безвозмездно перейдут ко мне. Следовательно, и к тебе. Он же станет обыкновенным человеком, как все.
пацану действительно было плохо. Но помочь я ему на самом деле не мог. Нельзя было нарушать законы этого мира, если хочешь выжить. А за мной стояло уже более тысячи человек.
Подошли Павлина, Дженни, Альбина и Лина.
— Ну, что тут у вас такое? — Спросила Альбина.
— Утренний театр. — Сказал я. Всем отойти на крыльцо. И не подходить ни на шаг, что бы ни случилось.
павлина и Лина среагировали мгновенно. Они взяли под руки Дженни с Альбиной, и потянули их прочь. К чести девушек те не сопротивлялись, отошли молча, не споря.
пацан кряхтя, встал на колени, предварительно руками согнув протезы, и заговорил, громко, звонко, чётко.
Сзади раздался какой-то невнятный шум. Сяомин обернулась и прошептала:
 
— Матвей Иванович пришёл, но девчонки его не пускают.
— Правильно делают. — Едва шевеля губами, согласился я с действиями девушек.
Пацан закончил читать клятву отречения и попытался встать. Но не смог. Внешне ничего не изменилось. Лишь девушка вдруг очнулась, посмотрела на меня, потом на стоящего на коленях бывшего своего хозяина, подошла к нему, и помогла встать.
— Пошли. — Сказал пацан, держась за девушку.
— Меня туда не пускает. Ответила та.
— Сейчас пустит. — Сказал пацан и сделал первый шаг.
Мы насторожённо наблюдали за тем, как он перешагнул бордюр, как сделал два шага в моём направлении, и вдруг снова опустился на колени.
— Примите меня, Ваше сиятельство, и моих подданных под свою руку. Будьте благосклонны к нам, и не обижайте, придавших себя в ваши руки.
Он протянул мне обе руки. На ладони правой лежал предмет, очень похожий на золотой ключик из одноимённого детского фильма.
— Возьми ключ. — Сказала Сяомин, ориентируя мою руку.
Я послушно протянул руку и взял ключ. Пацан вдруг завалился на бок и растянулся на тротуаре.
— Чёрт! — Вскричал я. — Где Генриетта? Скорее врача! Посмотрите, что с ним?
— Не суетитесь, граф. — Сказал Матвей Иванович. — Я хоть и не медик, но кое-что понимаю в этих делах. Позвольте подойти, посмотреть?
Я спрятал ключ в нагрудный карман, и тут снова произошли изменения. Башня вместе с нами и куском тротуара переместилась под самый лес, который мы разглядывали в бинокль сутки назад.
— А где же теперь тюрьма? Спросила Дженни, изумлённо разглядывая горизонт.
— В темноте всё равно ничего не увидишь. Сказал я. — Так что не мучайся. Завтра увидим. Матвей, посмотри, что с пацаном?
— А где девушка? — Спросила Лина.
— Какая девушка? — Насторожился я.
— Которая была с ним?
— Хм! Хороший вопрос. Кто-нибудь видел, куда подевалась девушка?
Но никто не видел. В холле башни её, разумеется, не оказалось.
— Надо думать, — сказала Альбина, — что её перенесло в другое место, по её духу.
— Пацан потерял сознание. Целый день на жаре, видимо, ещё и без воды. Боялся обделаться. — Предположил Матвей Иванович.
Павлина, Альбина, Дженни. — Заговорил я. — Берите Матвея Ивановича и дуйте домой. Найдите Генриетту, пусть срочно отправляется в медицинский центр. Матвей, возьмите парочку дюжих ребят с носилками, и давайте сюда. Пацана надо забрать. Желательно, как можно скорее. Его смерть лично мне не нужна. Пусть живёт.
— Я прихватил несколько человек — Сказал Матвей. — Сейчас решим, кто понесёт его. Ведь в портал с носилками!..
— Правильно. Возможно, одному придётся взять носилки, войти в портал, а второму на руках перенести пацана. На той стороне снова уложить его на носилки и бегом в мед-центр. А, стой! Кто из вас, девчонки, знает, где новый медицинский центр?
— Я знаю. — Сказала Дженни.
— Тогда так. Альбина и Павлина бегите вперёд, разыщите Ядвигу, пусть поможет найти Генриетту. Дженни, ты сразу веди мужиков к медикам. Всё. Выполняйте, девчонки. Я уже так устал!.. Пожалуйста, поторопитесь.
Девушки сорвались с места и умчались. Матвей поманил двух, внушительного размера, мужичков, показал на лежащего, и объяснил, что и как надо делать. Носилки я уже успел сообразить.
"Да. На будущее. Если мы опять куда-нибудь забредём, в команду исследователей надо будет включать Генриетту, как медика, пару мужиков с носилками, мало ли чего, и парочку свободных девушек в качестве курьеров. — Думал я. — Да, что же придумать вместо связи? Телефон? Скорее всего, альтернативы нет. Можно, конечно, придумать телепатию, но фиг её знает, как она будет работать. А рисковать что-то не хочется".
— Что делать будем? — Вывел из задумчивости меня Матвей.
— Да чёрт его знает! Нас же опять унесло, хрен знает куда! Как её теперь искать?