Ичиро Васильев. Том 1 (СИ)

Одноклассники переглянулись, посмотрели на меня, затем на учителя, начались робкие шепотки. Прозвенел звонок, и школьники засобирались, гремя ручками, пеналами, тетрадями и учебниками. Многие сейчас пойдут на арену ждать своей очереди, за просмотром боёв.
Маша закинула свою сумочку на плечо и посмотрела на меня.
— Это из-за того придурка?
Я пожал плечами.
— Скорее всего. Иди, у тебя вот-вот будет бой. Покажи всё, на что ты способна.
В глазах девушки было смятение и страх. Она рассчитывала, что я буду рядом с ней всю дорогу до арены, и, конечно, посмотрю её первую дуэль, но объявление учительницы вселило страх, что всего этого может не случиться, и ей придётся справляться со всем самой.
— Не волнуйся, я успею на твой бой — сказал я.
Билл хотел остаться со мной в классе и послушать, что такого я натворил, но я и его проводил. Его преданность достойна уважения, но это точно его не касается.
— Что-то случилось? — спросил я, подойдя ближе к учительскому столу.
— Это ты мне скажи, почему тебя вызывают к директору? — вздохнула учительница.
— Из-за дебила, который не знает границ — коротко и ёмко сказал я.
Госпожа Мицу откинулась на стуле, сняла очки и серьёзно посмотрела на меня.
— А ты знаешь, что этот «дебил», как ты выразился, — Антон Стародубов, твой соперник на дуэли сегодня?
— Какая удача — улыбнулся я.
— Ичиро, что с тобой происходит? Раньше ты себя так не вёл. Что-то случилось? Может быть, что-то в семье? Как твоя сестра? — госпожа Мицу придвинулась к столу, оперлась руками на него и внимательно посмотрела мне в глаза.
— Всё хорошо и даже лучше, чем когда-либо. Просто я решил немного пересмотреть свою жизнь.
Учительница закусила кончик шариковой ручки, оценивающе глядя на меня и выдерживая паузу в несколько секунд.
— Я знаю, как бывает нелегко учиться, когда ты низший аристократ, не обладающий большим состоянием семьи — сказала она — Я и сама была такой же, как и ты, и если честно и между нами — я рада, что ты изменился.
На губах госпожи Мицу промелькнула лёгкая улыбка, а в глазах появилась некая гордость.
Сейчас память Ичиро подкинула мне новых воспоминаний. Оказывается, учительница была в курсе, что Ичиро гнобили в школе все кому не лень. Разве что простолюдины на него не кидались, потому что это уголовно наказуемо. В остальных же случаях — Ичиро был посмешищем и грушей для битья. Она это видела и пыталась всячески помочь парню. Сначала просто беседами о личных границах, о самоуважении и о том, что никто не имеет права над ним издеваться и унижать. Васильев в такие моменты доверчиво кивал, но абсолютно ничего не делал.
После того как госпожа Мицу поняла, что парень никак не может побороть себя и дать сдачи, она пришла к нему домой, но, понятное дело, что никого, кроме сестры, там не встретила. Они все вместе поговорили и решили, что Ичиро нужно идти в спортивную секцию, одну из тех, что он посещал максимум две недели. Даже это не помогло ему поверить в себя, и он продолжал молча принимать все унижения и оскорбления.
Несколько месяцев учительница старалась оберегать бедолагу от нападок, но она не могла защищать его вечно. В итоге она сделала вывод, что Васильев всего лишь очередной низший аристократ, который будет после учёбы заниматься какой-нибудь скучной работой по перекладыванию бумажек из правой стопки в левую. Так он и проживёт свою недолгую жизнь и, скорее всего, умрёт в возрасте тридцати пяти лет от инфаркта, сидя за рабочим столом, а на спине у него будет приклеена бумажка с надписью «Пни меня».
Все эти знания прорезали моё сознание, словно острейший меч. Моё сердце наполнилось теплом к учительнице. Она была настоящим учителем по призванию, который заботится о каждом вверенном ей ученике.
— Надеюсь я вас не подведу, госпожа Мицу — улыбнулся я.
Учительница смущённо улыбнулась.
— А теперь иди к директору, он ничего тебе не сделает. Максимум объявит выговор. Всё равно вы сможете разрешить со Стародубовым все свои вопросы через несколько минут уже на арене.
 
— Спасибо вам за всё, что сделали для меня. Спасибо за все переживания и наставления. Смею сказать, что потрёпанные нервы никак не навредили вашей божественной красоте и элегантности — улыбнулся я, стараясь поднять ей настроение.
Учительница даже не нашлась что ответить. На её щеках проступил румянец.
— Спасибо, Васильев… А теперь вон из класса и без победы не возвращайся — улыбнулась она.
Как она и говорила, разговор с директором был чистой формальностью, чтобы меня запугать. Обычно школьные хулиганы делали свои дела с Ичиро там, где никто не видит — туалет, школьный сад, или вовсе за пределами школы. Из-за этого никто и никогда не знал почему Васильев был забитым и нередко ходил с синяками. Ведь он никому и ничего не рассказывал.
Теперь же я показательно наказывал всех, кто проявляет ко мне хоть какое-нибудь неуважение. Это необходимо, чтобы следующий, кто захочет прессовать меня, двадцать раз подумал перед этим. Таким способом моя репутация растёт гораздо быстрее, чем если бы я отлавливал хулиганов по одному и разбивал им лица в туалетах. Благодаря свидетелям информация обо мне сама собой разлетается по школе быстрее, чем вирус.
После разговора с директором, в моём личном деле появился первый выговор. Это то, чего старый Ичиро боялся больше всего. Ведь с детства ему отец говорил о том, что нужно слушать старших и никогда не попадать в немилость. Мне же было плевать на это. Это никак мне не помешает устроить свою будущую жизнь.
Я вышел из школы, посмотрел в сторону арены, с которой уже слышались крики и задорные улюлюканья. Бои начались, надо поспешить, чтобы не пропустить Машин поединок.
Пройдя к зрительской трибуне, я обалдел, когда увидел на песке арены Билла! Парень стоял, чуть пошатываясь, опустив руки. С его губ текла кровь, а взгляд был туманным.
— Кого хрена? — проговорил я сам себе, но в общем шуме толпы мои слова утонули.
Я точно помню, что он сегодня не должен биться. Первый его бой поставлен только на завтра.
— Ичиро Васильев, здравствуй — послышался спокойный голос рядом.
Я повернулся и увидел Арото Токо. Парень стоял рядом и наблюдал за боем.
— Токо — я пожал ему руку, подойдя ближе: — Почему бьётся Миллиган? Это ведь не его бой.
— Один из дуэлянтов не пришёл. Билл сам вызвался.
Мы вместе посмотрели на ринг. Противником моего друга был спортивного вида парень. Он стоял на арене в одних чёрных штанах, голый по пояс и с босыми ногами.
— Кейтаси Романов — сказал Токо, глядя на арену — Был усыновлён семьёй Романовых. Обладает титулом лучшего бойца прошлого года. Говорят, что он тренируется по десять часов в день.
Его сочетание имени и фамилии, похоже на моё собственное. Ичиро усыновили, когда Российская Империя пришла в Японию. Это было пятнадцать лет назад. С тех пор подобные сочетания имени и фамилии стали обыденными.
— Билл — идиот, зачем он вызвался против чемпиона боёв? — спросил я риторически.
— Он посвятил свою будущую победу своему духовному наставнику и вдохновителю — тебе — Токо с улыбкой посмотрел на меня.
Мне стало немного стыдно. Получается, я вдохновил его драться против неравного противника? Но ведь у меня был козырь в рукаве в виде знания открытия ядер души и управления энергией тела, а у него ничего подобного и близко нет.
Я прикусил губу и начал наблюдать за боем.
Билл уже поймал первый удар лицом. Осталось два.
— Давай, Билл! — заорал я с трибуны — Ты танк! Ты кувалда! Давай!
Друг обернулся, посмотрел на меня и улыбнулся, показав большой палец вверх. Затем он снова перевёл взгляд на противника. Кейтаси прыгал с ноги на ногу, перемещая центр тяжести. У него действительно отличные физические данные. Полностью просматриваемый рельефный пресс, большие плечи и сильные руки. Билл ему не соперник. Единственная возможность выиграть для толстяка появится, если Кейтаси вдруг потеряет сознание.