Начальник Америки (СИ)
Человек бросил быстрый взгляд на шхуну, на перевязь с пистолетами, но, видимо посчитав силы неравными, решил не дёргаться.
Для швартовки крупных лодок на небольшом подходящем клочке берега были устроенны временные мостки. Доски опирались на ветви крупного дерева, которое из-за размытого берега сильно накренилось, но еще держалось. Судя по всему доски переставляли с ветки на ветку, то ниже, то выше, в зависимости от уровня воды.
Проверив шестом глубину команда аккуратно подвела шхуну к пристани.
— Могу я войти? — крикнул с палубы Тропинин.
Он произнес это на английском, но не смог подобрать подходящий глагол. Сойти? Подняться?
— Пожалуйста, — махнул рукой бородач.
— Проваливайте! — одновременно раздалось из палатки.
— Брось, Хельмут, — возразил бородач, рассматривая сошедших с корабля гостей. — Дай мне хоть поговорить с новыми людьми. К тому же с ними наш старый приятель.
Он повернулся к пленнику.
— Раш, я же предостерегал тебя от нападения на европейцев. Твои гальветты годятся пугать рыбаков, но против белого человека, даже если он путешествует на маленькой яхте, у твоей банды кишка тонка.
— Я не думал что они европейцы, сэр, — ответил пленник. — Полосатые паруса ввели меня в заблуждение. А их флага я не узнал.
— Куда тебе. Русские купцы и во Францию заходят нечасто.
Бородач вновь повернулся к Лёшке.
— Вы из Петербурга? Из Риги?
— Из Виктории.
— Не слыхал. Впрочем, на север меня занесло только однажды.
— Виктория не на Балтике. Мы пришли сюда из Америки.
— О, Америка! Приходилось бывать там. Какая прекрасная страна! Краснокожие сущие дети по сравнению со здешним населением. К тому же их мало. И это, пожалуй, главное преимущество. Нет, вы совершенно напрасно оставили Америку, месье…
— Меня зовут Алексей Тропинин. Это Яков Рытов, мой капитан.
— Шарль де Монтеро, лейтенант, к вашим услугам.
— Мы не слишком потесним вас, если сделаем здесь привал? К тому же хотелось бы поговорить, дабы прояснить ситуацию.
— Пожалуйста. Сейчас островок и правда невелик, нам даже пришлось отселить нескольких соплеменников Раша, но как только спадёт вода, станет вполне удобным для жизни.
Яшка махнул рукой. Со шхун попрыгали матросы. Однако часовые на борту остались. Вторая шхуна тем временем пристала к первой, поскольку подходящего места у берега больше не было.
— Однако угостить вас особенно нечем, — продолжил француз. — Мы не рассчитывали на такое количество гостей. Там в бочке дождевая вода. Но и её не хватит на всех, а пить из реки я бы не советовал.
— Не беда, — отмахнулся Тропинин. — У нас остались кое-какие припасы и питьевая вода. И если три дюжины моряков грозят опустошить склады маленького островка, то три его обитателя нашим запасам ущерба не нанесут. Так что разрешите отблагодарить за приют хорошим ужином.
Чижов принес несколько бутылок вина и корзину с продуктами (печеный картофель, местная зелень, мелко порубленная и отваренная солонина).
— Вино? — удивился Шарль.
— Испанское. Херес. Не знаю как перенесло путь, но неделю назад еще можно было пить.
— Хельмут! Дружище! Выползай и промочи горло.
Из палатки появился полный седой мужчина лет пятидесяти. Он жевал табак или бетель и передвигался с трудом. Видимо для разнообразия его камзол был синим.
Подумав, Тропинин решил добавить к вину вискарь.
— Этот точно не испортился.
* * *— Мы живём здесь уже полгода, — рассказывал Шарль после плотного ужина и доброй выпивки. — Служили в гарнизоне Шандернагора у губернатора Шевалье. Когда британцы вероломно напали на город, мы с Хельмутом, Рашем и парой солдат сопровождали лодку с товаром в верховьях. На обратном пути нас встретили друзья из местных и предупредили, что в Европе опять началась война и англичане, узнав об этом раньше нас внезапно напали на город. Ублюдки даже не сделали формального объявления.
Шарль говорил много, видно соскучился по разговору. Судя по всему, его немецкий товарищ был большим молчуном, а туземец не слишком образован, чтобы поддержать разговор.
— Мы разумеется не стали заходить в город. Вернулись вверх по Хугли, затем повернули на протоку, спустились по другому рукаву вниз и решили переждать на этом чудесном островке. Раш изредка наведывался в дальние деревни, узнавал новости, не закончилась ли война, не пришли ли подкрепления.
Он вздохнул, давая понять, что подкрепления не прислали.
— Не мы первые, впрочем, в таком положении, — усмехнулся француз. — Сам Гастингс прятался на островах в дельте Хугли вместе с губернатором Калькутты и комендантом форта Вильямс, когда Сураджа Доула взял город. Здесь так принято. Лучше бедовать на островах чем оказаться в Чёрной Яме старого форта.
От того как Шарль произнес это название у Тропинина пробежали мурашки по спине.
— Чем же вы тут живёте? — спросил он.
— Карточной игрой.
— Карточной игрой? То есть просто выигрывайте друг у друга провиант, тем и живёте? А мужики-то, дураки, и не знают. Землю пашут, чтобы прокормиться.
Француз рассмеялся.
— Тем не менее. Карты помогают бороться со скукой, а игра решает вопрос с пропитанием. Его добывает на всех проигравший. А поскольку проигрывал обычно Раш, он и занимался снабжением.
— То есть вы жили за счёт пиратства?
— Ну-ну, оставьте это, месье Тропини. Где добывал средства Раш, сугубо его личное дело. А карточный долг священен.
Француз ещё раз взглянул на пленника, который сидел в сторонке под присмотром мушкетеров.
— Собираетесь его повесить? — спросил он. — Ваше право, хотя парень славный. Сложись всё по иному, он стал бы добрым офицером.
— Нет, вешать я его не стану, — сказал Лёшка. — Нам нужен проводник и он отработает жизнь и свободу.
— Проводник? — заинтересовался француз. — Вы не пойдёте в Калькутту? Собираетесь углубиться в эту страну?
— Именно, — подумав, Лёшка решил, что не случится большой беды, если он раскроет французу часть плана. — Мы хотим пройти к Банкибазару, причём пройти так, чтобы не заходить в британские порты.
— Банкибазар? — удивился лейтенант. — Что он вам?
— Я его нынешний владелец.
— Вот как? — возбудился француз. — Становится всё интересней и интересней. А скажите, месье Тропини, не собираетесь ли вы случаем собрать войско, чтобы пободаться с англичанами?
— Всё что я хочу это защитить свою собственность. Для этого у меня есть пушки и ружья и достаточно к ним припасов. Людей, конечно, маловато.
— Отлично! А нет ли у вас офицерских вакансий для пары опытных европейцев?
— Заманчивое предложение, месье де Монтеро. Правда, я не планировал набирать целую армию, а офицеров у нас пока в достатке.
— Вас горстка, а армию из туземцев набрать проще простого. Сейчас не то чтобы затишье, на юге британцам еще урежут спеси. Но здесь на севере, после вероломного взятия Шандернагора у них не осталось серьезных врагов. По Бенгалии бродит много безработных солдат. Каждый будет обходиться вам по пять — десять сикка-рупий в месяц, в зависимости от опыта, офицер из туземцев обойдётся рупий в сто-сто пятьдесят.
— Сикка-рупий?
— Сикка — это бенгальские рупии, — пояснил француз. — Но они практически ничем не отличаются от бомбейских сират или мадрасских аркот. Можете платить ими, если хотите.
Тропинин вообще не хотел платить туземцам. Но европейцы могли пригодиться.
— Сколько это будет в пиастрах, Шарль? Можно называть вас по имени?
— Легко. Считайте пять рупий за два пиастра, Алексисис, не ошибетесь.
— А во что обойдутся офицеры из европейцев?
— Можем поладить на двухстах рупиях, притом, что всё снаряжение мы берём на свой счёт.
— Снаряжение? — улыбнулся Лёшка. — А где вы собираетесь приобрести русский мундир?
— Хитрите, месье Тропини, — погрозил пальцем Шарль. — Ваши люди не есть регулярная армия Вы купцы и держите обычных наёмников.
— Вот как купцы, мы и платим независимо от происхождения, цвета кожи и наличия патента, а исключительно за способности. Посему могу предложить вам лишь ту плату, какую получают все прочие наши офицеры и капитаны кораблей.