Начальник Америки (СИ)
— Проводников нам дадут, но носильщиков придется искать самим, — закончил Анчо доклад.
— Значит возьмем больше людей, чтобы проводили нас до озер, — заключил я. — И соответственно, больше шхун. А что с основным отрядом?
— Снаряжение готово, — доложил Комков. — Разборные лодки, инструменты, продовольствие, теплая одежда, упряжки и корм для собак. Всё на сорок человек. Собак Чиж с Колей обещали поставить в любом числе и уже обученных. Так что до конца лета экспедиция вполне успевает выйти.
— Отлично, — подхватил я. — Значит до октября перемахнем через перевал и сплавимся по Юкону. Возле Клондайка поставим городок, перезимуем. А весной посмотрим по обстановке. Скорее всего оставим человек пять в фактории, а остальные налегке по реке сплавятся к устью, где нас будет ждать шхуна. К следующему августу уже вернемся сюда.
Совещание длилось недолго. Народ разошелся на перерыв полный энтузиазма.
— Что это было? — наехал на меня Лёшка, когда мы вышли на балкон. — Что значит твоё «мы»?
— Я решил отправится на Юкон сам! — пафосно заявил я. — А с собой позову Колычева. Там и посмотрим, кто чего стоит.
— Тратить почти год на то, чтобы решить у кого из вас круче яйца? — усомнился Тропинин. — У тебя дел других нет?
— Тебе не понять нас, людей из второго тысячелетия, — усмехнулся я.
Лёшка почему-то обиделся. Полез за трубкой. Запыхтел, выпуская дым.
— Ну тогда я отправлюсь вверх по Змеиной, — пробурчал он, наконец.
Это направление было следующем в списке, но оно не считалось срочным.
— У нас есть и более насущные задачи.
— Но ты, кажется, только что собирался потерять год лишь на то, чтобы помериться причиндалами с имперским чиновником, — усмехнулся Лёшка. — К тому же Змеиная станет частью главной тропы между центром материка и тихоокеанским побережьем. Нам нужно прибрать столь удобный путь к рукам раньше бостонцев.
— Но они ещё даже не приобрели Луизиану!
— Кто знает, какой камушек истории мы сдвинули. — возразил Лёшка. — Как только дойдет слух о Виктории, могут рискнуть. Не те так другие.
Мы вернулись в оперативный зал и выдвинули карту Орегона. Столь же секретную, как и карта Аляски.
— Ну это просто, — подумал я вслух. — От слияния Колумбии и Змеиной поднимитесь до водопада Шошони и поставите форт. Таким образом, перережете тропу с востока и застолбите весь Орегон.
— У меня другое предложение, — возразил Лёшка. — Мы пойдём вверх по Змеиной реке, но не до водопада, а до самого озера Джексона. Оттуда переносом доберёмся до истоков Зелёной реки. По ней сплавимся до речки Ямпа и поставим там пограничный пост.
— Ха! — взглянул я на карту. — Сто седьмой градус! Хочешь прихватить сразу весь Дальний Запад?
— Для нас это Дальний Восток.
— Но там же сплошь горные реки.
— Мы пойдём на байдарках. Их удобно переносить.
— Ладно, дальше-то что?
— Сплавимся по Зелёной реке до Колорадо, а по ней через Большой Каньон до вот этого озера.
— Это не озеро, это водохранилище. Его пока что не существует. Чёрт, надо отредактировать карту.
Я похлопал себя по карман, словно в поисках ластика.
— Тогда сразу до озера Мид, — продолжил Тропинин. — Там поставим ещё одну крепость. Она прикроет границу с Новой Испанией.
Я ещё раз посмотрел на карту и хмыкнул.
— Будешь в Лас-Вегасе, поставь за меня пару астр на чёрное. Но если серьезно, даже в том случае, если тебе удастся забраться так далеко, это будет лишь половиной дела. Вопрос в том, как ты выберешься из этой задницы? Обратно вверх по горным рекам тебе не пройти. Это, на минуточку, тысяча километров с гаком. Отправишься через пустыню? Но это ведь не просто пустыня, это Долина Смерти. Сплошное пекло и ни капли воды. А у тебя ни лошадей, ни мулов. Пешком?
— Мы могли бы сплавиться дальше до Калифорнийского залива.
— И попасть в лапы испанцам? Думаешь, им понравится, что кто-то «открывает» их земли?
— После того как я расставлю пограничные посты, я готов попасть и к испанцам, — не без пафоса заявил Тропинин. — Ты пойми, это возможность поставить жирную точку. Одним походом установить окончательную границу наших притязаний, а не отгрызать куски наскоками. В такое дело можно вложить любые средства. Игра стоит свеч. Да при такой цели можно и жизнь на кон поставить.
— Да уж. Но понимаешь, мне сдаётся, тебя малость заносит. Я предлагаю дойти до водопада — это пятьсот вёрст по прямой, а по реке, которую недаром прозвали змеёй, наверняка больше тысячи. Но это хотя бы реально. И принесёт реальную пользу — мы получим пригодные для освоения территории и отодвинем границу от океана. Твои же планы какое-то прожектёрство. Пространства огромные, но большей частью пустыни и горы.
— Это говоришь ты, который собирается на Аляску, где те же самые пустыни и горы только что покрытые снегами?
— Там есть золото!
— Золото есть везде!
— Но у тебя не хватит сил перекрыть все тропки. Знаешь, вот собачка бежит вдоль проспекта и писает под каждым столбом. Она полагает, будто метит территорию и значит весь проспект принадлежит ей по праву. Но только другим собачкам глубоко плевать на её старания, они могут легко пописать и сами. Замысел твой сопоставим по сложности с какой-нибудь гималайской экспедицией, с переходом через Тибет. Задуманный маневр грандиозен, а территория охваченная им огромна. Но большая её часть является бесплодной пустыней. Стратегически такое положение весьма уязвимо. Тонкая пограничная линия тянется по горной реке, а в тылу хребты и пустыни. Гораздо разумнее в будущем оставить бесплодные земли между нами янки.
— Вот пусть и будут, но под нашим контролем.
— Допустим, американские власти признают границы, но колонисты не слишком законопослушны. Почему бы тебе тогда уж сразу не отправиться на Миссури? Это даже проще. Там перенос километров тридцать и горы поменьше. Дойдёшь до Канзаса, а то и до Сент-Луиса. Оттяпаешь половину Америки.
— Тебе надо ты и оттяпывай, — обиделся Лёшка. — А мне хватит и Колорадо. И чего ты всё время язвишь, ищешь какие-то препятствия, огрехи? Нет бы, подсказал что-то полезное.
Я стал изучать карту подробнее. Затем достал из сейфа ворох старых копий. Лёшка ориентировался на расстояния между истоками рек, выбирая кратчайший путь. Но водораздел водоразделу рознь, а горные системы на моей схеме обозначались весьма приблизительно. Я же набив шишек на якутских дорогах, относился к перевалам с почтением. Однако не зря я в своё время старательно переводил на бумагу несуществующие шоссейные и железные дороги.
— Ямпа тебе не нужна, — высказал я мнение. — Вот смотри где проходят через горы дороги. Шоссе и железки тут в одну нитку сливаются, а значит выбор у строителей был ограничен. Там наверняка ущелье или долина. Дефиле, одним словом. Одна такая дорога идёт в ста верстах севернее Ямпы, другая в ста верстах южнее. По ним и попрут переселенцы с мормонами. Там и нужно ставить пограничные крепости.
— Пожалуй, — согласился Лёшка.
— Это что касается крепостей. Ума не приложу, как ты собираешься их снабжать и поддерживать, но об этом потом. Теперь что касается пути. До озера Джексона подниматься не имеет смысла. По карте там перенос короче, но какие горы неведомо. А дорога, смотри, поворачивает от реки раньше. Тут километров триста, но зато наверняка по долине.
— Триста километров, это не шутка. Можно в первый раз добраться до Джексона, и разведать дорогу. А в следующую экспедицию рвануть через равнину. Там на месте посмотрим.
Лёшка умел вовремя сдать назад. И теперь его планы смотрелись вполне реалистично.
* * *Сделать вызов капитану на столь необычный поединок оказалось проще простого. Я развернул перед ним карту побережья (гораздо менее подробную, изобилующую белыми пятнами и ошибками) и сообщил:
— Мы стоим на побережье, словно на одних носках узеньком порожке, и малейшего толчка в грудь хватит, чтобы опрокинуть нас в океан. А по ту сторону Скалистых гор как за плотиной скапливается огромная сила. Британцы, французы, бостонцы, испанцы. Когда она прорвётся, она сметёт всё.