Ведунские хлопоты (СИ)

— По рукам. Самые легкие деньги в моей жизни, емае.
Правда, руку жал с некоторой опаской. Но как только понял, что на этот раз ничего не произойдет, и ушастый мальчишка не превратится в Мефистофеля на полставки, совсем повеселел.
— Так что, как там тебя…Матвей… какие наши планы? Чего делать будем? — спросил он с легкой издевкой.
Среди пацанов это называлось «поверил в себя». Если честно, у меня не было даже желания разубеждать Колобка в его правоте. Чего доброго еще передумает.
— Сс… смотри как бы обдериха его не порвала прежде, чем он тебе денег отдаст.
— Будет лишний повод позаботиться о его безопасности.
— Ты че там говоришь, емае?
— Нужно поставить камеру напротив хамама.
— Это противоречит нашим… — начал Хамелеон.
— Всего на одну ночь, — объяснил я. — Утром снимете.
— Ага, он эту, емае, как ты ее назвал…
— Нечисть, — подсказал Хамелеон.
— Вот-вот, нечисть снять хочет. Я всегда с собой беру, видеокамеру. Давая, Костя, хер с ней, камеру воткнем, емае.
Мы еще обговорили несколько деталей, после чего попрощались. С Хамелеоном тепло — хотя оставалось только догадываться, что он думает на самом деле, с Колобком скорее вызывающе. Этот пузырь даже в глаза мне посмотрел, видимо, решил, что все это ему привиделось.
Я еле сдержался, чтобы не выплеснуть хист. Пусть думает, что угодно. Хорошо смеется тот, кто забирает весь кэш и уезжает в закат. Счастливой выглядела разве что Светлана. Она единственная, кто из всех присутствующих верил в меня без всяких оговорок. Поэтому тоже считала, что скоро мы заработаем легкие деньги.
Тогда как я про это думал совершенно иначе.
— Чего делать будешь? — спросила меня Юния, когда мы во второй раз за сегодняшний день покидали это заведение.
— Мышеловку поставлю, чтобы хоть как-то сдержать нечисть. А уже потом ворвусь сам. С мечом наперевес.
— Мышеловку ближе к двери сс… ставь. Иначе раньше времени угодит. И борову этом скажи, чтобы сс… потом к двери бежал.
Я кивнул. Замечание было дельное.
— Ты мне, Матвеюшка, сс…скажи, много ли ты нечисти убил?
— Нормально, — ответил я. — А чего ты спрашиваешь?
— Сердце у тебя слишком доброе, да рука мягкая. Даже меня в живых зачем-то оставил. Сс… не убийца ты, а тут действовать придется быстро, без раздумий. Как бы жалеть ты обдериху не стал.
— За что ее жалеть?
— Сс… так в своем праве она. Живет обдериха в этой, прости Господи, бане. Пусть такой срамной я в жизни не видела. И сс… наказывает тех, кто ведет себя неправильно.
Я даже на мгновение смутился. Что-то в словах Лихо было. Ведь та же нечисть она действительно вроде программ, которые существуют в рамках определенного кода. Они, может быть, и рады жить по-другому, но не могут.
Подумал и тряхнул головой. Вот уж хрен. Не в своем праве нечисть людей убивать за то, что они помылись в неурочный час. Какие бы это люди не были. И плевать мне на обычаи и поверья. Да, может я действительно отличаюсь повышенным миролюбием. И на моих руках лишь кровь лешачихи, да вурдалака, которые оба не сказать, чтобы совсем нечисть. Но в этот раз я точно сомневаться не буду. Потому что если эта тварь начала убивать людей, она теперь никогда не остановится. А судя по упорству Колобка, он и дальше будет поставлять ей жертв.
— Извините, Матвей, вы закончили? — спросила Светлана.
Я понял, что мы уже минуты две стоим на улице. Рыкалова даже успела закурить тоненькую сигарету. Представляю, как это выглядело. Я иду и спорю с самим собой. Если бы у меня не было определенной репутации специалиста по работе с необъяснимыми явлениями…
— Да, извините, вечером вы можете не приезжать.
— Матвей, шутите, чтобы я пропустила такое?
— Это может быть довольно опасно. Никогда не знаешь, как поведет себя нечисть.
— Но ведь вы будете тут, — легкомысленно ответила Светлана.
За разговором мы дошли до ее машины, которая стояла с противоположной стороны от моего Зверя. Но у меня была еще одна тема для беседы.
— Светлана, для вас есть еще потенциальный способ разбогатеть. Сейчас.
 
Я вытащил со Слова две мешка крестсежа, один перемолотый, один еще свежий. Рыкалова на внезапное появление двух тюков постаралась отнестись спокойно, хотя глаза ее и удивились.
— Это одно растение. В местах, где я его достал, из него пекут хлеб. Этот хлеб можно есть несколько дней и не чувствовать истощения. Понимаете, о чем я?
— Не совсем.
— Для начала, мне нужно сделать химический анализ этого растения. А после можно попробовать использовать его в нашем м… у нас. У него, правда, есть одна неприятная особенность, он очень горький.
— И как вы хотите его использовать, Матвей?
— Есть несколько вариантов. Самое простое, что приходит в голову…
И я рассказал Светлане о своих мыслях по этому поводу. Она, надо отметить, не забраковала сразу мою идею. Просто ответила, что в данной сфере не сказать, чтобы очень компетентна, но все разузнает.
Вроде все шло попросту замечательно. Обычно, когда я так думал, судьба сразу била меня по голове пыльным мешком. И ладно бы с крестсежем. Именно в этот момент на дороге показалось авто. Очень уж знакомый Солярис с характерной вмятиной на капоте.
Я от неожиданности даже спрятался за иномаркой Рыкаловой. Не знаю почему. Наверное, не хотел, чтобы бывшая начальница видела меня здесь.
Зоя, а это была она, внимательно посмотрела на Зверя, будто о чем-то догадавшись, а после все же припарковала машину и выпорхнула из нее.
При взгляде на девушку у меня в груди что-то неприятно заныло. Это как раз из той оперы, когда ты выходишь из дома в драных шортах и встречаешь шикарно одетую и накрашенную бывшую. И пусть Зоя не относилась к разряду экс, но что-то в этом было. Да выглядела она сногсшибательно, в коротких джинсовых шортах и топике, с развевающимися волосами и грустно-задумчивым взглядом. Она даже мимолетно кинула взор в сторону Светланы, правда, недолго, после чего поспешила к зданию.
— Знакомая? — спросила меня Рыкалова.
— Да. Из прошлой жизни, — ответил я, продолжая следить за Зойкой.
Ее уже вышли встречать. Да не кто-нибудь, а сам Колобок. Он обнял Зою и чмокнул ее в щеку. А та даже не собиралась сопротивляться.
— Раньше за девочек отвечал Костик, — задумчиво сказала Рыкалова. — Но все течет, все меняется.
— Да, все течет, все меняется, — повторил я, глядя, как парочка скрылась внутри.
А сам наскоро попрощался со Светланой и поспешил в машину. Я был так зол, что даже Лихо, чувствуя мое состояние, не рискнула вставить свой едкий комментарий. Что-то черное, нехорошее овладело мной. И даже возникла чудовищая мысль. Черт с ними, деньгами, а что, если сегодня вечером чуть опоздать, когда появится обдериха?
  
Глава 9
 
День прошел как в тумане. Я что-то делал, с кем-то говорил, что-то ел. Но из головы не выходила Зоя и проклятый Колобок.
Странно это все. Меня вообще сложно назвать ревнивым. Да и формальных поводов для такого чувства у меня нет. Кто я Зое, а она мне? Вот именно, что никто. Меня с той же приспешницей Инги в данное время связывает больше.
К слову то, что я не позвонил ей в сердцах — делало мне немного чести. Совсем чуть-чуть. А ведь сначала хотел набрать. Даже формулировку придумал — отомстить. Кому? За что? Непонятно. Тоже мне, блин, нашелся Зорро или Граф Монте-Кристо.
Замечательно, что не стал пороть горячку. Обычно под воздействием эмоций ничего хорошего не выходит. У меня уж точно.
А так — помотался по городу без всяких определенных целей. Потом даже домой заехал. Правда, у меня с каждым днем укореняется ощущение, что это место меньше всего походит на мой дом. Надо все-таки Костяна побыстрее выпроваживать. Поэтому я посмотрел, как бесцельно проводит жизнь нечист и поехал в единственное место, где мне хотелось бы сейчас быть. В лес.