Ведунские хлопоты (СИ)

— В другое время саму мысль о том, что чуры могут навредить рубежнику, я счел бы оскорблением, — торопливо проговорила могущественная нечисть и сделала небольшую паузу. — Но в текущей ситуации вынужден признать правоту претензий.
— Былобыслав, давайте так, я скажу, где был и чем занимался, а вы откроете мне один секрет?
— Какой?
— Зачем чурам столько серебра? Вы его солите? Или знаете что-то о биржевых котировках и запасаете впрок?
Нечисть грустно выдохнула, и почесала лоб.
— Ну что, значит, обратно? — спросил чур, давая понять, что разговор на этом закончен.
— Было бы славно, Былобыслав.
Домой я добрался без особых проблем. Если не считать, что пришлось объехать одну аварию, да заглянуть на СТО — по пути умудрился напороться на гвоздь — то даже без невезения. По сравнению с масштабом возможной непрухи, просто небольшие жизненные неурядицы.
Приехал я затемно, обнаружив на улице лишь распахнутую дверь в баню и уже остывший мангал. Из дома раздавалась какая-то странная грустная музыка, услышать которую я никак не ожидал. Мне думалось, что как только Васильич покинет эту вечеринку, здесь начнется трэш и угар. Но нет.
Внутри мне пришлось лицезреть картину, которая и вовсе обескуражила. Гриша сидел, положив голову на руки и смотрел на налитую стопку. Именно смотрел, а не торопился выпить.
Возле расположился Костян, у которого глаза были на мокром месте. Наверное, еще чуть-чуть, и он бы действительно заплакал.
А завершал картину стоявший в полный рост Митька, который играл на подаренной флейте «Одинокого пастуха». Ну ту самую старую композицию, которую во все фильмы еще запихивали.
И надо отметить, что черт играл действительно превосходно. Ни одной фальшивой ноты, нигде не перетягивал и не ускорялся. Для самоучки — просто отлично. Я и сам замер, боясь разрушить эту хрупкую красоту. Но, как оказалось, безуспешно. Обувница за моей спиной неожиданно грохнулась, явно под весом кроссовок, и таинство вечера испарилось.
— Пришел, — проворчал Костян. — Кинул нас и срулил. Потом и Васильич со своей этой… Гриша, скажи, я скажу…
— Кикиморой, — подсказал бес.
— Ага, кикиморой ушел. Умеешь, короче, ты вечеринки устраивать. Еще черт твой грузит. Дайте, говорит, сыграю одну штуку.
Костян замолчал, схватив стопку, следуя примеру Гриши. Опрокинули они ее почти синхронно.
— Моть, вот ты скажи, вот вроде все есть. Машина, квартира, жена. А че-то счастья нет. Это как?
— Разве счастье измеряется в машинах? — подошел я, отбирая бутылку.
— А в чем?
— Не знаю. Сложный вопрос, Костян. Кто-то говорит, что без детей не может представить жизнь. Кто-то без любимого дела. Иной без… — я почему-то посмотрел именно на Гришу, а не на Митю. — Хобби. Каждому свое.
— А ты счастлив?
— Сегодня, в данный конкретный момент, да. И даже ты этого не сможешь испортить. Давайте завязывать с бухлом, я сейчас заварю вкусный чай, и мы его и будем пить.
— Может, это и правда идея, — вполголоса прошептал друг.
— Какая?
— Дети.
— Костян, вот тебя сегодня мотает. Давай ты немного выдохнешь и завтра задашь себя этот вопрос снова. Не забудь, детям надо быть примером, а не угрожающим предупреждением.
— Моим детям хотя бы легче будет жить, чем твоим.
— Чего это?
— Они таких ушей не унаследуют!
— Тебя спасает лишь то, что я тебя ненароком могу покалечить, — стараясь сдерживать смех, ответил я.
— А еще то, что я тебя могу левой уработать, — фыркнул Костян, но на всякий случай стал обходить диван.
В следующее мгновение бес с чертом принялись вопить на все лады, потому что два человека сцепились между собой. Вот только борьба прерывалась лошадиным ржанием Костяна и моим хихиканьем. Видимо, нечисть не представляла, что можно «драться» вот так, шуточно.
— Почти четверть века живешь, а все такой же дурак, — сказал я, все же поборов друга.
— Четверть века, — передразнил он меня. — Пушкина начитался? И да слезь ты, просто повезло.
— Ну да, мне-то и повезло. Гриша, чего смотришь, чайник ставь.
— А знаешь, Моть, мне кажется, что дети у нас с Ольгой будут красивые, — на полном серьезе ответил Костян.
 
— Лишь бы чуть поумнее, чем биологический отец.
— Ну если так, тогда… второй раунд! — крикнул друг, используя самый подлый прием, бросившись на спину.
В общем, спас я вечер не только в изнаночном мире, но и в своем, родном. Чай мы пили уже отвешивая шутки в адрес друг друга. Порой доставалось и нечисти. Чаще всего, конечно, Грише. Потому что… да черт знает почему.
И самое собой, не обошлось без неодобрительных комментариев Лихо, которая считала, что серьезные рубежники так себя не ведут. Надо будет у нее спросить, как должны вести себя достойные ведуны и кощеи. Может, действительно какой-то свод правил есть.
На следующее утро я встал раньше всех. Митя попробовал подорваться, но видя страдания на его лице, я отправил черта отсыпаться. Опять они полночи пьянствовали. Костян еще поставил себе целью научить мою нечисть играть в покер, потому что у него компании не было. Выходило пока так себе. Митя все время пытался побить карты моего друга и сбросить в «биту», а Гриша не мог запомнить комбинаций. Хотя пафосные названия вроде «фулл хаус» или «стрит флеш» ему очень нравились.
Даже запах жареной яичницы не пробудил моих домашних пьяниц. Я же подошел к настенному календарю и зачеркнул сегодняшнее число. Осталось еще шесть дней. Не то, что меня тяготит общество с Костяном, но его лучше любить, как родителей — на расстоянии или временами наведываясь в гости. Становиться постоянной частью его экосистемы мне не хотелось.
— И куда… Сс… мы едем?
— К моему директору по связям с общественностью. Надо дом каким-то образом выкупать. Точнее, я знаю, каким именно.
Светлана назначила встречу в Промышленном микрорайоне, чем немало меня удивила. Почему? Ну хотя бы потому, что здесь асфальт не везде был. Про остовы от зданий времен Советского Союза и говорить нечего.
Правда, с последнего моего посещения, Промышленный чуть-чуть преобразился. Было видно, что часть земли выкупили — появились металлические глухие заборы, где-то залили фундамент. Но и старых развалюх по-прежнему было предостаточно.
Рыкалова ожидала меня возле здоровенного двухэтажного здания, построенного явно с нуля. Учитывая свеженький фасад, пластиковые окна и даже уличные фонари, выглядело оно в Промышленном микрорайоне очень… неожиданно.
— Доброе утро, мы точно по адресу?
— Точно, Матвей, — кивнула Светлана.
— И что тут? — указал я на здание.
— Скажем так, многопрофильное заведение, где богатые люди могут отдохнуть как им заблагорассудится, не боясь быть увиденными. Сауны, карточные столы, девочки, рулетка. Несмотря на окружение, это очень серьезное место и сюда просто так не попасть. Владельцам пришлось приложить много сил, чтобы это место посещали иностранцы. Понимаете, о чем я?
— Понимаю. Думаю, не обошлось без покровительства силовых структур, так?
— Зачем задавать вопросы, ответы на которые и так известны?
— Сам не знаю, дурная привычка. Пока все очень непонятно. Зачем мы здесь?
— Тут произошло неприятное происшествие. Точнее, два происшествия. Пару недель назад в сауне задохнулась девушка из группы сопровождения.
— Какое красивое название, — ухмыльнулся я. — Проститутка, короче.
— Проститутки на трассе или в дешевых банях, здесь именно группа сопровождения. Дорого, красиво, качественно.
— Поверю вам на слово.
— В общем, ничего такого. Выяснилось, что у нее была астма. Правда, на шее обнаружили следы, будто бы от удушья… — Светлана помолчала, словно ей самой не нравилось это рассказывать. — А несколько дней назад ситуация повторилась. Только на сей раз не с девушкой, а с одним из отдыхающих.
— Тоже умер?
— Нет, ему повезло. Он успел выскочить из парной. Но рассказывал всякие страсти. Что какая-то пожилая женщина с огромными зубами напала на него. Пыталась задушить, расцарапала шею. Один раз — случайность, два — уже закономерность. Ну и поползли ненужные слухи. Кто-то ляпнул, что здание построено на старом кладбище, и… вы понимаете. Пока ситуация не критическая, но если что-то плохое опять повторится.