Её звали Лёля (СИ)

Вот и теперь мимо Лёли прогромыхал трамвай с неизменными мальчишками на заднем прицепе или, как его по-простому называют, «колбаса». Девушка улыбнулась: порой сорванцов было так много, что вагоновожатой приходилось выходить из кабины и прогонять их, угрожая вызвать милицию. Иногда даже с палкой отгоняли. А что толку? Слетят, как встревоженные воробьи, отбегут. Стоит трамваю дальше поехать, – тут же подбегут и снова прыг на «колбасу».
Зимой электротранспорту и вовсе тяжко приходилось. Лёля сама видела, как трамвай, облепленный мальчишками на «колбасе», натужно пытался забраться на холм возле кремля. Рельсы обледенели, силёнок у техники не хватало, – внутри-то всё битком! – и колёса прокручивали. Но сейчас жаркое лето, мальчишек нет. Все на речках – купаются, загорают. К первому сентября будут похожи на закопченные колбаски – кожа темная-темная, и только белые зубы сверкают, когда улыбаются.
– Здрасти, тёть Лёль! До свиданья, тёть Лёль! – прошмыгнул мимо девушки соседский мальчишка. Бежал босиком, в одних шортах, в больше на теле ничего. Зато в руках – дыня. То ли дома взял, то ли стырил у кого в огороде.
Лёля улыбнулась, глядя сорванцу в след. «Когда-нибудь и у меня будет сын, – подумала с радостью в душе. – А лучше, мальчик и девочка». С этими мыслями она вошла во двор своего дома.
 Глава 8 
Ольга некоторое время молчит в трубку. Понимаю: пытается переварить мной сказанное. Да, сумел девушку удивить. То наговорил с три короба, что меня раскопки не интересуют, а то вдруг загорелся стать участником поискового движения. Не по-мужски как-то, нелогично. Веду себя, будто взбалмошная фифа: то одно, то другое. Наверняка моя собеседница думает теперь точно так же. Что ж, придётся с этим смириться. Мне, а не ей. Ну, а лучше постараться изменить мнение обо мне. Если получится.
– Не думаю, что это хорошая идея, – сухо сказала Ольга.
– Это почему ещё?
– Потому что такие, как ты, в поисковом движении – балласт! – жестко ответила девушка.
Я даже поперхнулся. Вот это да! У ласковой кошечки, оказывается, очень острые зубки! Но ничего, будем приучать помаленьку.
– А тебе не приходило в голову, что люди меняются? – спросил её.
– Приходило. Но не в отношении тебя, – Ольга была по-прежнему бескомпромиссной.
– Послушай, Оля. Давай не будем ссориться. Я поеду с вами, посмотрю, что да как…
– Нет, Костя. Это ты меня послушай. Ты – балласт, и там туристы никому не нужны. Понятно? Мы занимаемся не просто копанием в земле. Мы восстанавливаем историческую справедливость. Ищем заброшенных и потерянных бойцов. Ты видел когда-нибудь, как внук или даже сын или дочь плачут над могилой обретённого отца или деда? Чаще даже прадеда, конечно, но не суть. Видел?
– Нет, но…
– Вот именно! Ты не понимаешь, насколько людям это важно – найти пропавших родственников. Знать, что они не валяются костями где-нибудь в заброшенном окопе, а что у них есть могила, а на ней – имя, фамилия и отчество, – всё это Ольга говорила очень убежденно, и я впервые слышал от неё подобные речи.
– Короче, мне можно с вами или нет? – я начал нервничать. Какая-то девчонка будет мне ещё отказывать! Разве движение у них не добровольное? Почему я должен её слушаться во всём? Слишком много чести! – Может, мне обратиться к вашему начальнику? Или кто он там, командир?
– Обращайся, – сказала Ольга и положила трубку.
Не ожидал от неё такого. Что произошло? Чем я так сильно её задел? Подумаешь, поисковое движение! Я раньше о нем только слышал, но значения никакого не предавал. Теперь вот столкнулся, но даже подумать не мог, что для кого-то всё это имеет такую большую ценность! Особенно для хрупкой девушки Ольги. Как мне теперь быть? Если не поеду, вляпаюсь по-крупному. Родители обидятся, начальница мозг съест. Куда ни кинь – всюду клин!
Мне остался последний шанс. Я полез в интернет и стал искать того, кто в нашем регионе командует поисковыми отрядами. Должен ведь быть такой человек! Он нашёлся довольно скоро. Интересный человек оказался. Полковник ВДВ в отставке, награждён орденом Мужества и прочими. Прошёл Афганскую войну, был ранен. Словом, настоящий герой, не выдуманный и не та фитюлька, которых теперь развелось видимо-невидимо. Носят какие-то игрушечные медальки, ветеранами прикидываются. Начитался я про них в интернете.
 
Какая-то бабка дальше всех пошла: в генерал-полковницы себя произвела и дважды Герои Советского Союза. Эту клоуншу даже на Красную площадь пустили во время 9 мая! Не понимаю, куда смотрели? Видать, ослепил их блеск её поддельных побрякушек. Ну, а этот, Герман Крапов, видать, в самом деле человек геройский. Вот ему я и позвонил. На рабочий, конечно. Сотовый найти не смог. Но оказалось, у него переадресация стоит.
Пообщались. Я сказал, что хочу поехать с ними в экспедицию в Волгоградскую область. Причина простая: у меня в Сталинградской битве предки участвовали. Родная сестра прабабушки и её отец. Получается, мой прапрадед. Вот и хочу побывать в тех местах. Посмотреть, что видели они. Представить, а ещё помочь в поисках бойцов Красной Армии. Наплёл, конечно. Не буду же я рассказывать, что мне надо на пару недель свалить из Астрахани, чтобы не засветиться тут. Жаль, пропал отпуск. Ну, зато на работу не припашут.
Герман Сергеевич сказал, чтобы я завтра с утра приходил к ним в штаб. Назвал адрес, и я понял, где это – областное управление ДОСААФ. Так, кажется, называется. Видать, они тесно сотрудничают. Что ж, придётся ехать на поклон к этому полковнику. В десять часов уже был у него, и Крапов оказался человеком радушным, внешности своеобразной: невысокий ростом, под метр семьдесят всего. Но зато очень широкий в плечах, буквально квадратный. Грудные мышцы очень развиты, да и весь он мне напомнил одного культуриста, который в кино снимался раньше. Как же его звали? Прозвище помню – Динамит.
Когда Крапов мне пожал руку, я сморщился: сдавил пальцы, как тисками. Пригласил сесть напротив. Я разместился, и он сразу перешёл к делу. Стал спрашивать про тех, кто у меня был на Великой Отечественной. Кто мои родители, чем занимаются. Потом о моей работе поинтересовался. Короче, пришлось автобиографию рассказать. Полковник слушал, кивал, задавал вопросы. Я только не понимал, зачем ему это всё. Он прочитал вопрос в глазах и сказал:
– В поисковом движении не нужны лишние люди. Те, кому хочется поехать ради прикола или хайпануть в соцсетях, понимаешь? – он сразу перешёл на «ты», а я к нему уважительно на «вы», он же старше.
– Да, понимаю.
– Так вот мне кажется, ты – лишний, – и уставился на меня своими темно-карими глазами. Замолчал, ждёт, что скажу.
– Это не так. Мне в самом деле интересно, где воевали мои предки, – сказал я. Подумал и добавил. – И ещё у меня девушка туда едет. Ольга Ерохина. Мы вообще коллеги, но так вышло.
Полковник продолжал буровить меня взглядом. Я глаза не отвёл, выдержал.
– Что-то ни разу не слышал от Оли о наличии у неё жениха, – усмехнулся Крапов в густые пшеничные усы.
– Мы недавно стали встречаться, – соврал я.
Снова пауза. Полковник провёл несколько раз пальцами по верхней губе, разглаживая усы. Затем достал сигарету, закурил. Только теперь я заметил у него на краю стола большую хрустальную пепельницу, полную окурков. «Не щадит здоровье офицер», – подумал. Хотелось закашляться – дым уж очень неприятный. Пришлось терпеть. Тут его царство-государство, я лишь временный гость.
– Хорошо, – вдруг сказал Крапов. – Берём тебя с собой. Но учти: три нарушения дисциплины – и ты выметаешься из отряда. Договор? – он встал и протянул мне руку. Я сделал то же и снова чуть сморщился: как же крепко пожимает! Аж кости затрещали.
Потом полковник сказал, когда отъезжаем. Оказалось, сегодня в восемь часов вечера. Значит, у меня есть время на сборы. Что брать с собой, Крапов не сказал. Придётся самому в интернете поискать. Я быстро вернулся домой, нашел на форуме поисковиков, какое снаряжение лучше подходит для полевых условий. Что-то нашлось (учитывая вчерашнюю покупку) сразу, за некоторыми вещами пришлось ехать в магазин. Попутно купил билет на поезд, и четверть восьмого уже стоял возле статуи Ленина.