Её звали Лёля (СИ)

То ли дело Валентина. Она уродилась вся в отца. Высокая, статная, с красивой упругой грудью третьего размера, которая после родов ещё дороднее, с волнистыми русыми волосами и небесно-голубого цвета глазами. Настоящая русская красавица. Редкий мужчина, видя ее на улице, не поворачивал голову и не смотрел вслед. Неважно, был ли то мальчишка-подросток или умудренный опытом гражданин преклонных лет.
Валя прекрасно знала, какое впечатление производит на сильный пол, потому иногда этим пользовалась. В рамках приличий, естественно. Потому редко домой приходила пешком. То какой-нибудь военный или чиновник её на персональном автомобиле с водителем прокатит, то она прикатит, весело смеясь, на заднем сиденье мотоцикла. Или даже как-то раз вся семья изрядно удивилась, заметив Валю, восседающую на лошади позади милиционера. Сначала подумали было, что её арестовали, но тогда зачем домой привезли?
Девушка потом со смехом рассказывала, как построила глазки сотруднику органов, и тот предложил её подвезти. В магазинах, где руководителями были мужчины, ей отпускали товары без очереди, а уж поклонников на работе у Валентины и вовсе никто не смог бы сосчитать. Все на неё заглядывались, некоторые даже предлагали встречаться, но она всех умело водила за нос, не отвечая ни «да», ни «нет». Динамила, проще говоря.
Ей это нравилось, так себя вести. Хотя многие знакомые женщины считали Валю из-за этого вертихвосткой и ветреной натурой. Некоторые придумывали даже слова куда грубее, предполагая её обширные интимные связи с мужчинами. Но на самом деле всё было совсем не так. Валя была человеком нравственным, и потому её постель уже много времени никем, кроме неё и маленького Вовки, не занимал.
– Удержу винтовку! И даже пулемет! Ещё как! И штыком смогу, и прикладом! – Вскочила из-за стола разъяренная Лёля. Такие перепалки у неё с Валей происходили регулярно, родители на них даже внимания не обращали. Сестры, что тут скажешь. Сначала колют друг друга злыми словами, а потом вместе лежат на кровати – одну книжку читают и шепчутся за полночь.
– Девчонки, не время сейчас, – хмуро сказал Алексей.
 Глава 22 
Всю дорогу я чувствовал себя изгоем. Не с кем было даже словом перекинуться. Ольга общалась с той знакомой девушкой, парни между собой или с другими поисковиками. Мне пришлось слушать музыку. Хорошо, что во время пути, чем громче она звучит, тем лучше под неё спится. Жаль, зарядки телефона хватило ненадолго, и потом пришлось смотреть в окно.
Волгоградский пейзаж, что тянулся вдоль дороги, немногим отличается от астраханского. Хотя формально здесь уже и не Прикаспийская низменность, ровная, как стол, но разница небольшая. Разве что овраги встречаются гораздо чаще и небольшие холмы. Ну, а так даже не отличишь. Хотя есть разница в климате. Помню, однажды мы ездили всем классом на экскурсию в Волгоград. Это было в начале марта, накануне Женского дня.
Когда уезжали из Астрахани, там ярко светило солнце, дороги высохли, было тепло, и народ стал переодеваться в весеннюю одежду. Пока мы ехали, природа радовала теплом. Но когда добрались до севера области, внезапно небо нахмурилось. Его затянули низкие тяжелые тучи, а потом и вовсе пошёл снег. Сначала редкие снежинки, но чем ближе мы были к Волгограду, тем сильнее чувствовалось дыхание зимы.
Приехали, поселились в гостинице, а утром глянули в окно и ахнули: город буквально замело. Снега было так много, что люди с трудом шли по нему, проваливаясь в сугробы по колено. Мы выскочили на улицу и играли в снежки, было классно. Когда вернулись в Астрахань, снова поразились перемене: в нашем городе уже вовсю буйствовала весна, даже почки на деревьях набухли и готовы были вот-вот распуститься.
Вот и сейчас мне казалось, что я попал в другое измерение. Прямо как в тот момент, когда оказался сержантом Красной Армии. Забавно: мне всё это теперь, через несколько часов, казалось странным воспоминанием. Вроде то было видение или сон. Да и погода за окнами машины со мной будто согласилась: небо нахмурилось, стал накрапывать мелкий дождик. Это летом-то! В самую жару, когда в Астрахани даже капельки с неба не упадёт. А тут… Надо же.
 
Я с удивлением смотрел, как небеса проливают воду на сухую землю. Поисковики оживились, стали обсуждать погоду. Сначала мне показалось, что они ерундой занимаются. Какая разница, дождь будет идти полчаса или сутки? Но из разговора понял: это очень важно. Если будут ливни, то поисковые работы придётся приостановить. Невозможно ведь копаться в земле, когда её щедро поливает. Не видно ничего толком и опасно.
– А что опасного? – не выдержал я и вмешался в разговор двух незнакомых парней, сидящих впереди.
– Ну, как же! Ты что! – живо откликнулся один из них, рыжий, тощий, с яркими зелёными глазами. – Кстати, меня Анатолий зовут. Можно Толя. Я из Самары. Школьный учитель. Историю веду.
– Костя, приятно познакомиться. Астрахань. Я… ну так, офисный работник.
– Денис, я тоже из Самары. Слесарь-сантехник, – представился второй впереди сидящий.
– Так что опасного? – напомнил я. – Столько лет прошло. Там все железки давно уже рассыпались и в ржавчину превратились.
– Все, да не все, – ответил Толя. – Я в поисковом движении три года. Однажды откопали целый склад боеприпасов. В основном, мины. Немецкие. В цинковых ящиках, внутри всё тщательно закрыто промасленной бумагой. Как новенькие!
– И что? – мне стало интересно.
– МЧС сначала вызвали. Те – военных. Сапёры прибыли, место оцепили. Осторожно извлекли, отвезли на полигон и там взорвали. Вот, смотри! – Толя достал телефон, включил плеер.
На экране – большой котлован. Его кто-то снимает издалека. Внезапно посередине земля вздыбилась, взлетела вверх мощным фонтаном. Спустя секунду раздался сильный гул, снимающий едва устоял. Его заметно шатнуло назад.
– Видал? – восхищенно спросил Толя. – Взрывная волна. Там в общей сложности было почти полтонны в тротиловом эквиваленте. Мощь! А представляешь, если бы из нас кто-то задел? Взлетели бы всем отрядом на воздух. Или вот ещё случай. Один парень нашел запал от гранаты. Ну и думал, что мелочь, ерунда. Что он может? Самой-то гранаты нет. Взял, да и начал разбирать. Дурило! Тот у него в руке и взорвался.
– Ужас какой, – проговорил я. – И что?
– Двух пальцев как не бывало, – ответил Толя. – Потом кое-как пришили, конечно. Но сам понимаешь. Так что поисковая работа – она такая. Сопряжена с опасностями. Смертельными причем.
– Так, может, пускай военные этим и занимаются? – предположил я.
– У них своей работы много, – заметил Денис. Он оказался, в отличие от своего соседа, молчаливым.
Я вернулся на своё место. Стало тревожно. Не собираюсь я погибать или калекой становиться от оружия, которому больше 80 лет, что за ерунда! И ведь не предупредил никто, что там будет настолько опасно. Мне расхотелось ехать. Но вспомнил, чем чревато скорое возвращение домой. К тому же Ольга окончательно перестанет меня уважать. Если у неё вообще это чувство ко мне ещё осталось. Ладно, придётся терпеть. Ничего не поделаешь. «Даю себе три дня, потом еду обратно», – твердо решил я.
Вскоре наша машина остановилась.
– Прибыли! – прозвучал чей-то радостный голос.
Я выглянул в окно. Вокруг – какой-то посёлок.
– И что, мы прямо здесь копать будем? – спросил я Толю, когда взял свой рюкзак и стал продвигаться со всеми к выходу.
– Нет, тут у нас инструктаж. Потом дальше поедем, – ответил он.
Вышли и сразу оказались под дождём. Вот неприятность! Ни у кого даже зонтов нет. Лето ведь, жара! Была, по крайней мере. Пришлось спешить. Полковник повёл нас в какое-то одноэтажное здание. Оказалось, это местный клуб, внутри которого размещается местный поисковый отряд. Всего-то одна комната, завешанная патриотическими плакатами советских времён.
Крапова встретил местный начальник – пожилой мужчина лет под 70. Он напомнил мне старую воблу. Её долго держали на солнце, вот и высохла вся. Да ещё глаза на выкате, большая лысина с остатками волос по краям черепа. Неприятный тип, но с полковником они оказались старыми приятелями. Пожали руки, обнялись. Командир представил нас, а потом сказал: