Вернуться в осень

А что он теперь хочет? Жизнь так странно крутанула его колесо в этом мире, что теперь он даже и не знает точно... Или боится знать. Или не хочет знать. Потому что все равно будет так, как он не ожидает и даже не предполагает. Все его пребывание здесь – тому подтверждение. А пока... А пока он просто поставлен в тупик.
Сергей подошел к ближайшему окну и, раскрыв створки мозаичного окна, выглянул во двор. Он успел забраться довольно высоко – по этим лестницам и галереям...
Сверху вид был ничуть не менее живописен. Кроны старых дубов шелестели листвой, как будто древность и мудрость хранили какие-то свои, неразгаданные и давно забытые тайны, и с тихой и терпеливой снисходительностью поглядывая на зачем-то суетящихся и неугомонных людей – как мелки ваши проблемы и заботы, люди...
Чуть дальше перемигивалась солнечными бликами рябящаяся гладь воды – сверкнул отраженными лучами белый парус чьей-то крылатой лодки. За парком и озером поднимались остроконечные крыши и гербовые шпили соседей.
Он опустил голову вниз. Развесистая крона древнего дуба перед глазами занимала полдвора, ветви боковых зданий, являющихся одновременно наружными стенами, сверху белели ровными зубчатыми площадками и переходами, две сторожевые башни центрального входа тянулись вверх застывшими, но бдительными часовыми... Кареты лорд-капитанов, городской стражи и самих лорд-капитанов видно уже не было – наверное, уехали. Зато у ворот стояли с сумками, разинув рты на пол-лица и растерянно оглядываясь по сторонам, Юрм с Лаумой...
Сергей улыбнулся и быстро побежал вниз.
Ближе к обеду в ворота постучала огромная разношерстная толпа, вооруженная ведрами и тряпками, под предводительством нескольких «чинов» городской канцелярии. Сзади виднелось несколько озабоченных лиц офицеров городской стражи.
– Для контроля, – козырнул двумя пальцами старший. – Их много, вы можете не уследить за всеми...
Вокруг сразу закипела работа. Часть людей сразу поступила в распоряжение Лаумы – приводить в порядок хозяйственные помещения, в первую очередь – кухонь, колодца с пресной водой, нижних ледовых камер и подвалов для хранения припасов. Юрм с несколькими специалистами взялся за проверку системы отопления – печей, каминов, труб, в том числе и вентиляции... Остальные равномерно распределились по этажам – по совершенно различным направлениям. Кто-то сносил вниз, к оружейникам, оружие и доспехи со стен – для чистки и профилактики, кто-то – целыми группами – тягал бесчисленные столетние ковры, неизвестно почему сохранившиеся и не рассыпающиеся в пыль, кто-то чистил на стенах еще более бесчисленные канделябры и подсвечники – заодно меняя великое множество свечей и приготовленных факелов... Сергей даже и близко не предполагал всех этих объемов работ, тесно переплетенных с ремеслом и знанием.
Он забрался на самый верх – подальше от всей этой суеты, в которой он все равно не мог участвовать, так как сразу же начинал выглядеть полным профаном. В одной из комнат раскрыл настежь окно и улегся на диван, закинув ноги в сапогах на спинку и безучастно уставившись на перистые невесомые облачка. Ему было о чем подумать...
Эния уехала заключать договора с торговцами – должниками города на поставку различных продуктов и еще великого множества разных разностей... Казалось, что она знает абсолютно все обо всем и разбирается в этом всем на уровне специалиста. Что бы он только делал, если бы рядом не оказалась Энии-принцессы?
Вот только... Она была явно чем-то расстроена. И не хотела говорить, и старательно прятала глаза. И, кажется, не из-за замка, да и при чем здесь замок...
...Принцесса приехала уже вечером, когда величественные стены покинула вся эта гомонящая толпа работников, с тем чтобы вернуться и продолжить завтра. И сразу вызвала к себе Юрма с Лаумой – слушать отчет и явно – Сергей мог побиться об заклад, почему-то он уже хорошо знал Энию – кое-что разъяснить. Юрм с Лаумой с чего-то решили, что их скоро попросят на все четыре стороны и лезли из кожи вон, чтобы успеть угодить и сделать как можно больше. И, кажется, собирались работать и ночью...
Сергей не стал мешать. Изгибающаяся боковая галерея с узкими окнами-бойницами привела его в сторожевую башню у ворот, он закрыл за собой дверь и, почесывая подбородок, задрал голову вверх – вокруг стены крутилась винтовая лестница.
– Нивер? – Он сказал это очень спокойно, без каких-либо эмоций в голосе. – Я поднимаюсь. Не забудь удрать как боязливый мальчишка.
Сверху донесся чуть слышный шорох. Сергей вздохнул и начал подниматься. Наверху оказалась круглая комнатка с широкой изгибающейся лавкой – на противоположной стороне виднелась дверь на зубчатый пандус крыши. На подоконнике одного из окон лежал арбалет – на лавке аккуратно разложены тяжелые стрелы. Тут же – прислоненный меч, боевой топор, ножи и часть снаряжения. На оставшейся части расстелен плащ. Нивер Олди хмуро смотрел в окно.
– Ты долго еще собираешься бегать? – спросил Сергей, поудобнее устраиваясь на лавке. – Может, проще поговорить?
Олди только вздохнул, продолжая понуро смотреть на улицу.
– Ну, во-первых, почему ты устроился здесь? – продолжал Сергей. – Не проще ли перейти в дом – там гораздо уютней?
– Кто-то должен охранять все это, – тихо ответил бывший узник.
– Почему ты решил, что именно ты?
Он опять ничего не ответил.
– Слушай, так мы с тобой ни о чем не поговорим, – сказал Сергей. – Если ты будешь постоянно молчать.
– Мне нечего говорить, – так же тихо сказал Нивер. – Просто позвольте мне остаться здесь.
– Послушай, – Сергей доверительно наклонился вперед, – спасибо тебе за то, что ты тогда, в пещере, прикрыл нас. Я, честно говоря, не ожидал...
– Толку-то было от моего прикрытия... – криво усмехнулся Олди.
– Толк был. В любом отважном поступке всегда есть толк – пускай он и не виден кому-то, – сказал Сергей. – Никто не собирается тебя выгонять. Но давай больше не прятаться, а перейдем на нормальные, человеческие отношения. Ты хочешь остаться с нами?
– Я останусь рядом, – спокойно сказал бывший корсар. – Даже если вы прогоните меня.
– Ишь ты, – усмехнулся Сергей. – Напористый... Ладно, хорошо. Но нам не нужен только молчаливый и дюже крутой страж. Мы любим людей, на которых можно положиться во всех отношениях.
Олди повернулся и совершенно неожиданно опустился перед Сергеем на колени, подняв голову и не отводя в сторону прямого серого взгляда.
– Вы сказали, что я гордый, – негромко и уверенно сказал он, как будто выполняя что-то, давно уже решенное для себя. – Нет, господин лорд. Гордость сгорела. Испепелилась и рассыпалась как прах. Я могу и буду делать что угодно. Могу быть слугой, только... Только я никогда не был слугой.
– И не надо, – согласился, улыбнувшись, Сергей. – Ты хороший страж, Нивер, вот и оставайся им – здесь есть, что охранять. Только знаешь, Юрм или Лаума тебя могут иногда попросить – чем-нибудь помочь, например...
– Что вы, господин лорд. – Олди даже улыбнулся. – Мы уже успели подружиться.
– Во дают, – опять усмехнулся Сергей. – Один я только ничего не знаю. Молодцы, однако... – Он повел вокруг взглядом. – Ты хочешь остаться здесь?
– Это самое лучшее место для охраны, – сказал Нивер. – Отсюда видны все подходы к замку.
– Хорошо, – сказал Сергей, заглядывая в одно окошко, потом в другое. – Хорошо, – повторил он, наблюдая за принцессой во дворе, которая вертела головой по сторонам – очевидно, разыскивая его. – Хорошо, пусть будет так. – Он повернулся к Ниверу. – Да встань ты с колен, чего ждешь... – Тот медленно поднялся и присел на лавку. – Тогда я скажу Юрму, – Сергей еще раз окинул взглядом пространство комнатки, – чтобы помог тебе принести сюда диван, стол, стулья, и прочие... гм... атрибуты для жизни.
– Спасибо, – искренне сказал бывший пират.
– И не прячься больше. – Сергей начал спускаться по лестнице.
– Одну минуту, – сказал вслед Нивер Олди. – Господин лорд...