Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 5 (СИ)

— Скорее всего, — не стала спорить с очевидным Хонока.
— Это будет акт дружелюбия по отношению к нам с тобой? Или, с высокой степенью вероятности, те самые тёрки между учредителями? — аргументы Хьюги были, что ни говори, логичными. — Которых ты сейчас так опасаешься заочно?
— Второе, ясен пень, — вздохнула финансистка и неожиданно для себя запрыгнула на стол рядом. — Ты не подумай, что я тебя отговариваю: твой дед — твои решения, твои последствия. Просто с точки зрения морали как это всё будет смотреться…
— Я небольшой поборник традиционного этикета и классических обычаев, — спокойно напомнила спортсменка. — Есть задача — есть инструменты для её решения, точка. Тем более если человек сам всю жизнь напрашивается.
Вообще-то, с позиций финансовой эффективности она права, подумала про себя Хаяси-младшая. Если грядёт передел зон влияния с Мацусита-Корп (а он грядёт), то для биржи не будет разницы, между какими именно крупными акционерами идёт битва — стоимость компании просядет по-любому.
Скандалом больше, скандалом меньше, значения нет.
— И ты готова вот так легко принести в жертву своего деда? — спросила Хонока в лоб, наплевав на любую деликатность.
Лично её этот аргумент остановил бы сильнее, чем все прочие, будь она на месте собеседницы.
— При чём тут жертва⁈ — искренне удивилась Хьюга. — Если человек нуждается в медицинской помощи, эта ситуация называется вполне определённым словом! И самое тупое, что можно учинить — это с медицинским вмешательством затягивать. Достаточно откровенно или добавить деталей?
Сбоку деликатно покашлял хафу:
— Хонока-сан, ты слегка не в контексте. Хину-сан действительно в первую очередь думает о здоровье родственника, хотя и в очень своеобразной манере. — Решетников отчего-то глумливо ухмыльнулся. — Просто она, в отличие от нас с тобой, сторонник комплексных решений — особенности индивидуального мышления и специфика её департамента.
Хаяси-младшая отметила откровенный интерес, вспыхнувший в глазах пловчихи после этих слов метиса. Впрочем, перебивать парня Хьюга не стала, занятно.
Так подумать, стажёр — единственный, с кем она общается не просто по горизонтали, а ещё и подчёркнуто доверительно. Обдумать потом.
Что-то наверняка да значит. С одной стороны, первое, что приходит в голову — личная эмоциональная заинтересованность, назовём это так. Но с другой стороны, если включить мозги, именно это как раз маловероятно: где в иерархии Хьюга — и где безвестный метис с непроизносимой фамилией.
Точно не кандидат ни в мужья, ни в женихи, ни даже во временные бойфренды (хотя бы и из-за финансовой разницы. Не по раменным же с ним ходить, а на другое на его уровне и денег, наверное, нет… Не самой же расплачиваться).
— Я даю тебе своё честное слово, Хонока-сан, — серьёзно продолжил светловолосый. — В мыслях Хину-сан нет и йоты непорядочности. Просто она оперирует понятием пакетного решения. Если её дедушке нужна помощь деликатного профильного врача, она собирается прагматично использовать момент по полной во всех плоскостях. Чтобы закрыть максимум проблем, включая корпоративные.
Пару секунд все дружно помолчали.
Хафу покосился на Хину, немного поколебался, затем продолжил:
— За её внешней уверенностью на самом деле скрываются колебания, просто ты их не видишь.
— Он прав, — гостья задумчиво глянула на спутника. — Подтверждаю.
— Вертолёт берите, — кивнула Хаяси. — Сейчас скажу пилоту.
Она взяла смартфон, натыкала номер и коротко распорядилась.
Финансистка тоже умела думать быстро и уже успела просчитать перспективу. Если Хьюге-старшему вынесут вышеуказанный диагноз — ха, это действительно решение большинства проблем. Вчинить иск о признании дополнительной эмиссии недействительной (раз) — и суд её, эмиссию, отменит со скоростью звука.
Все решения Наблюдательного Совета с его участием (два). По той же схеме, за последний период. А ещё есть пункты три, четыре, пять.
В дверь жёстко бухнули кулаком.
Хонока подскочила от неожиданности и поторопилась открыть на правах хозяйки, поскольку узнала посетителя по стуку.
 
— Привет, заговорщики! — жизнерадостная Уэки помахала рукой, ни к кому персонально не обращаясь. — Есть новости.
— Приятные? — поёжилась финансистка.
— Не особо.
— А чего такая весёлая?
— А чего огорчаться? — айтишница издала смешной звук между плотно сжатых губ. — Всё равно сделать ничего не сможем.
— Ута-сан решила плыть по течению и не принимать никаких рабочих проблем близко к сердцу, — метис скромно потупился.
— Наши новые «партнёры» из Мацусита, — подруга саркатически хмыкнула, — затеяли свою комбинацию, я у отца из компа кое-какие переговоры вытащила.
— Что затевают? — напряглась Хьюга.
— Хину-сан сегодня весь вечер тревожится на тему коварных планов новых акционеров, — и снова Решетников в роли пояснительной машины.
— Они сейчас проводят абсолютно легальное согласование на установку двух своих блоков в нашу сетку, — Уэки, недолго думая, заняла кресло хозяйки кабинета. — Типа того, который Такидзиро-кун в компанию протаскивал. Вы понимаете, о чём я.
— Отказать в установке можем? — Хонока всегда была сторонницей кратчайших решений. — Запретить ставить это оборудование в нашей сети?
— Законным образом — нет, — покачала головой айтишница. — У них все профильные лицензии на месте, признанная экспертность в теме выше нашей. Со стороны будет смотреться как наш недалёкий саботаж, к тому же незаконный — отменить наш запрет смогут за день, я тебе на ходу три способа назову. Через Комиссию, через хозяйственный суд или через отраслевой арбитраж в министерстве.
— Что они этими двумя блоками собрались проворачивать? — хмуро поинтересовалась пловчиха.
— Там очень прикольная бинарная система! По отдельности штуковины безвредны, но после установки в тандеме они начнут шифровать целые массивы в нашей локалке! И даже к твоим финансовым архивам у тебя, Хонока-тян, доступ будет осуществляться только через их шлюз, — жизнерадостно пояснила Ута. — Со всеми вытекающими.
— И чего ты такая счастливая? — финансистка постаралась выглядеть максимально спокойной. — Что тебя во всём этом так радует?
— Профессиональное восхищение: решения интересные, — виновато вздохнула айтишница. — Впечатлена уровнем их пилотажа, нашему айти до них далеко. Программно-аппаратные комплексы такие, что, э-э-э, м-м-м… В общем, я не думала, что на такой технике можно выдать такой интересный результат!
— Так может, у них ничего и не получится? — с надеждой вскинулась Хаяси.
— Получится, — уверенно кивнула Уэки. — Я два часа колупалась перед тем, как к тебе прийти. То, что я вытащила у отца, говорит однозначно: ребята чудесно понимают, что делают, и результат прогнозируют на сто процентов. Потому что формируют его своими руками, повторюсь, на уровне, нам пока недоступном.
— Почему?
— Я в нашем айти главная. Ожидается, что определяю политики и задаю тон. Но мне должность досталась на вырост, как специалисту мне ещё расти и расти.
— А на их стороне — Уэки Юо-сан, он очень хороший инженер. Это и мой дед всегда признавал, — нейтрально заметила глядящая в пол Хьюга. — Очень многое в компании ставил он, пусть и руками дочери. Теперь, когда он перешёл туда, они в области Уты-сан — национальные чемпионы, а мы — так, дворовая команда. Уэки-сан, не обижайся, я всегда говорю, что думаю. Кстати, я права?
— Да, — Ута простодушно вздохнула. — Хотя я и не ожидала от тебя точного диагноза — ты вроде к нашим делам никаким боком.
— Я в курсе потому, что всегда анализирую ваши листки согласований, — пояснила спортсменка.
Ута виновато потупилась:
— Папа — реально мозг, а я так. И правда, в лучшем случае лишь рабочие руки, если сравнивать с его уровнем.
— Каким образом они собираются обосновывать свои нововведения? — несклонная к долгим рефлексиям пловчиха взялась за анализ ситуации. — Когда превратятся в жандарма и цензора внутри нашего корпоративного документооборота? Кстати, хорошая схема для рейдерства, — добавила Хьюга себе под нос. — Хоть на вооружение бери.