Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 5 (СИ)

Хонока стремительно поднялась из-за стола, заложила руки за спину и нервно заходила по кабинету:
— Да! Демоны дери, да! У меня тоже на душе скребут кошки и я тоже понимаю, что поступила некрасиво! Но смотри! Предложение той стороны действительно в течение ограниченного периода. Если не согласиться сейчас, поезд уйдёт. Обсуждать и выторговывать условия — банально нет времени. Хафу — да, он умный, более глубокий чем должен быть, фонтанирует идеями, даже эту сформулировал влёт… Что я должна была ответить гайдзинам⁈ Что в финансируемый ими бизнес прошу ввести стажёра логистики? Или что отказываюсь — потому что эта мысль прозвучала от него?
— А решение уже принято? И именно в таком формате? — спокойно уточнила айтишница. — Я не весь ваш разговор до конца слушала, что бы ты себе ни думала.
— Да.
— Тебя не смущает, что со стороны очень похоже на обычный развод дешёвых аферистов? Времени мало, деньги большие, срочно-срочно! А то опоздаете!
— Была такая мысль, точнее, мелькала, — не стала отрицать Хаяси. — Я б так и подумала, если бы они перед этим абсолютно безо всяких условий не закрыли кредит деда. Извини, там даже не десятки миллионов, значительно больше.
— Нечем крыть, — признала Уэки. — Эти выданные авансом миллионы действительно на корню рубят любые подозрения… А как вышло, что Такидзиро-куна они больше не считают твоим женихом? И что уговаривать тебя продолжили через Юсэя?
— Там смешно получилось, — Хонока немного смутилась. — Отправив нам деньги, они уже задним числом принялись наводить справки. То ли в соцсетях, то ли через знакомых раскопали мои старые фото, где мы с Юсэем ещё встречаемся. Кажется, какое-то семейное торжество их фамилии.
— Потом?
— Вышли на него, стали задавать вопросы по поводу Решетникова.
— А Юсэй ни сном, ни духом, — развеселилась айтишница. — Что, с другой стороны, ничего не доказывает — бывшие на то и бывшие.
— М-м-м, да. Вскоре от меня прошли подтверждения по деньгам и они успокоились — на сайте Комиссии их сумма засветилась, можно было не переживать. Но с Юсэем, пока болтали обо мне полдня, они нашли какие-то общие точки.
— Ну-у, Отсу — тоже фамилия не из последних, — принялась размышлять Ута.
Родственники нового-старого кавалера Хоноки очень неплохо себя чувствовали среди производителей аппаратной части. Да, к софту они не относились никаким местом, но на токийской бирже в отрасли их компания, даже две, были весьма узнаваемыми.
— Когда я начала зондировать эти идеи по поводу киберстрахования, оказалось, что тема в их разговорах с Юсэем уже звучала. Дальше ясно.
Ута выбила ногтями сложный ритм по столу и не стала комментировать, хотя ей картина виделась шире.
То, что гайдзины ДО ЭТОГО обсуждали тему с кем-то из Отсо (пусть даже с младшим, пусть даже в рамках случившейся уникальной оказии), говорило о том, что заокеанским воротилам нужен полигон. Для доводки то ли бизнес-схем, то ли окончательных решений перед запуском продукта на собственный рынок.
Решетников в очередной раз предугадал причудливый виток бизнес-эволюции, но за океаном к тому же выводу пришли раньше. И действовать начали тоже раньше.
Пояснять вслух всего этого айтишница не стала. Во-первых, для не-инженера тёмный лес — вагон времени уйдёт. Во-вторых, Хонока для себя всё решила, а пытаться кого-либо переубедить в таком состоянии — напрасная трата времени.
— Ты откровенно собралась замуж, — констатировала Уэки, поднимаясь из-за стола. — За Отсо Юсэя. По второму кругу.
— Да! — с вызовом ответила подруга. — Имеешь что-то против⁈
— С чего? Кто я такая? — чуть более картинно, чем следовало бы, удивилась Ута. — Не одобряю — да, но возражать или порицать… давай хоть друг с другом не будем ссориться, — она притянула Хоноку к себе и на мгновение коснулась щекой щеки.
Иногда очень сложные хитросплетения имеют ну очень простую, прямо-таки примитивную природу, констатировала айтишница про себя.
— Стой! Ты сейчас правда в бассейн? — Хаяси окликнула подругу, когда та уже была у двери.
 
— Ну да. Пошли вместе? — для очистки совести предложила Уэки ещё раз. — Хьюга-младшая обещала нормальные купальники дать, не эти её сиськами нараспашку. Заодно на изощрённый секретный массаж поглазеем? И даже попробуем? — айтишница оживилась. — Пошли! Заодно все эти моменты с Такидзиро-куном в глаза проговоришь, а?
— Нет. — Черты лица Хоноки затвердели. — Иди сама.
* * *
— Привет всем. Хину-тян, сюда меня пустили по первому слову, спасибо, что предупредила сотрудников. — Ута огляделась по сторонам. — Свои двести метров проплыла, купальник от тебя дали, спасибо ещё раз.
В закрытый даже для большинства посетителей Атлетики сектор её проводили без пререканий и слава богу: в этой части клуба, на дополнительном этаже, в запутанных коридорах можно было и заблудиться.
— О, привет. — Лежащая на очень низком топчане, абсолютно раздетая хозяйка на мгновение подняла физиономию из специального овала для лица и двинула вверх-вниз кистью правой руки. — Раздевайся, ложись. — Хьюга указала взглядом на свободный массажный стол, третий из четырёх.
Ещё одна, последняя, поверхность пустовала, а на второй расположился Решетников, тоже, к-хм, не совсем одетый. Правда, Такидзиро-кун щеголял нешироким полотенцем, слегка закрывавшим его ниже спины и выше колена.
Над двумя фанатами спорта колдовали четыре тёлки — почему-то при виде ЭТИХ массажисток другого слова на ум не пришло. Понятное дело, на девицах одежды тоже не было.
— Даже стесняюсь спросить, что у вас тут происходит, — откровенно заявила Ута, прикидывая, как сейчас лучше поступить.
С одной стороны интересно, а вот с другой…
— Ляжешь — узнаешь, — бесстрастно пообещала Хьюга.
— Я на трезвую голову подобные авантюры воспринимаю без энтузиазма! — поддалась неожиданному порыву айтишница.
— Сказать, чтобы тебе из бара принесли? Что будешь? Просто мы не пьём, поэтому здесь только чай. — Теперь левая кисть пловчихи махнула в направлении невысокого столика, на котором дымились сразу три заварника.
Одна из девиц оторвалась от спины спортсменки, вышла и буквально через несколько секунд материализовалась уже не с пустыми руками — она толкала перед собой двойной барный столик на колёсиках.
Обе поверхности были уставлены разнообразными бутылками, причём ни один напиток не повторялся дважды.
Отсутствие одежды то ли официантку, то ли массажистку, похоже, не смущало от слова совсем.
Ута, поражаясь собственной отбитости, тем не менее ткнула пальцем в молочный ликёр, дождалась, пока бокал наполнят и опустошила его залпом:
— С другой стороны, какого чёрта. И так вечер через одно место, а если ещё здесь тормозить… — она решительно потащила с себя злополучный купальник.
Сладкий и крепкий алкоголь усвоился молниеносно, по телу потекло приятное тепло.
Проходя мимо Решетникова, айтишница случайно задела щиколоткой его локоть. Хафу дёрнулся, вынырнул физиономией из прорези в своём столе и с удивлением задрал брови на затылок:
— Ты?!!
Уэки только в этот момент обнаружила, что в ушах светловолосого находятся беспроводные наушники — миниатюрная модель, двадцать три тысячи йен, заметны не со всех ракурсов.
— Хм, вот так нетрезвые топ-менеджеры и теряют авторитет перед рядовыми сотрудниками, — ни к кому не обращаясь, пробормотала она.
Несмотря на опьянение, Ута отметила, что стажёр изрядно удивился, увидав её без одежды.
— А с другой стороны, какого чёрта, — повторила она, решительно располагаясь на третьем столе. — Такидзиро-кун, ты что, никогда в старых онсенах не бывал? Там, где мужчины и женщины в одном источнике вместе? Так смотришь на голую женщину, будто раньше не сталкивался.
— Не бывал, к сожалению, и в таких местах точно не сталкивался, — дипломатично скруглил углы метис, тактично опуская голову. — Они же дорогие, мне до последнего времени, кроме прочего, просто не по деньгам было.