Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 5 (СИ)

— У меня есть личная просьба. — Старик прикрыл веки. — Пожалуйста, попытайся завтра с утра узнать, о чём моя внучка сегодня говорила с кредиторами? С теми, кто через тебя дал деньги на закрытие моего кредита? — Хаяси открыл глаза и посмотрел на Решетникова.
— Не стыкуется, — озадачился логист, усаживаясь прямо на кровать больного. — Этот разговор должен был состояться в моём присутствии — Хонока-сан не говорит по-английски. Мы планировали созвониться поздним вечером, когда с Хину-сан выйдем из бассейна: разница часовых поясов, вызывать ту сторону нужно после рабочего дня, сказала ваша внучка.
— Увы, — Хаяси помолчал. — Я точно знаю, что беседа уже состоялась. Именно после неё Хонока изменила свою позицию в адрес вашего союза так резко, прошу за неё прощения, Хьюга-сан. Я тоже не понимаю, как она обошлась без переводчика, именно поэтому и прошу тебя подставить плечо, Такидзиро-кун: если кто-то что-то и может выяснить в данных обстоятельствах, то только ты.
* * *
¹ было, но…
Информационно-исследовательское бюро при кабинете министров (Naikaku Chosashitsu Betsushitsu; сокр. Naicho)
Ведущий разведывательный орган Японии. Занимается концентрацией и анализом информации, готовит материалы правительству для принятия им политических решений. В своей разведывательной деятельности обычно используют дипломатическое прикрытие.
Численность персонала — около 80 человек. Из-за малого числа сотрудников активно вербует иностранных граждан. На сотрудничество с Найтё охотно идут сотрудники крупнейших японских компаний и агентств.
Отделы:
1. внутренней информации;
2. зарубежной информации;
3. по взаимодействию с другими спецслужбами страны, с государственными учреждениями, частными фирмами и общественными организациями;
4. по связям со СМИ;
5. аналитический.
  
Глава 6
 
— Хаяси-сама, вы позволите в лоб? — Решетников, восседающий на кровати патриарха, отчего-то оживился.
— У тебя репутация именно такого, — слабо улыбнулся старик. — В последнее время. Говори.
— Почему вы сами не узнаете у родной внучки? Вас, в отличие от меня, она не считает ни чужим, ни уступающим ей по положению.
Хину про себя подумала, что в помещении стало на одного откровенного и отмороженного больше: в нашем обществе нужно иметь вполне определённый склад характера, чтоб ставить вопросы именно так. Причём если я себе могу позволить с высоты положения, думала пловчиха, то что стоит за имиджем Такидзиро, даже на ум не приходит.
Не должен бы простой хафу без диплома, из глухой рыбацкой деревушки на далёком побережье — вот так. Ещё и с патриархом-основателем.
Хотя подход местами рабочий, отметила она через секунду.
— Я отвечу тебе, — кивнул старший Хаяси. — В нашей семье устоялся определённый уклад. Хонока-тян, затевая проекты по своему усмотрению, не обо всех своих идеях докладывает на старте — так повелось не сегодня, можно считать сложившейся практикой. И я уже успел спросить её.
— А-а-а, — Решетников разочарованно вздохнул. — Она, видимо, вам прямо не ответила?
— Именно. Ни прямо, ни как-то иначе. Обставлено было как забота обо мне: лечись, дедушка, волноваться и забивать голову проблемами ни к чему. Всё равно бразды правления постепенно и неизбежно от вас переходят к молодым. Я справлюсь сама — вон, даже кредит твой закрыла.
— Но это же не совсем правда? — уточнил светловолосый.
— И снова ты прав. Когда живёшь на свете столько, сколько я… — Глаза патриарха вспыхнули иронией. — Поясню на примере. Моя мать часто говорила: «Муж только двери открывал с улицы, а я уже по звуку чувствовала: где он ходил, с кем и сколько пил, с какими женщинами после этого гулял».
— Ваша мать была очень мудрой и сильной женщиной. — Бесстрастно заметила Хину.
— С возрастом я всё больше понимаю, что видеть других глубже — удел всех стариков, — кивнул Хаяси.
Пловчиха про себя ухмыльнулась и не стала упоминать вслух о собственном деде.
 
— Возвращаясь к моей внучке. Такидзиро-кун, в разговоре с ней явственно слышалось, что она рассказывает не всё. — Продолжил старик. — Не врёт прямо, но, недоговаривая, заботой обо мне не ограничивается: там есть и какие-то другие причины. Что-то, о чём Хонока-тян не упомянула.
— Ваша вера в меня впечатляет. Если бы на вашем месте сейчас был кто-то другой, я бы поднял вопрос о манипуляции. — Светловолосой спокойно смотрел на деда финансистки.
— К чему лишние телодвижения? — тот так же спокойно развёл руками. — В мои годы иногда видно сразу, на что способен тот или иной человек. Рационального объяснения под этим нет, однако опыт за много лет подтверждает правоту из раза в раз. Я просто знаю, что ты сможешь выяснить у неё, если захочешь и действительно займёшься вопросом.
— Попытаюсь, — Решетников встал с кровати. — Спасибо, что вы с нами.
— Присоединяюсь, — без паузы добавила Хину.
— Один момент. — Такидзиро обернулся от двери. — Хаяси-сама, допустим, я своими инструментами определю её истинный и полный ответ на ваш вопрос. Как я докажу вам, что это правда, если рациональная подоплёка будет отсутствовать?
— Не до конца улавливаю смысл. — Патриарх озадаченно свёл брови. — Ты бы не мог как-то пояснить?
— Прямо в эту минуту вы сожалеете о поступке Хоноки-сан, примерно сорок процентов вашего ментального фокуса. Чистая эмоция. Ещё вы любуетесь Хьюгой Хину-сан — восхищаетесь про себя её спортивной походкой и тем, как она двигается. Параллельно вспоминаете супругу Хьюга Хироя, здесь без подробностей.
Пловчиха медленно повернулась, впиваясь взглядом в товарища.
— Говори дальше! — а старик оживился и заёрзал под одеялом, пытаясь переместиться из лежачего положения в полусидячее.
— Примерно тридцать процентов вашего фокуса, — продолжил немигающий Решетников с эмоциональностью робота. — И последние тридцать — вы выстраиваете план на завтра, составляя мысленно список дел, которые можете начать и завершить отсюда самостоятельно, если вам придётся подстраховывать вашу внучку.
— Такое впечатление, ты чего-то недоговорил.
— Исключительно из вежливости и хорошего отношения к вам.
— Всё же скажи, сделай одолжение. Я переживу.
— Да бога ради, если вы так настаиваете. Вы не очень-то верите в способность Агентства Моделей отбить рейдерскую атаку Мацусита-Корп, хотя вслух этого и не говорите. Чувствуете вы себя уже лучше, но в больнице остались специально: прикидываете, что с высоты своего положения и закрытого полностью кредита можете противопоставить пришлым — когда они от вас этого меньше всего будут ждать. — Решетников перевёл дух. — Поскольку все думают, что вы едва не при смерти.
— А Агентство Моделей — это кто? — глаза старшего Хаяси вспыхнули несвойственным его возрасту энтузиазмом.
— Мы трое, — проворчала Хину. — Прозвище Такидзиро-куна. Я, ваша внучка и Уэки Ута.
— А-ха-ха-ха-ха! Великолепно! — старик наконец исхитрился сесть и сейчас жизнерадостно хлопал ладонями по одеялу.
До чего неподдельная эмоция, отстранённо удивилась Хьюга. Особенно в исполнении конкретного человека. Запомнить, потом расспросить Решетникова, как ему это удаётся: люди статуса учредителей Йокогамы так себя обычно не ведут даже при родных детях.
— Хаяси-сама, пожалуйста, ответьте на мой вопрос. — Такидзиро в очередной раз, образно, протоптался обутыми ногами по этикету. — Как я вам смогу доказать то, что сложно обосновывать с рациональной позиции?
— Самый лёгкий пункт, — пренебрежительно отмахнулся старик. — Признайся, ты же видишь, когда тебе врут? И отличаешь от моментов, когда говорят правду или полуправду?
— Да.
Занятно.
— Вот и я тоже, — заявил патриарх. — Верю, что могу ошибиться, но последние лет пятнадцать подобного не случалось.
Такидзиро молча поклонился, прощаясь.
— Замечу ещё, в твой адрес у меня даже мыслей нет, что ты можешь слукавить или обмануть, — помахал рукой Хаяси. — Такие как ты или молчат, или говорят правду.