Судный день (СИ)

— Живёт из последних сил? — спросил я у старшего учёного.
— Похоже на то. Значит, верна наша теория, что без оболочки в чистой среде ему не выжить.
— Тогда мне надо всего лишь пробить оболочку, — рассуждал вслух я.
— Скорее всего. Но без образца этой самой оболочки сложно сказать, чем можно на неё повлиять.
— Всё равно у нас нет других вариантов, кроме того же фериума. Тогда и таймер не нужен. Пусть пуля прошибает оболочку навылет.
— Тогда фериум должен быть в верхнем слое пули. А он жидкий, поэтому это невозможно, — включился в разговор чернобородый оружейник.
— Реально ли сделать так, чтобы при выстреле фериум из второго стоя начал вытекать и обволакивать пулю? — спросил я.
— Так он разлетится раньше, чем достигнет цели.
— Блин, и что ничего нельзя придумать?
— Ребята, мозговой штурм! — прикрикнул оружейник своим коллегам.
Они уселись за свободным столом, на котором развернули упаковки с едой, захваченные в автомате в коридоре. Удобно, контейнеры в него поступали прямо из столовой, и кто угодно мог взять без оплаты.
Ребята даже мне парочку захвали, чему я несказанно удивился. У них что Стокгольмский синдром начался?
Трусливый лаборант налил всем чаю, и даже мне. А потом он присоединился к оружейникам. Походу хотел держаться от меня как можно дальше. Ну и правильно, нечего впустую перед глазами маячить.
— Как будете радиацию выкачивать из клетки? — поинтересовался у меня старший учёный.
— Да просто, — ответил я и хлебнул чай из кружки.
Напиток был сладкий. Да я такого вкусного чая с прошлой жизни не пил.
— Позволите понаблюдать?
— Конечно. Но на всякий отойдите хотя бы на метр. Чтобы дозу излучения не поймать.
Учёный отступил на целых два метра. А я допил чай и поставил кружку на стол.
После чего уже приложил руки к бронированному стеклу с прожилками фериума. И металл отозвался.
Некогда ровные полосы исказились, притягиваясь к моим рукам. В своей попытке выкачать остатки радиации из клетки через стекло, в котором было очень мало стыков для прохода частиц, мне заодно пришлось бороться с фериумом. Ведь этот металл с такой же интенсивностью хотел выкачать энергию из меня.
Это было сложное противостояние. С моего лба ручьём полился холодный пот. А я продолжал притягивать. Притягивать каждую радиоактивную частицу, что только мог найти.
Меня вымотало за считаные минуты. Но я продолжал смотреть за ослабевающей тварью за стеклом, это давало сил продолжать. Глава инопланетной сущности почти исчезли. А от чёрного облака осталась лишь серая дымка.
— Поразительно! — послышался голос учёного за спиной.
Ещё бы! Знал бы он каких трудов стоило мне это представление.
Но, благо оно закончилось раньше, чем я свалился без сил. Серая дымка в летке исчезла. Растворилась в воздухе. Или же это я ненароком поглотил то, из чего состояла эта тварь?
Нет, я бы заметил. Уж слишком приметное свечение исходило от этого типа радиации.
— Внутри есть дозиметр? — устало спросил я.
— Да. Минуточку. Сейчас проведём замеры.
Учёный отошёл к встроенному в стену компьютеру и потыкал пальцами в сенсорную панель.
Стоило мне отойти от клетки, как нити фериума вернулись в привычное положение в форме решётки, чьи тонкие очертания прутьев лишь поблёскивали в стекле.
Я присел за стол рядом с оружейниками. Устало вытянул ноги, но так чтобы никого не задеть.
— Хреново выглядишь, — сказал чернобородый.
— Есть такое. Но пулей меня даже в таком состоянии не убить, — усмехнулся я.
— Да мы и не думали, — отмахнулся он. — Ну, по крайней мере, я, а для остальных я пример.
Чернобородый протянул мне запечатанный контейнер с едой и приборы. И я жадно напал на обед. Наконец-то что-то, кроме пресной рыбы.
Я с удовольствием вкушал пюре с кусочками курицы в каком-то бобовом соусе.
— Как же вкусно, — восхитился я, когда доел. — Хорошо живёте, парни.
— Есть такое. Производство еды у нас хорошо налажено.
Тем временем старший учёный озвучил результаты:
— Два микрорентгена в час. Поразительно!
 
— Что это значит? — нахмурившись, спросил оружейник.
— Что там почти нет излучения, — ответил я вместо учёного.
— Верно, — подтвердил учёный. — Уровень в клетке даже ниже нормального уровня по всему бункеру. Для сравнения у нас считается нормой тридцать рентген в час.
— Значит, предположения верны. Мне потребуется лишь пробить оболочку.
— Именно.
— А на этот счёт у нас с ребятами появилась идея, — выдал чернобородый оружейник.
— Так чего молчал? — нахмурился я.
— Ждал, пока вы подтвердите свои данные. Иначе какой смысл?
— Тоже, верно. Ну, рассказывай, что надумали.
— Короче, есть у нас одна секретная разработка. Вкратце — пуля с ядом. Там, куда ни попади, человек в любом случае труп. Правда, массового производства не получилось из-за сложности изготовления. Но на складе осталось пару пистолетов с пулями, которые можно модернизировать. Там как раз для безопасности не стали заполнять пули ядом, он, видите ли, портится со временем.
— Так как высвобождается этот яд?
— Сложно и просто одновременно. Суть в общем такая. Пистолет выстреливает цельной пулей, но как только она встречает препятствие, то верхняя оболочка распадается на мелкие острые осколки, и освобождается спрятанный во втором слое яд. А остаток гильзы проходит навылет.
— Хм, ну капец вы заморочились. А просто разрывные нельзя было использовать?
— Дык их с девятнадцатого века не производили, ну, по крайней мере, в России. Так что у нас не было ресурсов. Поэтому пришлось изворачиваться.
— Ясно. Ну тогда пойдёмте наполним пули фериумом и проверим?
— Пошли. Ток сразу скажу. Фериума хватит на один магазин и ещё три патрона. Так что предлагаю эти три и использовать для проверки.
— Замётано!
После небольшого отдыха и вкусной еды я снова пришёл в норму, поэтому с энтузиазмом поднялся со стула.
— Мор, до полигона далеко идти. Вы лучше халат накиньте, — посоветовал мне старший учёный.
— Спасибо, — ответил я и принял из его рук чистый, белый халат, и накинул его прямо на свою чёрную одежду из кожи гигантского червя.
Сперва мы вернулись в мастерскую оружейников, и ребята быстро подготовили снаряды.
К полигону мы снова шли всем скопом. Пришлось спуститься на четыре уровня ниже, и на этот раз по пути нам встречалось немало людей в армейской форме. Они куда-то спешили, и на меня в белом халате, идущего в центре толпы, совсем не обращали внимания.
Мы зашли в большой тир, где автоматически включился свет при нашем появлении. Мишени здесь были чисто интерактивные, настраиваемые через панель управления в стене.
Оружейник быстро активировал стандартную круглую мишень. Все надели наушники, а я как-то этого не заметил. Поэтому чернобородый оружейник протянул мне комплект вместе с модернизированным оружием.
Я благодарно кивнул и подготовился. Так, теперь главное — не оплошать. Ведь стрелок из меня хреновый, я уже привык свои бомбы силой мысли отправлять и особо не целиться.
Здраво оценив свои силы, я протянул пистолет рыжебородому со словами:
— Давай ты первый.
— Стрелять не умеешь? — ехидно спросил он.
— Умею. Но у нас всего три пули, чтобы я их запорол.
— Логично, — кивнул он и принял пистолет.
Я отошёл на метр. Оружейник прицелился и выстрелил. Попал прямо в центр. Вот это сноровка!
Второй раз стрелять не стал. Надел плотные перчатки и пошёл искать гильзу.
— Ну что? — спросил я, когда он поднял искомое с пола и начал внимательно разглядывать.
— Осколки не отделились. Надо ещё попробовать. Может брак.
Я уже начал переживать, что из этой идеи ничего не выгорит. Ведь эти пули изготавливали для определённого яда, а не для фериума.
Второй выстрел. Снова поиск гильзы.
И по довольному лицу чернобородого я понял, что всё получилось.
— Давай третью пулю сам, — предложил он и протянул пистолет.