Ребята и зверята
Родители с улыбкой оглянулись на взволнованную Наташу.
Они вошли в калитку и поднялись на крыльцо дома. Девочки молча сидели на дрожках, ожидая решения.
Ждать пришлось недолго. Во дворе раздались голоса. Отец вышел и направился к калитке. За ним шёл вчерашний гость.
Наташа густо, до слёз, покраснела и отвернулась: конечно, учитель всё помнит и непременно отомстит ей за вчерашнее.
— Ну, здравствуйте, девочки! — ласково сказал учитель и широко распахнул ворота. — Въезжайте-ка во двор. Пока мы будем разговаривать, вы пойдите познакомьтесь с ребятами. Они вам покажут школу. Идёт?
Смущённая ласковым тоном учителя, Наташа молча рыла босой ногой ямку в песке.
— Коля, Маша! — подозвал учитель двух румяных ребят чуть постарше Юли. — Вот познакомьтесь-ка с Юлей и Наташей и покажите им нашу школу и животных.
И он вместе с отцом опять скрылся в доме.
— Что же показывать сначала, — сказал Коля: — огород, классы или животных?
— Сперва классы, — попросили девочки.
— Ну, пойдёмте.
Что это были за прекрасные классы! Две большие, светлые комнаты с партами и чёрными досками, со шкафами для книг, сплошь увешанные картинами, таблицами и картами.
Наташа вздохнула, и так громко, что кошка, спавшая на подоконнике, проснулась и испуганно выскочила во двор.
Потом ребята провели их на кухню. Там дежурные школьники дружно работали и распевали.
То же было и на огороде.
Потом показали конюшню, корову, кур и индюшат. В саду, в просторных вольерах из проволочной сетки, чирикали и порхали разнообразные птички. Дальше, в углу сада, в больших загородках из досок и проволочной сетки, играло весёлое семейство ручных кроликов.
— А эта загородка знаешь для кого? — спросил Наташу один из новых товарищей. — К нам скоро лисичка приедет, так это мы для неё приготовили.
Место было очень удобное. Большая полянка, как раз на склоне холма, огороженная проволочной сеткой. С наружной стороны сетки и внутри огороженного четырёхугольника росли ветвистые деревья и кустарники, так что сетки совсем как будто и не было.
— Ей тут будет хорошо, — одобрила Юля и невольно подумала: «А что, если бы и Франта сюда?»
Наташа тоже подумала об этом, потому что сама громко сказала:
— У меня дома тоже есть лис.
— Ну-у? Да что ты! Ручной?
— Со-овсем ручной. Хотите, приходите к нам на кордон — это здесь по дороге, выше по ущелью, — мы вам покажем его. Наш Франтик такой весёлый и славный. Он вам понравится, вот увидите.
У девочек немного отлегло от сердца. Хоть и очень счастливые это были ребята, а Франта у них всё-таки не было.
— Потом у нас есть ещё Мишка — олень. Только он очень драчливый.
Им тоже хотелось показать Коле и Маше своих зверей.
— Приходите непременно! Когда хотите приходите и можете играть с Франтиком сколько угодно.
— Спасибо, придём… А вы что же, у нас учиться будете?
— Ох, не знаем, примут ли только…
Девочки вернулись домой как в чаду. В школе сказали, что сейчас их примут только приходящими, но, когда наступят морозы и ходить каждый день в школу будет трудно, они будут жить вместе со всеми.
Начались ежедневные прогулки девочек в школу, а их новых товарищей — на кордон.
Ребятам очень нравился Франт. Они все так его баловали, что Франт вообразил себя в самом деле важной особой и ни за что ни на минутку не желал оставаться без компании.
В сентябре я и Соня уехали в город, а Юля и Наташа, сияющие и довольные, отправились в школу, окружённые толпой весёлых товарищей. Уходя, они дружно запели только что выученную песню:
Смело, товарищи, в ногу…Звонкие, здоровые голоса заливались по дороге, и в такт им звякала цепочка, на которой вели Франтика.
Мама стояла на крыльце и грустно улыбалась:
— Наташа, Наташка-то!.. Франтик — и тот оглядывается на дом, а она уже с головой и с ногами в своей школе. И родителей уже забыли — оглянуться на мать не желают.
Это было неверно. Перед тем как скрыться за поворотом, вся компания остановилась, подняла на руки Франта и, замахав шапками, весело попрощалась с мамой.
«До свиданья, детки, до свиданья», — смущённо проговорила сама себе мама.
Кордон опустел.
После обеда Франт храпел, свернувшись на бочке. Посередине огороженного питомника положили большую бочку без крышки и без дна. С обеих сторон к ней приделали крытые галерейки из широких деревянных желобов. Получилась любимая лисья нора с двумя выходами.
В дождливую погоду Франт располагался внутри норы. А сегодня было ясно, и потому он устроился на «крыше». Этим утром к Франту пустили подругу — лисицу Лизу. Лиза была очень милая, весёлая и совершенно ручная.
Встретились лисицы довольно холодно.
Франт подбежал, обнюхал Лизу и, не обращая больше на неё внимания, стал рыться в карманах у ребят.
Лиза тоже сначала как будто отшатнулась от Франта, но, когда он отошёл, она пошла за ним, как привязанная.
Сейчас Франт спал на бочке, а Лиза сидела внизу, опершись о бочку спиной. Она задумчиво почёсывала задней лапкой за ухом и изредка становилась на цыпочки и обнюхивала Франта.
Ребята были разочарованы. Они ожидали, что лисицы запрыгают от радости при виде друг друга, а тут — на тебе…
— Ничего, ничего, это они фасон выдерживают, — обнадёживал их Виктор Васильевич.
И правда, прошло три-четыре дня, и Франт с Лизой играли, прыгали и барахтались, как будто родились вместе.
Самым большим удовольствием для ребятишек было, спрятавшись за деревьями, следить за их игрой.
К зиме лисицы оделись в красивые пушистые шубы. Здоровые и весёлые, они так интересно играли друг с дружкой, что приятно было на них смотреть. В начале ноября выпал снег и настали холода. В домах запылали печки, и дым из труб поднимался над запушённым снегом садом.
После Нового года Виктор Васильевич сказал:
— Вот что, ребята: давайте-ка построим из досок ещё одну загородку вокруг сетки, а то деревья стали голые и не загораживают Франта и Лизу от ветра, да и от нас самих.
— А зачем их загораживать от нас, Виктор Васильевич?
— Затем, что, если теперь их не тревожить, у них весной будут лисята.
— Ну, давайте тогда, давайте!
Соорудили три лёгкие стены из фанеры и стали ждать прибавления семейства.
Лисицы возились и шумели ночами, и Франт часто лаял своим забавным тонким голосом. Потом Франт перестал совсем обращать внимание на Лизу, а у Лизы стали заметно расти бока.
— Будут лисята?
— Наверно, будут.
Ребятишки баловали и угощали Лизу всякими вкусными вещами и поглядывали на неё с надеждой:
— Ну, смотри, Лизонька, не осрамись!
Старшие рассказывали им вечерами, что лисицы-матери, когда у них рождаются дети, становятся очень беспокойными.
В первые дни лисят нельзя трогать, даже смотреть на них нельзя, а то лисица начинает беспокоиться, прятать их, закапывать и часто замучивает до смерти.
— Смотрите же, ребята, не входите за загородку, пока я не скажу, что можно… У лисят откроются глаза приблизительно недели через три, и через месяц они сами повылазят из норы и будут играть на солнышке, — говорил нам Виктор Васильевич.
Прошёл март. В половине апреля у Лизы родились лисята.
— Только не подходите, не пугайте их, — упрашивали всех Юля и Наташа.
Но ребята всё-таки не удержались.
Один раз самая маленькая девочка открыла люк сбоку бочки и «только заглянула». И сразу испортила всё дело.
Лиза всю ночь бегала, суетилась, таскала в зубах то одного, то другого детёныша. Она запихивала их под корни деревьев и закапывала в холодную, мокрую ещё землю.
Утром Юля увидела, что она закопала, откопала и снова закопала в другом месте маленького пищащего лисёнка. Она побежала к учителю:
— Виктор Васильевич, скорей!.. Лиза закапывает лисёнка!
Полуживого малыша забрали у чересчур заботливой мамаши. Остальных трёх лисят нашли уже мёртвыми. Стали спасать последнего лисёнка и наперебой ругали лисицу: