Мир Падшего. Дилогия (СИ)
Впрочем, раньше у нее даже выхода в информационное поле не было, про генетические перестройки своего организма и вспоминать не приходится, теперь... Теперь Лика усердно формировала свой кристалл, иногда гуляла по информационным полям держателей и хранителей, нарывалась на неприятности, но все вокруг было жутко интересно. С кого все началось? С Сергея или Клариссы, пожалуй, с него, по крайней мере, серьезно и систематически. Так сказать назло, точнее нет, ей хотелось доказать что она не хуже, не слабей. Лика никогда и никому не хотела уступать, хотела быть лучше, умнее, сильнее, образованнее, хотела заниматься боевыми искусствами, фехтовать. А у Сергея, кажется, кандидатский разряд по фехтованию на рапирах. Везет же некоторым.
Когда Лика смотрела на настоящее холодное оружие или на профессиональный бой, любой, кроме бокса, ну не любила она грубого мордобития, тело начинало гореть, а руки тянулись сами, как будто жили собственной жизнью, тело хотело участвовать в схватке, хотело влиться в сражение, чувствовать другие тела, хруст чужих костей, рвущиеся мышцы, но только чужие.
За то, что ушла от парней слишком быстро, ей было отчаянно стыдно.
Глава 2
Классификация с аннотацией.
Кот навострил уши. За серой стеной домов начиналось непонятное движение. Кто-то шевелился, выбиваясь из общего деловитого фона. Кто-то хотел выбраться из расставленной городом мышеловки. Он насторожился, притаился, выслеживая дерзкую добычу, сощурив глаза от солнечного света, отражающегося в лужах. Приготовился к решающему прыжку, или быстрому отступлению. Посмотрим, кто у нас такой шустрый?
**
*
В двенадцать часов Лика уже оттиралась на третьем этаже у железной двери кабинета 34. Попытки достучаться ни к чему не привели. Наконец, в конце коридора появились двое молодых и симпатичных в белых халатах с бутербродами. Остановились у 34-го с ключами.
- Здрасте,- сказала Лика,- я к вам.
Парни слегка изумились, перестали возиться с замками. Господи, подумала Лика, что же у них всех возраст такой неопределенный от двадцати до тридцати.- Я на классификацию и у меня есть запасная одежда.
- Заходите,- радушно предложил белобрысый. Хорошим гостям всегда рады. Вас до нас очень мало доходит.
- Простите...
- Вы за весь набор первая девушка. Из какого гнезда?
- Что?
- Понятно. Григорий Леонтьевич прислал? Да? Ну, он у нас сама доброта и невинность. И девушек очень любит.
- Почему?- У Лики начали неприятно саднить ладони, настроение игривости бесследно исчезло, даже не хотелось флиртовать, а мальчики были очень ничего: милые, упитанные, воспитанные, ну вот - подумала она, опять меня потянуло на десерт. Что-то не до шуток. Решила уточнить то, что ей наговорили придурки на крыльце. - Что значит "0"?
- Отсутствие способностей в данном направлении,- резво ответил блондин.
- А сколько направлений всего?
- Три. Тебя как зовут, горемычная?- спросил брюнет.
- Лика,- ответила она тихо.- А почему так грустно?
- Да. Это тебе переодеваться, а нам опять кабинет, от дерьма отмывать. У нас всегда одна физиология, у кого обморок, кого стошнит, а кому и еще хуже.
- Почему?- опять спросила она.
Ник задумался, вроде девчонка ничего, ни нудная, не старая, не вредная, не уродливая. Стоит глупо так, глазами как теленок хлопает, жалобно. У них в последний раз парень от страха обмочился, а ее жалко. Решил успокоить.
- Пойми, что такое классификация. Это стендовое испытание в виртуальной реальности, тебя одевают в спецкостюм, который полностью передает тактильные ощущения, все причем, ты как бы в другой реальности. Комп тебе ее подбирает сам,- еще раз соврал Ник.- Ты видишь только ее, а мы цифры на экране дисплея - балы за твое поведение в этой реальности. Понимаешь, ты даже сама не сможешь оттуда выйти, для тебя это просто невозможно. У нас были инсульты, инфаркты, обмороки. Поэтому без медкомиссии к нам никого не пускают. Ну что, одевайся.
- Подождите, а для чего все это? - спросила Лика.
- Компьютер тестирует твое поведение в критической ситуации. Есть основные параметры, тесты, шкалы, все равно ты в них не разбираешься. А вот твои способности, особенно в области магии читаются легко.
- Дело ясное, что дело темное. - Тяжело вздохнула Мышка. Надо же, думала она, а я всегда от трудностей драпаю, как все нормальные герои, в обход, и по касательной, а здесь с кресла с липучками не удерешь. Ну, я вам еще покажу, мало не покажется. Когда меня зажимают в угол ...
Промелькнули как в калейдоскопе кадры из ее жизни... Школа восьмой класс. Она тихушница, вся болезненная и зачитанная, мама в этой же школе работает, та еще жизнь. Не активистка и далеко не спортсменка. Одноклассники ее почти не замечали, да и бывала в школе редко. Ирка наоборот, едва тянулась от двойки к тройке, была шустрой, дерзкой и заносчивой, с ней никто не связывался, себя жалели. Из-за одной фразы они разодрались в кровь. Лика ни за что не хотела уступать, отделались общими повреждениями под лестницей. У Ирки вспухла щека, у нее самой три дня была перевязана шея. Подумала про себя, драться я очень люблю и не люблю одновременно.
- Я переоденусь?
- Пожалуйста, за ширму.
Лика переодевалась, закусив губу. Вот гадство, Не обмочись, не обмарайся, не стошни. Это всего лишь воображаемая реальность. Да я таких реальностей имела по десятку за ночь. Да ничего со мной не будет, фигу вам. Вышла. Парни помогли ей упаковаться в цельный прозрачный мешок.
- Если что, ори во все горло,- сказал брюнет, кричи, и мы тебя вытащим.
Лика представила картину. Прямо сейчас,- думала она, облезете как обезьяны и обратно обрастете неровно. Где только я не была: астрал, ментал, по каким преисподним и переходам пространства не лазила, в самых глубоких медитациях не теряла чувства реальности, а тут поганый компьютер и два симпатичных парнишки. Господи, а тошно как. Ну, нет, не выйдет, это вообще не реальность, это комп, а я могу все, а фантазия у меня суперреактивная, вы еще такого не видели, обломаетесь.
На глаза одели шлем, ничего не видно, ничего не чувствую... Ей тридцать и очень плохо, Сергей уехал в Питер, скучно и грустно. Накануне ей снилась охота. Она убивает медведя, всадив ему в голову прозрачный ледяной кинжал. Медведь огромный и очень агрессивный, а она маленькая, запрыгнула ему на холку и ударила мощно в голову со всей силы...
На следующий день на улице к ней прицепился высокий симпатичный мужик. Умный, в меру интеллигентный, без Сергея все было скучно, и она дала себя оболтать. Мужик пошел помогать ей, варить суп. Почистил морковь и картошку, а потом начал грязно приставать. Все вокруг заволокло черным, ее сознание взорвалось, она толкнула его руками, все его сто килограмм, так, что он отлетел метра на три. Себя не слышала, что говорила, не вспомнить. Только потом увидела его, когда он просил ботинки отдать, стоя босиком на лестничной площадке.
После этого случая, ноги тряслись, часа два... Гадство, ведь ничего не видно, темно, все вокруг мягкое, теплое, легкое. И как они эту штуку здесь установили, на какие средства, ведь не института же физкультуры. Наконец разозлилась окончательно, расслабилась, сориентировала тело в пространстве. Почувствовала датчики на всех главных энергетических центрах. Разозлилась еще больше, сволочи. В глаза брызнул свет, в лицо и уши ветер. Холодно. Она стоит на самом краю каменистого высокого обрыва. Ветер буквально сбивает с ног, глаза слезятся. А она в нижнем белье и трико.
Ник смотрел на экран дисплея: - Валер,- спросил он,- как ты думаешь, сколько обезьянка протянет в Пар-э-Море?
- Минут пять. - Перед Валером стояла архиважная задача. Доесть бетерброды до того времени, как придется отмывать от кабинета девчонкино дерьмо. Зачем только ее прислали. Поесть и то спокойно не дадут.