Когда расцветает магнолия (СИ)
И через несколько минут, Дина, позабыв о головной боли, от души смеялась над Люськиным рассказом. А потом Люся, живописно жестикулируя, поведала подруге историю о том, как к ней приходил демон и пытался искусить. Тут Дину просто скрутило пополам. Задыхаясь и вытирая слёзы, она с трудом проговорила:
- Ох, ну тебя, Люся! Хватит меня смешить, я не могу больше, голова сейчас взорвётся! Начиталась ты, наверное, всяких обрядов на ночь – вот и приснилось тебе.
- Да нет же! – на полном серьёзе твердила Люська. – Колодой таро моей прабабушки клянусь! И я ему шаром как двинула промеж глазищ! А он как взвоет…
Дина повалилась на диванчик от нового приступа истеричного, беззвучного смеха, прикрыв рукой слезящиеся глаза.
- Ну, вот что ты ржешь? -наигранно обиделась Люся. В душе она была рада этому смеху и тому, что настроение подруги теперь по-настоящему улучшилось. – А вот если бы с тобой так?
- Нет уж, хватит с меня демонов! Демона лени вот только с шеи скинула.
На этот раз расхохоталась Люся.
- Ладно, - сжалилась она, наконец, прекращая пытку смехом. - Давай лучше попробую снять твою головную боль. Маша говорит, что у меня хорошо это получается - у неё от переутомления над уроками частенько голова болит.
Дина, даже не веря в способности подруги, охотно позволила ей заняться целительством и, положив голову на колени подруги, устало прикрыла глаза. Люся положила одну ладонь ей на затылок, вторую на лоб и просто держала, не двигаясь и ничего не говоря. И Дина с огромным удивлением поняла, что боль действительно проходит. Тает, как снежный ком на солнце, постепенно уменьшаясь в размерах, прежде чем исчезнуть окончательно.
За разговором они и лечением и не заметили, как вернулся Игорь.
Какой-то взволнованный и взъерошенный он поставил на стол пакет с покупками и вынул из-за спины горшочек с прелестной нежно-сиреневой махровой фиалкой и срывающимся голосом обратился к Люсе:
- Людмила, я прошу руки твоей подруги.
Люська изобразила крайнее удивление, хлопая длинными пушистыми ресницами. Выдержав паузу, она деловито поднялась, сохраняя серьёзное, непроницаемое выражение лица. Затем, вскинув подбородок, строго отчеканила:
- А колечко? Без колечка подругу не отдам!
- Всё есть! – поспешно засуетился Игорь, указывая на цветок фиалки, в котором лежало прелестное тонкое золотое колечко с аметистом. – Вот же!
- Да-да, Игорёк, помимо хорошего вкуса у тебя еще и чутьё развито. Аметист – камень верности и искренней любви…
И внезапно, схватив руку Дины, она прокричала опешившему мужчине.
- Ну, что ты стоишь?! Давай, окольцовывай скорее, пока она не сбежала!
Игорь быстренько вынул колечко из цветка и надел на безымянный палец Дины. Довольно улыбаясь, посмотрел на Люську. Та поощрительно кивнула.
- Вы хоть бы меня спросили… - растерянно протянула Дина.
- Поздно! – оборвала её подруга. – Один раз уже выскочила замуж без моего благословения, хватит!
И, порывшись в пакете, достала бутылку шампанского.
- Продолжаем гулять?
- Сейчас, только куртку сниму, - ответил сияющий Игорь.
Переведя взгляд на подругу, Люся увидела, что она сидит, держа в ладонях горшочек с фиалкой, и прижавшись щекой к бархатистым листьям, с улыбкой нежно поглаживает их кончиками пальцев.
- Ты же говорила, что все цветы ненавидеть будешь, - с улыбкой напомнила Люся.
Дина подняла на неё искрящиеся счастьем глаза и тихо ответила:
- Нет, этот я любить буду. И ухаживать за ним.
День незаметно перетекал в вечер, а трое счастливых людей, собравшихся на кухне, никак не могли наговориться.
Игорь смеялся до слёз и колик, слушая рассказ о жизненных перипетиях, брачных приключениях и “ведьминской” профессии Люськи; закипал от бешенства при упоминании тунеядца-Гришки, жалея только о том, что не вернулся раньше.
- Игорёк, что мы всё о нас, да о нас, - набирая воду в чайник, сказала Люся. - Расскажи о себе. Как ты жил все эти годы, чем занимался.
Игорь с улыбкой пожал плечами.
- Ну, по сравнению с вами, жил я скучно. Закончил школу, попробовал поступить в мед, но вступительные провалил. Пошел в армию. Отслужил. После армии попытался поступить ещё раз. На этот раз уже удачно. Ну, а дальше - студенческая жизнь, практика... Всё как-то по накатанной, незаметно пролетело. Потом три года работал травматологом в городе, где живут родители, но всегда хотел вернуться в родной город. Город моего детства. Меня как будто тянуло что-то сюда. И вот год назад узнал, что в городской больнице освободилось место врача-травматолога и я на радостях рванул сюда. Честно сказать, мне очень хотелось тебя разыскать, - он с грустью взглянул на Дину. - Но едва приехав, я столкнулся с одним из наших бывших одноклассников. Зашли в кафе, посидели, поговорили. И он рассказал мне о многих наших одноклассниках. О Дине тоже. Так я и узнал, что она замужем. Внутри сразу... Пусто стало как-то... Решил, что и встречаться в таком случае незачем. Третий лишний. А просто другом... Я не смог бы быть другом.
- Жаль, что не решился, - заметила Люся. - Хоть кто-то бы Гришке морду набил и объяснил, как мужик должен себя вести.
Игорь усмехнулся.
- Да вы и без меня неплохо с этим Гришкой разобрались.
И, подумав, добавил:
- Правда, лучше нам с ним не встречаться. После всего, что вы мне рассказали... А я, увы, уже не тот ботаник, которого Дина в школе защищала. Жизнь научила, что добро должно быть с кулаками.
- Что верно - то верно, - вздохнула Люся, ставя перед друзьями кружки с ароматным травяным чаем собственного сбора. - А очки - это для имиджа или как? Дину, похоже, именно очки с толку сбили.
Мужчина рассмеялся и стянул очки, повертел их в руках и положил на стол.
- Это, так сказать, удел “ботаника”. Зрение подсадил немного и на яркий свет смотреть некомфортно. Но я и без них, конечно, вижу.
- Они тебе идут, - негромко сказала до сих пор молчавшая Дина. - Но так здорово снова видеть твои глаза...
В её глазах снова заблестели слёзы, но Игорь, не дав им пролиться, обнял её за плечи и чмокнув куда-то в шею, подал в руки чашку.
- Ой, ребята, - удивлённо воскликнула Люся. - Смотрите, у вас на руках родимые пятнышки одинаковые!
Они с удивлением повертели руками, рассматривая их со всех сторон. Пятнышки в виде капли обнаружились на ребре ладони - на правой руке у Игоря, и на левой у Дины.
- Понятия не имею, откуда оно взялось, - пробормотал Игорь. - Его не было вроде...