Последняя буква Севера

Я нервно покусываю губу, пока пытаюсь прочесть эмоции на лице Оливера. Вместо ответа он подается ближе и, притянув к себе, сжимает меня в крепких объятиях.
– Мне жаль, что моментами я вел себя как полный урод, – тихо произносит он, опуская подбородок на мою макушку. – Но мы с тобой все исправим, верно? Я исправлю.
Кивнув, я обнимаю его в ответ и, прикрыв веки, вдыхаю исходящий от его футболки свежий запах стирального порошка.
– Эй, Мик, можно вопрос? – говорит Олли, покачивая меня в объятиях. – Это ведь не из-за Джейка?
Распахнув глаза, я перестаю дышать. В голову первым делом врывается мысль о том, что он намекает на наш с Элфордом договор.
– Что именно?
– Что у вас с ним?
– Мы просто друзья.
– Джейк не дружит с девушками, Микки. Он мой друг, но он вскружит тебе голову, или уже это сделал, а потом причинит боль. Знаю, что ты только что говорила о моих советах, но я пытаюсь защитить тебя. А заодно и нашу с ним дружбу, потому что не хочу ругаться с ним. Ты же мне как младшая сестра, я не могу позволить ему обидеть тебя. Кого угодно, но только не тебя.
Ауч. Лучше бы сразу ударил кулаком в живот, чем сравнил с младшей сестрой. От его слов у меня больно скручивает желудок, и мне требуется некоторое время на то, чтобы успокоиться и побороть желание убежать отсюда в слезах.
Отстранившись, я обхватываю щеки Оливера ладонями.
– Мы. Просто. Друзья. – Повторяю я, делая акцент на каждом слове. – И раз уж мы все обсудили, то может, вернемся к гонкам, чтобы я смогла надрать тебе задницу?
Видит бог, я хочу ударить его джойстиком по голове, но вместо этого выдаю фальшивую улыбку.
Усмехнувшись, Олли притягивает меня к себе, чтобы поцеловать в макушку, а затем тянется к джойстику. Он выбирает новую трассу, а я пытаюсь избавиться от внезапно ворвавшегося в голову образа Джейка Элфорда, обнимающего меня в салоне автомобиля неподалеку от заправки. И этот образ теперь ощущается так остро, словно с нами есть третий человек в комнате.
Мы просто друзья.
Верно?
  
Глава 25 Sweet 18
 
Неделя проходит без лишних драм. За это время Оливер и Констанс не помирились, у «Норд» не было ни одной репетиции, впрочем, драк тоже не было. Мы с Джейком дважды занимались химией и математикой, сидя в закусочной после уроков. Он объясняет понятно и терпеливо, если бы не чертов сарказм, за который иногда мне хочется ударить его.
Сегодня первая суббота октября и мой день рождения. Мама с самого утра разбудила меня песней и домашним шоколадным тортом с восемнадцатью свечами, а затем я получила в подарок новенький скейт и сто восемьдесят долларов, которые собираюсь отложить в копилку. Я прихожу в детский восторг от скейта, нижняя часть деки ярко-красная с черными разводами. Колеса красного цвета средней жесткости, а значит, будут лучше подавлять тряску и шум при езде по неровным поверхностям. Потрясающе.
– Не могу поверить, что ты действительно отказываешься праздновать восемнадцатилетие, – бросила мама, пока мы, сидя в пижамах, ели торт и смотрели утренние новости.
– А я рада, это утро – одно из лучших за долгое время.
И я не соврала, я нисколько не жалею об этом, потому что Оливер под домашним арестом до конца следующей недели, Рут возится с детьми, но обещала зайти вечером, когда ее мать вернется с работы. Даже Джейк уехал с семьей в Батон-Руж, хотя я слабо представляю праздник, где мы с Элфордом сидим вдвоем и едим праздничный торт, делая вид, что все происходящее абсолютно нормально.
Я планировала поехать в скейт-парк, чтобы оценить новую доску, а потом встретиться с Бэйли, но она предложила забыть о парке и пройтись по магазинам. Если бы я знала, что шоппинг с Бэйли Шепард – настоящая пытка, то ни за что не согласилась бы пойти в торговый центр.
– Какая тебе больше нравится? – спрашивает Бэйли, показывая мне две блузки голубого цвета.
– Они же одинаковые.
– Нет, одна с перламутровыми пуговицами, а другая с белыми. Ладно, примерю обе.
Запрокинув голову, я издаю недовольный стон и плетусь следом.
  
– Мы уже три часа ходим по магазинам, а ты так и не купила ни одной вещи.
– Это неважно, я получаю удовольствие во время примерки, а не покупки, – говорит Бэйли, заходя в кабинку примерочной. – Не понимаю, как можно не любить шоппинг? Это же самая настоящая терапия.
Зайдя в пустую кабинку, я присаживаюсь на пуфик и прислоняюсь плечом к зеркальной стенке.
– Я люблю шоппинг, но не настолько, чтобы проторчать три часа в торговом центре, обойдя всего четыре магазина. Если ты хочешь обойти здесь все три этажа, то нам потребуется год.
– Кажется, нет смысла звать тебя в магазин косметики, там я могу провести столько же времени.
– Ты не видишь, но я сейчас делаю вид, что застрелюсь.
Бэйли смеется, а затем выходит из примерочной, чтобы показать блузку. Что бы ни надела эта девушка, на ней все сидит идеально.
– Что у нас по планам? – спрашивает она, направляясь к кассе с блузкой в руках. – Поедим мороженое и поедем к тебе смотреть старые фильмы?
– Звучит здорово.
– Предлагаю посмотреть фильм «Шопоголик».
– Ты так сильно хочешь продолжить день шоппинга, да?
Рассмеявшись, Бэйли пожимает плечами.
Следом она утягивает меня в книжный магазин, где на мое удивление покупает не любовный роман, а кровавый криминальный детектив, основанный на реальных событиях.
Съев мороженое с горой взбитых сливок, мы спускаемся на подземную парковку, и я выдыхаю с облегчением, потому что на сегодня с магазинами покончено.
– Все еще не могу поверить, что родители вернули мне ключи. – Бэйли нажимает кнопку на брелоке и, услышав короткий писк белого «Вольво», радостно подпрыгивает. – Обожаю этот звук.
В салоне пахнет кокосовым ароматизатором, приборная панель подсвечивается розовым светом, на зеркале висит фигурка в виде птицы – красный кардинал. От одного вида герба «Примроуз» мне становится не по себе.
– Он не кусается, – обиженно бросает Бэйли, заметив мой взгляд.
– Это ужасно, – выдыхаю я, пристегивая ремень безопасности.
– Эй, это птичка, обклеенная стразами, не говори так!
– Я не об этом. Просто подумала, что, если мне стало не по себе от одного вида герба вашей школы, то с какими же чувствами ты впервые переступила порог нашей. Я бы сошла с ума на твоем месте.
Вскинув брови, Бэйли тяжело сглатывает.
– Было тяжело. – Качнув головой, она выдает улыбку. – Но это уже позади, верно? Кстати, совсем забыла, у меня есть кое-что для тебя.
Бэйли тянется к заднему сиденью, а я нисколько не верю ее улыбке, за которой она прячет настоящие эмоции.
– Это тебе, с днем рождения! – Она опускает увесистый пакет на мои колени.
Внутри лежит большая сумка с ремешком, и сначала мне кажется, что Бэйли решила подарить мне рюкзак.
– Не может быть, – бормочу я, положив прямоугольную сумку на колени. – Это что, набор маркеров для скетчинга?
– Открывай скорее! – торопит она, хлопая в ладоши. – Я целую вечность выбирала.
Подцепив бегунок молнии, расстегиваю и открываю сумку. Меня встречает целая артиллерия маркеров, цветные наконечники пронумерованы, и под каждым написан оттенок.
– Боже мой, их так много. – Я с трепетом провожу пальцами по наконечникам.
– Двести шестьдесят две штуки. Они двухсторонние. Ты любишь рисовать, а еще помешана на цветах, поэтому я решила, что тебе понравится.
– Понравится? Да я в восторге, это один из самых лучших подарков за всю мою жизнь! – Я издаю то ли всхлип, то ли приглушенный вопль и, придерживая сумку с маркерами, подаюсь вперед, чтобы обнять Бэйли. – Спасибо!
– Надо же, даже не думала, что у тебя столько зубов, впервые вижу, чтобы ты так широко улыбалась.
Рассмеявшись, я отстраняюсь и обнимаю кейс с маркерами.
– Я правда очень рада, но это так дорого.
– Брось, это ведь не сумочка от «Диор». – Пристегнув ремень, Бэйли обхватывает руль и выезжает с парковки.