Торговец вольного города III (СИ)

  
Глава 27
 
Я шёл по улицам города, наслаждаясь мягким теплом весеннего солнца, когда вдруг наткнулся на знакомую фигуру. Она сжимала подмышкой широкий тубус и куда-то спешила с недовольным выражением лица. Я поймал себя на мысли, что начал глупо улыбаться и захотел с ней поговорить.
— Елена Григорьевна! — воскликнул я, приветливо помахав рукой. Обратил внимание, как её лицо озарилось искренним счастьем. Сразу приятно на душе стало.
— Сергей Константинович! Как здорово вас увидеть! — ответила она, подойдя ближе. В её голосе звучала весёлость, которая мгновенно подняла мне настроение.
— Я только что думал, где бы мне выпить чашечку кофе. Может, составите компанию? — предложил ей, указывая в сторону уютного кафе с террасой.
— С удовольствием, — ответила Елена, её глаза светились теплом.
Мы направились к кафе, где аромат свежесваренного кофе, смешиваясь с запахом выпечки, окутал нас, как мягкое одеяло. Сев за столик, я сразу же поинтересовался содержимым тубуса.
— Да так, мои рисунки, ничего примечательного, — смутилась она.
— Куда-то носили? Показывали?
Елена тут же сникла. Видно было, что тема ей неприятна.
— Ничего необычного, снова отказ. Наверное, дядя прав, нужно найти более серьёзное занятие.
— Что вы такое говорите? — нахмурился я. — У вас определённо талант!
— Не нужно, Сергей Константинович. Ваша лесть неуместна, — грустным голосом ответила она. Стало нестерпимо жаль её. Похоже, я и правда влюбился, раз так на неё реагирую.
— Елена Григорьевна, я правда считаю, что ваши работы уникальны. Мои слова идут от чистого сердца, они мне действительно нравятся! — мой голос был полон искренности. — Не опускайте руки. Возможно, всё ещё впереди.
Она подняла взгляд, и в её глазах блеснула надежда, но разочарования ещё было написано на лице.
— Спасибо, — произнесла она с легкой улыбкой. — Всё равно будет сложно…
— А можно мне посмотреть ваши картины? У вас ведь есть что-то с собой? — поинтересовался я, смотря на тубус, который сейчас был подвешен за ремешок на стул.
С лёгким колебанием она кивнула и взяла тубус, аккуратно раскрыв его. Внутри находились пейзажи, каждый из которых словно переносил в другой мир. Один из них сразу привлёк внимание — восход солнца над побережьем, залитый теплыми оттенками оранжевого и золотого. Интересно, она с натуры рисовала? Или это фантазия? Нет, слишком реалистично. Но точно Изнанка, не наш мир.
— Этот… он просто великолепен, — восхищённо произнес я. — Я хочу его купить.
Просто сиюминутный порыв. Хотелось как поддержать девушку, так и действительно приобрести пейзаж. Такой совершенно не стыдно повесить на виду хоть в кабинете, хоть в гостинной. Рамку только купить.
Елена, удивлённая и слегка смущённая, поспешила отказаться:
— Но… я не могу взять деньги за это. Это просто… я не знаю… — её голос дрожал от растерянности. — Берите… как подарок…
Но я с упрямым видом покачал головой.
— Нет, вы должны принять это. Пожалуйста. Это не просто покупка, это инвестиция в ваш талант. Моё искреннее намерение, а не попытка утешить.
Смятение на её лице постепенно сменилось на застенчивость. В конце концов, она уступила. Я же, улыбаясь, оставил деньги на столе, чувствуя, что делаю что-то хорошее. Всё так же неуверенно она приняла купюру и немного поколебавшись, положила в свой кошелёк.
Полтора часа пролетели как десять минут. Елена действительно бывала на Изнанке с родственниками. Её младший брат также поддерживал увлечения девушки, но вся остальная семья — нет. Они считали это юношеской блажью, что само пройдёт со временем. Но при этом не мешали, покупали картон, кисти, краски. Причём дорогие профессиональные вещи. И всё же не упускали случая в очередной раз намекнуть, что пора бы взяться за ум.
Я уже давно знал, что она и есть та самая девушка, на чей день рождения меня звали. Так же она на полтора года старше, ей уже двадцать лет. Но это совершенно не чувствовалось, казалось, девушка гораздо младше. В ней ощущалась некая детская непосредственность, но не инфантильность. Она словно была открыта миру своим нежным сердцем, будто никто не посмеет его ранить. Её хотелось защищать. Ни с одной женщиной мне ещё не было так комфортно.
  
Вскоре мы перешли на «ты» и просто имена. Казалось, будто знали друг друга давно. Если бы не напоминание моего человека, который следовал как охранник в стороне, наверное, просидел бы с ней до самого вечера.
Наконец, мы вышли из кафе. Было немного грустно. Но я не обнадёживал себя. Вполне возможно, через месяц эта простачка мне наскучит.
— Спасибо за поддержку, — произнесла девушка, и её лицо озарилось улыбкой. — Это многое для меня значит.
— Всегда рад помочь, — ответил я. — Надеюсь, что скоро ты увидишь, как твой талант будет признан.
Я действительно желал этого. Неужели художники в Кустовом не ценятся? Или ей просто не везёт? А может, без одобрения Бориса Катопумова никто не решится открыто поддержать.
В следующий раз мы увиделись с Еленой через две недели, на праздновании завершения сделки с её дядей. На самом деле, приглашён был лишь мужчина, остальные гости на его усмотрение. До моего сведения донесли лишь число.
Так же присутствовал наследник Пётр, но без Яны, и Константин, средний брат. Я впервые видел младшего, шестнадцатилетнего Павла. Ещё был Григорий и несколько охотников рода.
Григорий и Борис сразу заметили тот пейзаж, что я купил у Елены. Повесил его в гостинной, на этом настояла Анна, так как ей картина тоже понравилась. После забыл о нём, не до того было. Мужчины переглянулись, а потом посмотрели на девушку. Ты покраснела вся от смущения, особенно когда Анна сама привлекла внимание к картине. С энтузиазмом нахваливала и упомянула, что я купил это у какого-то уличного художника, что являлось её домыслом.
— У знакомого художника, — поправил её.
— Да? — удивилась сестра. — А я его знаю?
— Возможно, — улыбнулся в ответ, но развивать тему не стал.
В целом вечер прошёл на положительной ноте. Пообщаться с Еленой мне не удалось, всё внимание забрали на себя Борис с Петром. Говорили как о планах на будущее по бизнесу, так и о предстоящей свадьбе. Анна так же активно поддерживала разговор.
К слову, в договор я пропихнул услуги Черничкиных, так что отчисления от них росли. Собственно, на ужине так же присутствовала Зинаида Михайловна, а её муж был занят на их фазенде. Всё же весна самый пик занятости, если не считать осень и сбор урожая.
Так же присутствовали партнёры, занимающиеся артефактами для охотников и их обслуживанием. Кроме того, моя идея о подзарядке использованных макров внезапно обрела популярность. Особенно актуально для специфических кристаллов, их была половина от заказов. Пусть и требовалось несколько месяцев для восстановления энергии, да и постепенно камни портились, всё равно выгода для всех сторон присутствовала.
В общем и целом, дела шли в гору, жизнь устаканилась. Если проблемы какие-то и возникали, то решались достаточно быстро, порой даже без моего ведома. Узнал постфактум из отчётов. Всё же, на меня работало несколько сотен людей, не считая слуг.
Род Скарабейниковых процветал, как того и требовал мой договор с Первопредком. Он всё реже и реже навещал меня по собственной воле, как и я не спешил звать его. Оставался лишь последний вопрос. Изначально он мне казался самым простым и очевидным, думал, что решу его ещё до того, как полноценно встану на ноги. Но когда дошло до дела, то по сути потерялся. Чем богаче становился, тем больш желающих породниться, в итоге утонул в невестах, они вызывали лишь раздражение. Воротил нос от всех, а редкие встречи, которые вставлял в свой график, были скорее в тягость. Слишком привередливым стал, сам от себя не ожидал такого.
Однажды со мной пожелал встретиться Борис вместе с братом Григорием. Я был уверен, что это будет сугубо деловой разговор, но ошибся. Не ходя вокруг да около, Катопумов старший заявил, что прекрасно осведомлён о моих хороших отношениях с Еленой. Так почему бы нашим родам не породниться?