Торговец вольного города III (СИ)

Я поступал углом папки по внутренней части ладони. Предложение, конечно, вкусное, но я и так растратился с новыми проектами. А в таких делах спешить себе дороже.
— Хорошо. Но сразу так с ходу ответить не могу, сам понимаешь, дело серьёзное, основательное. Такое надо обдумать, взвесить, просчитать.
— Во-во, считай, думай. А у меня говна самовар. То есть я хотел сказать определённый объем трудностей и проблем, требующих оперативного участия, я хочу про завод вообще не думать.
— Без проблем. За неделю управлюсь и дам свой ответ. Сейчас же, извини, — я опять глянул на наручные часы, — дела.
Мы попрощались и я быстро ушёл. К назначенному времени успел вовремя. Даже не так, кабинет оказался заперт. Учитывая, что оставалось ещё четыре минуты, постарался выдохнуть.
Ровно ко времени подошла женщина в возрасте. По лицу вроде и видно, что годков ей не мало, но манера держаться, ровные плечи, походка, цепкий живой взгляд — всё в ней выдавало человека, который ещё поживёт. А может и переживёт много кого.
— Барон Скарабейников? — окинула она меня странным взглядом поверх своих очков. Вроде как насмешка, а вроде и заинтересованность.
— Да, это я, Вероника Кондратьевна, — слегка ей поклонился. — Рад познакомиться с вами лично.
Действительно рад, а то видел её только мельком и издалека. Ни разу рассмотреть не удавалось, она мне даже казалась тогда куда моложе, чем вблизи.
— А как я рада… — протянула она и принялась открывать дверь ключом.
Это был небольшой кабинет, три стола, за один мы и сели.
— Рассказывайте, — она растянулась в улыбке чеширского кота, — куда вы свитки деваете?
— Какие свитки? — мне от её взгляда стало не по себе, будто насквозь видит. Очень специфическая женщина.
— Которые вы у академии покупаете, но назад на дописку не возвращаете.
— Что? — не понял я. — А зачем мне их возвращать?
— А затем, чтобы мы ваши координаты вписывали и свиток смог работать как надо.
— Но он ведь и так работает как надо… — я был совсем сбит с толку.
Тихо смеясь, женщина достала из своей папки свиток и положила передо мной.
— Показывайте.
— Эм… Он неполный.
Вероника Кондратьевна удивлённо посмотрела на меня, я же показал на нужное место:
— Здесь печать должна быть.
— А вам именно с печатью продавали? — прищурилась она.
— Ну да…
Женщина достала свою печать и поставила штамп. Такая жирная клякса, чем-то похожая на воск, но не он. Её нужно ломать, чтобы свиток сработал.
— Прошу вас, приступайте.
Пожал плечами и, достав своё писчее перо, которое специально купил для магических нужд ещё давно, аккуратно ввёл координаты. Те самые, на первый уровень Изнанки на пути к своему прииску на четвёртом уровне. Часто записывал, потому знал наизусть.
— Интер-рестно, — протянула она, внимательно вглядываясь в координаты.
Я так и чувствовал подвох, будто что-то нехорошее сделал. Заведующая имела свою ауру начальника, которой я не поддавался, но не значит, что не чувствовал.
— И он работает, как вы говорите, верно? — она снова с прищуром посмотрела на меня.
— Без нареканий, — пожал я плечами. — Жаль только, что сразу на несколько уровней подняться нельзя. Приходится много свитков покупать. Причём разных.
— Хм, это даже не дар, а какой-то зачаток. Будь у вас дар, смогли бы и перескакивать несколько уровней. Это очень примечательно. А ведь ещё вы обучились стихиям воды, огня и земли. Правильно?
— Да как обучился… Так, немного. У меня даже потенциал в родовом даре низкий. Потому Первопредок даровал мне такие вот костыли. Могу во всё, но по чуть-чуть.
— Очень ценные костыли. Очень.
— Так я имею и к пространственной магии предрасположенность?
— А вы так этого и не поняли? — она изумлённо уставилась на меня. — Вы ей и пользовались всё это время. Вам кто-то посоветовал перо необычное купить?
— Вы про магическое? Не то что посоветовали, скорее слышал об этом. Когда обычным писал, ничего не работало.
— Вы не видите, что ли, что делаете, когда пишите?
— В смысле?
— Ясно, не видите… Удивительный талант. Очень странный. Но рабочий. С этим можно что-то делать. Ну что, приступим?
  
— С радостью.
От первого занятия у меня голова разболелась. Учебников как таковых не было, так что теорию приходилось записывать самому. Предусмотрительная преподавательница выделила мне листочки для этого. Расписывала долго, дотошно. Всё о пространствах, их переплетении. Даже об Изнанках. Что это иные миры, подобные нашему, где разве что людей не приключилось. Возможно, из-за магического фона, а может, причина в другом. Например, хоть все первоуровневые Изнанки для людей одинаковы, на деле разные. И наша может первого уровня, но поскольку мы тут зародились, то и не ощущаем ничего. Потому зверь с иной низкой Изнанки так же плохо выживает на другой. Где-то совсем никак, где-то ещё может приспособиться.
Но самое важное — слои реальности, вложенные один в другой. Напоминало новомодные физические теории прежнего мира. Так же сложно и интуитивно непонятно. Потому пришлось записывать буквально всё.
Просидели мы так аж три часа прежде, чем заведующую позвали и она сказала мне уходить до следующей недели. А до того теорию вызубрить.
Голова пухла, еле добрался до дома и уснул до вечера. Лишь утром после завтрака позвал Марго и дал её очередное задание. Во-первых, найти брокера наёмного по адекватной ставке. Во-вторых, пока повременить с площадью под шлифовальню. Взял её и покатил на завод, который располагался в пригороде Кустового. По дороге захватили знакомого риэлтора, Макара Петровича.
Ворота были затянуты цепью, а на ней навесной замок. Один из связки подошёл, так мы и вошли. Пока пересекали двор, усердно звал Митрофана, пока по нам кто-то не начал стрелять.
— Вы кто такие? А ну пшли отседова! — кричал стрелок.
— Хозяин завода я новый! — чутка слукавил я.
— Ничего не знаю! Пшли вон! Это частная территория!
— Мне что, с Филиновым прийти? Если хочешь здесь остаться работать, то выходи и закрою глаза на самодеятельность. Иначе, раньше времени на кладбище отправишься.
— Это холостые были, — тихо сказала Маргарита и Макар Петрович, который мигом спрятался за нашими спинами, облегчённо выдохнул.
— Да хоть какие, — отмахнулся я. — Совсем дед обнаглел.
— А вы точно от Филинова? — в его голосе чувствовалось недоверие.
— Точно! Сам звони, раз не веришь.
— Нет у меня мобилета! Да и голоса его я не знаю!
— Чего тогда голову морочишь? Выходи да показывай завод! Мне ещё оценку делать надо. Видишь, ключи даже есть.
Он вышел не сразу. И вправду старый человек. Слегка тянул одну ногу, а щурился так, что стразу стало ясно — со зрением у него большие проблемы. Листик с разрешением от Филонова и печатью тут же всучил ему. Но не уверен, что он в принципе смог прочитать.
Завод хоть и простаивал давно да всё покрылось толстым слоем пыли, в целом был в отличном состоянии. Более того, здесь все станки были на месте! Ещё и по уверениям Митрофана — рабочие. Это предстояло проверить, разумеется, но уже не мне. Инструменты тоже вроде как имелись, чем сторож гордился. Дал ему пять рублей за службу, выкрутив градус приветливости на максимум, после чего ушёл, предупредив о Гвоздине.
Риэлтор так же получил свою информацию и обещал прикинуть возможную стоимость и аренду.
Похоже, всё идёт согласно планам. Только не моим, а Печаткина. Он и до этого пытался пристроить мне крупные партии макров, конечно, но в этот раз совсем обнаглел и собирался без моего ведома привезти груз. Следовало ещё пообщаться с Климовым и китайцами. Конечно, всё предприятие и мне выгодно, но самоуверенность Бориса совсем не нравилась. В общем — дел вагон. А ведь ещё надо наведаться на биржу и посмотреть, что там к чему.
  
Глава 19
 
Разумеется, я не собирался торговать на бирже в первый же день. Лишь хотел посмотреть, что да как там происходит.