Истинная попаданка для дракона (СИ)
— Ты вкусно пахнешь, необычно.
Нежное, едва ощутимое дыхание теплом обдало кожу. По телу пробежала дрожь. Я вспомнила, как упала в объятия Ридгора, как закружилась голова.
Разговор гневно прервала Фаридена:
— Я знаю, как найти врата.
— Это не лучшая идея, — отрезал Ридгор, отстраняясь от меня.
Фаридена пыталась соблазнить Ридгора. А ко мне относилась с раздражением. Но неожиданно захотела помочь мне открыть врата в мой мир?
Не верю.
И все же, она уверенно произнесла:
— Наставник гильдии магов! Лорги! — Фаридена победно оглядела всех, словно это было самое очевидное решение.
Некоторые из ребят-драконов кивнули, но Зейге сразу отрицательно покачал головой. И Ридгор сухо, но твердо отверг идею. Поразительное единодушие для этих двоих.
— А кто такой Лорги? — осторожно спросила я.
Я не разбираюсь, но чем гильдейский наставник плох. Хотя ответ очевиден — его предложила Фаридена, это уже неприятно пахнет. Но самоуверенность Ридгора и его желание решать за меня — несколько напрягали.
— Старик Лорги главный противник магии принцев-драконов. Даже для высших адептов манускрипты Арборона под запретом, — грустно заметил Зейге.
— Просто ты был недостаточно убедителен, когда спрашивал, — парировала Фаридена.
Зейге противным голосом процитировал:
— Магия принцев уничтожила первых драконов. — И уже спокойнее произнес, — это темная магия.
— Слишком сильная, — сказал один из парней Ридгора, виновато взглянув на своего повелителя, — вот те драконы и не справились.
Его поддержали девушки за столом.
— Неуправляемая, — зашептали они с придыханием.
Зейге продолжил:
— Идея, что темная сила принцев уничтожила древних драконов — спорная, но Лорги вцепился в свою теорию, как дегур. Отступить для него значило бы признать, что он ошибся. Перед всем магическим сообществом, — поежился Зейге.
Фаридена оживилась и игриво покосилась на Ридгора:
— Каждый раз, стоит Лорги увидеть амулеты Арборона у Ридгора, и мастер готов лопнуть от злости.
Зейге кивнул:
— Говорят, если сильно разозлишься, превратишься в дегура. Мы всей гильдией ставки делаем, когда мастер со злости обратится мохнатое чудовище. Представляете, как эта новость перевернет все научные представления о магии: “Глава гильдии оказался дегуром”!
Зейге захихикал. Гости за столом поддержали его смешками.
Похоже, Лорги не ходит у них в любимчиках.
Я представила старого ученого сноба, который настаивал на своей теории годами. Признать, что был неправ? Хах, да никогда. Даже если реальность вмажет ему очевидностью.
Но Ридгор ведь носит амулеты этого Арборона… открывателя врат в другие миры! Я чуть не подскочила от неожиданной догадки.
— Ридгор, — я уставилась на повелителя-дракона, — Ридгор-Ридгор-Ридгор… если ты поклоняешься Арборону, то и с магией знаком?
— Нет, — он покачал головой, — огненный принц — покровитель не магов, а воинов-драконов.
— И их истинных пар, — пискнул кто-то из девушек.
Я с подозрением посмотрела на повелителя-дракона. Неужели Ридгор… мечтает обрести возлюбленную? Или вокруг него итак слишком много воздыхательниц? Не похоже, чтобы он скучал один в холодной постели.
Фаридена раскусила меня и тут же сменила тему:
— В гильдии достаточно магов, — она наигранно засмеялась, — раз уж ты прошла через врата, значит одаренная и можешь попробовать стать частью гильдии. Присоединиться к высшим магам или прикладным. Лучше к прикладным, — подумав добавила она.
— Потому что маги далеки от драконов? — не удержалась я от колкости.
— Ой нет, магам доступны языки, на которых написаны темные свитки Арборона, — деланно отмахнулась Фаридена, — а ты ведь хочешь врата найти, — ее голос аж зазвенел от театрального добродушия.
Зейге скривился.
Я вежливо кивнула. Гильдейский мастер не выносит темную магию принцев. А значит и возвращать меня в мир людей — откажется. Даже для адептов он не делает исключений. Свитков темной магии он мне тоже не выдаст.
Но Фаридена всё равно предлагает мне вступить в гильдию, правдами и неправдами добиться расположения мастера, а затем убедить его обратиться к запрещенным, им самим, заклинаниям. Проделать это, хотя магии во мне ни капли! Какая из меня одаренная? Я бы заметила.
И чем же мне растопить сердце зазнавшегося старца? Несравненным талантом к безмагичности? Чарующей красотой отсутствия способностей? Удивительной обыкновенностью?
Еще я могу облазить все закоулки гильдии и его кабинета, чтобы утащить секреты могущественного колдуна. Звучит опасно. И времени займет уйму.
И всё это отвлечет меня от Ридгора — изюминка идеи Фаридены.
— А попроще способ есть? — спросила я с надеждой.
— Йофрид, — хмыкнул кто-то из воинов Ридгора.
Повелитель-дракон будто окаменел:
— Нет, мы не имеем дел с темными, — твердо сказал он.
Ридгор. Его лицо ожесточилось. А взгляд похолодел так, что позавидовал бы весь мороз Антарктики.
— Почему? — нервно икнула я.
Здешние жители слишком боялись темной магии, способной открывать врата между мирами. Все, кроме повелителя-дракона Ридгора.
Но почему же именно он готов испепелить меня взглядом, стоило мне спросить про Йофрида? Который, по всей видимости, подобной магии не избегал.
Один из воинов, чьи губы лоснились от мясного жира, ответил:
— Йофрид запросто откроет врата в любой из миров. Если искусная подружка захочет. Мы на ножах потому, что он темный маг. Ежегодно, он собирает девушек со всех замков. Коллекция пополняется постоянно. Но мы не посылаем дракониц. Хотя человечкам попытать счастья не запрещаем.
Его перебил другой воин-дракон, чьи глаза тускло поблескивали холодным огнем убийцы:
— Многие из его ночных девиц исчезают.
Не знаю, что меня напугало сильнее, что девушки исчезают или то, что меня к Йофриду хотят отправить.
В разговор вступил парень с шипящим голосом, обращаясь к Ридгору:
— Повелитель, Йофрид насылает на нас заклятия каждый раз, когда не получает драконицу. А теперь мы подарим ему диковинку. Девушка из другого мира станет украшением коллекции. Став союзниками, откусим от щедрот колдуна.
— Нет, — прорычал Ридгор. — Эвелин остается в замке Гролдуин.
Воины притихли.
Я облегченно выдохнула. Отправляться к темному магу не хотелось. Так что и я не стала спорить.
А вот сидевшие за столом люди загомонили. Идея изящно решала споры с темным. И даже давала выгоду. Настолько, что многие уже приобрели задумчивый вид. На лицах отчетливо читалось: если она не согласится, отправим силой.
— Это же отличное решение, — захлопала в ладоши Фаридена.
— Да кто такой ценой на Йофрида позарится? — проворчала я.
— Еще посоревноваться придется за него, — не выдержал и хмыкнул воин с шипящим голосом, — здесь уже очередь из девок. Все человечки. Йофрид всегда проводит отбор. Но ты из другого мира. Преимущество на твоей стороне. Легко пройдешь.
Я почувствовала себя не в своей тарелке. Это не мой мир, здесь явно царило право сильного. Захотят обменять мое женское достоинство на выгоды для драконов — запросто. Останется только удирать в ночь, чтобы меня, как беглого раба, искали по незнакомым лесам.
Ридгор медленно поднялся, слушая разговор. Молчаливой угрозой тихо обошел вокруг стола. И остановился близ циничного парня с шипящим голосом. Тот уставился на своего повелителя.
— Для драконов это выгодно, — решительно заговорил он.
Я умоляюще взглянула на повелителя-дракона.
Неуловимым движением Ридгор схватил и вывернул мощную, мускулистую руку своего бойца. Казалось, нажми он еще чуть-чуть, и та сломается от напора. Воин охнул от боли.
— Я забылся, повелитель, — сдавленно прошипел он.
Ридгор отпустил его, и воин приниженно согнулся.
— Эвелин — моя гостья. Северная башня отводится под ее покои, — Ридгор обвел всех взглядом. Никто не протестовал.